Александр Парнас – Мастер грёз (страница 8)

– Да это я так. Хочешь, со мной пойдем?

– Че я, больной, что ли? Че мне там делать? Я этих уродов на дух не переношу.

– Да брось ты! Это просто пацаны, говорю же! Которые считают себя крутыми.

– Ага, и решают, кому жить, а кому умереть.

– Да они не мочат никого, ты че! Так, ногами в худшем случае попинают и все.

– И ты тоже пинаешь?

– Ну, иногда, чтоб не отличаться. Но я стараюсь не сильно.

– Че-то мне с тобой общаться как-то не хочется больше. Не тот ты больше пацан, с которым я за одной партой сидел.

– Да брось ты, чувак! Пойдем со мной, сам увидишь, что они безобидные! Так, пошляемся, пивка попьем. Ты можешь не пить, если не хочешь. Народ попугаем. Знаешь, все боятся, когда куча такая идет. Прикольно! И все! Зато у тебя, может, крыша будет. Если кто наедет, к ним обратишься, они за тебя порвут.

– У тебя все прикольно. Знаешь, я сам как-нибудь разберусь. Мне такая крыша не нужна.

– Да че ты зануда такой? Пошли! Девчонку свою тебе покажу! Красавица! Сам посмотришь!

– Да не хочу я, Жень. Я к Кольке иду.

– Да че ты, сдрейфил, что ли? Че ты все некаешь?

«Опять, – подумал про себя Макс. – Достали уже! Я не трус, уроды! Ну ладно, сходить, что ли, разок? Чтоб трусом не считал. Стерплю как-нибудь. Буду ходить молча и ни с кем не общаться, поближе к Женьке. Пошляюсь часок, потом скажу, что дела, и смоюсь домой. В конце концов, я же как бы Женькин друг, не тронут, в случае чего».

– Я не сдрейфил, – огрызнулся Макс. – Ладно, пойдем.

– Пойдем! – обрадовался Женька. – Сам увидишь, что они не такие уж плохие парни. Туповатые, правда. Да на своей идеологии помешаны. А так, как мы.

– Ну да! Еще как я, скажи, – пробурчал Макс.

Они прошли несколько улиц и остановились во дворе одного многоэтажного дома. Здесь, по словам Женьки, должна была собраться вся тусовка.

Макса уже всего колотило, ноги тряслись и подкашивались, к горлу подступил ком, но внешне он никак себя не выдавал. Весь сжавшись и стараясь быть маленьким и незаметным, он стоял возле Женьки и мысленно ругал себя за то, что согласился пойти вместе с ним.

Наконец, появилась толпа лысых подростков, всего человек десять. Среди них было и несколько девушек. Те, правда, предпочитали не стричь свои волосы так коротко, но и у некоторых из них на голове красовался ежик. Девушки, все-таки, как-никак.

При виде их душа Макса ушла в пятки. Он помолился про себя и отвернулся в сторону, чтобы не смотреть страху в лицо.

– А вот и они! – радостно возвестил Женька. – Здорово, пацаны!

Он приблизился к ним и каждому пожал руку, потом поцеловал в губы одну из девчонок, которая Максу не понравилась сразу. Нет, такую уже не переделать. Такие только по одному пути идут.

– Это че такое с тобой? – недоверчиво спросил у Женьки один из парней, и у Макса по спине пробежала мелкая дрожь. Он почувствовал, что несколько враждебных глаз уставились на него и начали пристально изучать. Состояние было как перед расстрелом.

– Расслабьтесь. Это мой приятель. Он свой в доску. Мы с ним столько лет знакомы, за одной партой сидели! – поспешил всех успокоить Женька.

– А не сдаст?

– Ты че? Я за него, как за себя ручаюсь!

И Макс облегченно вздохнул, когда бритоголовые, потеряв к нему интерес, отвернулись и, уже как бы забыв про него, начали решать свои проблемы. Если таковые у них, вообще, имелись.

– Слышь, мы тут по пути оного чувака на бабки развели, – ухмыльнулся один из парней. – По башке треснули пару раз, и он нам сам все отдал. Пойдемте пивка попьем.

– Все «за», конечно! – заголосили остальные. – Давайте, пивка для рывка!

И Макс поежился от грубого гогота, разлетевшегося по двору.

Они широкой колонной двинулись к ближайшему магазину, накупили пива столько, сколько только способен выпить человек, и отправились в один из дворов для осушения содержимого бутылок.

Макс сидел рядом и молчал.

– А этот че не пьет? – осведомился вдруг один из скинхедов. Макс надеялся, что до этого разговора не дойдет.

– Да он не пьет. Отвалите от него, ребят, – сказал Женька.

– А че он тогда приперся? Поглазеть? Может, выуживает чего-нибудь?

– Да ты че? Он свой в доску!

– Да мы это уже слышали.

Макс почувствовал, что ситуация накаляется. Состояние его было такое, что он готов был сорваться с места и помчаться куда глаза глядят. Но он