Александр Плеханов – Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942 (страница 122)

Речь шла и о безопасности населения. Во время боевых действий некоторые жители не переселялись даже с переднего края обороны наших частей, проживая между боевым охранением и линией обороны. И от огня противника среди них были убитые и раненые. Была и другая причина – население использовалось абвером для получения необходимой информации об обороне частей Красной армии.

Переселение должно было выполняться местными советскими и партийными органами. Но проверка особыми отделами показала, что приказ о переселении жителей не выполнялся на ряде фронтов. Тогда данную обязанность брало на себя командование воинских частей. Однако эта мера не давала положительных результатов ввиду нежелания населения и плохой организации переселения. Жителей вывозили на машинах от линии фронта на 5-10 км, не обеспечивая их необходимыми средствами и жилыми помещениями. Поэтому они возвращалось назад. К тому же, у выезжавших на прежнем месте оставалось все их личное хозяйство.

Докладывая И.В. Сталину о работе по отселению, Л.П. Берия отмечал, что «советские и партийные органы, а также командование фронтов не сумели мобилизовать достаточное количество транспорта для вывоза выселяемых и их имущества. Не был решен вопрос о приеме под охрану от населения недвижимости имущества, фуража и прочих материальных ценностей, которые невозможно вывезти. В результате плохой организации отселения и слабой разъяснительной работы в некоторых районах имели место коллективные отказы местных жителей от эвакуации, а в ряде случаев организовано сопротивление представителям власти. Так, в колхозе «Заря коммунизма» Павловского района Воронежской области около 300 женщин, стариков и подростков с кольями, вилами, топорами и камнями в руках напали на группу красноармейцев и уполномоченных РК ВКП (б), производивших отселение. В Новоусманском районе Воронежской области группа женщин до 200 человек остановила подводу с отселяемой колхозницей и сгрузила ее вещи. При задержании одной из женщин этой группы остальные пытались избить прокурора. В с. Русская Буйловка Павловского района Воронежской области из 820 дворов, подлежавших выселению, выселено только 30. Остальное население, закрыв дома на замки, ушло и скрылось в лесу. Местным органам НКВД было дано указание арестовывать зачинщиков сопротивления отселению из прифронтовой полосы»[1009].

Следовательно, приятые меры по охране тыла привели к более четкой ее организации, сразу давшей положительные результаты. Если в июле-августе 1941 г. войска охраны тыла Южного фронта не задержали ни одного агента, в сентябре их было задержано уже 70, а концу 1941 г. – 326 и ликвидировано 32 диверсионно-разведывательные группы. На некоторых направлениях в отдельные периоды времени число обезвреженных агентов было весьма значительным: в ноябре 1941 г. на Ленинградском фронте число задержанных составило 7506, а в декабре – 7580 человек. С 22 июня 1941 г. по 1 апреля 1942 г. нарядами войск НКВД по охране тыла Ленинградского фронта было задержано 269 агентов и диверсантов врага[1010].

В Калининской области с 15 октября по 9 декабря 1941 г. заградительными отрядами было задержано и передано 256-й сд и другим войсковым частям 6164 красноармейца и 1498 из состава строительных батальонов, привлечено к ответственности 172 дезертира. А заставы заградотряда ОО НКВД Балтийского флота в 1941–1942 гг. задержали около 6 тыс. человек, из этого числа арестованы и осуждены – 167, расстреляны без суда – 11, переданы органам прокуратуры – около 800, а часть арестованных освобождена из-за отсутствия состава преступления[1011].

Подводя итоги службы войск по охране тыла действующей армии в прифронтовой полосе, следует отметить ее значительные достижения. Об этом, в частности, свидетельствуют данные 1941 г. Так, в справке, направленной зам. нач. УОО НКВД СССР, комиссаром ГБ 3-го ранга С.Р. Мильштейном в октябре 1941 г. (число не указано) на имя наркома внутренних дел Л.П. Берии, сообщалось, что «с начала войны по 10 октября сего года особыми отделами НКВД и заградительными отрядами войск НКВД по охране тыла было задержано 657 364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из них оперативными заслонами особых отделов задержано 249 969 человек и заградительными отрядами войск НКВД по охране тыла – 407 395 военнослужащих. Из числа задержанных особыми отделами арестовано 25 878 человек, остальные 632 486 человек сформированы в части и вновь направлены на фронт. В числе арестованных: шпионов – 1505, диверсантов – 308, изменников – 2621, трусов и паникеров – 2643, дезертиров – 8772, распространителей провокационных слухов – 3987, самострельщиков – 1671 и других – 4371». Только в войсках по охране тыла Юго-Западного фронта с начала войны до 20 декабря 1941 г. среди подозрительных лиц было разоблачено 243 шпиона и диверсанта[1012].

Агентурно-оперативной работой ОО и Управления войск НКВД по охране тыла фронтов с 22 июня до 27 февраля 1942 г. выявлен, задержан и разоблачен 1001 шпион, террорист и диверсант, установлены места дислокации ряда немецких разведывательных школ[1013].

Таким образом, охрана тыла Красной армии играла важнейшую роль в наведении и поддержании порядка в тылу фронтов, выявлении и розыске вражеской агентуры, в борьбе с дезертирством и изменой Родине. Эта задача становилась все более актуальной с начала войны. Трудности организации охраны тыла были обусловлены тем, что никто из руководства советских Вооруженных сил не предполагал таких масштабов негативного развития событий на фронтах Великой Отечественной войны. И поэтому создавать заградительную службу фактически пришлось с нуля. На первых порах отдельные заградотряды, оперативные заслоны и оперативные отряды и группы еще не были единой службой по охране тыла действующей армии фронтов, потому что отсутствовало управление, не было налажено снабжение, не обеспечена связь и не создан единый эффективный аппарат на каждом фронте. Преодолевая трудности начала войны, военная контрразведка вместе с командованием армий и фронтов выработала единую систему мер, которая позволила надежно защитить тыл Красной армии в прифронтовой полосе.

VI.8. Зафронтовая работа военной контрразведки НКВД

Одним из важнейших направлений оперативной деятельности советских органов госбезопасности в годы Великой Отечественной войны была зафронтовая работа. Чем дальше отступала Красная армия от государственной границы, тем более актуальной она становилась.

Нацистский «новый порядок» на временно оккупированной территории показал истинные цели политики, направленной на порабощение советского народа. Для реализации политики геноцида оккупанты использовали целую систему различных мер и средств: открытые и тайные расстрелы, публичные повешения, заложничество, облавы, погромы, принудительное удержание людей в лагерях, переселения, депортации и др.[1014].

В июле 1941 г. Гиммлер получил контроль за всеми операциями по осуществлению безопасности и переселения на территории СССР. В его обязанности входило создание на оккупированных советских территориях мобильных «отрядов смерти», полицейских и иных подразделений, убивавших евреев, коммунистов, цыган и других «нежелательных элементов»[1015]. 7 марта 1942 г. на совещании в Ванзе, проходившем под председательством Гейдриха и в присутствии Эйхмана, был детально обсужден вопрос об истреблении евреев в Западной Европе. Геббельс говорил: «Настало время окончательно решить еврейский вопрос. У последующих поколений не будет уже ни смелости, ни охранительного инстинкта. Поэтому мы поступим правильно, если будем действовать здесь радикально и последовательно. То, что мы сегодня примем на себя как бремя, будет для наших потомков пользой и счастьем»[1016].

Население все больше на себе ощущало антинародную политику нацистов. Так, немецкий картельный отряд в Драгическом районе из пулеметов расстрелял большое количество советских бойцов. В сентябре 1941 г. в д. Серники немцы собрали 250 человек, заподозренных в большевизме, заставили их вычистить сбрую для своих лошадей, петь песни и плясать, а потом вырыть яму, и расстреляли всех из пулеметов.

Нацистами заведомо были выброшены за борт ограничения, налагаемые международным правом. Так, в приказе фельдмаршала Кейтеля от 23 июля 1941 г. указывалось, что всякое сопротивление будет караться не путем судебного преследования виновных, а путем создания такой системы террора со стороны вооруженных сил, которая будет достаточна для того, чтобы искоренять у населения всякое намерение сопротивляться. От соответствующих командиров приказ требовал применения драконовских мер, насаждения насилия, обмана и провокаций, поощрения массовых убийств мирного населения. И секретные службы, на которые возлагалась организация «тотального шпионажа» в самых его чудовищных проявлениях, не случайно спустя пять лет были признаны преступными. В результате бесчеловечной политики нацистов только на захваченной врагом советской территории погибло от преднамеренно жестоких условий оккупационного режима, т. е. от голода, инфекционных болезней, отсутствия медицинской помощи 4 100 тысяч человек, всего же только от преступных действий оккупационных войск фашистской Германии погибли 13 684 448 человек[1017].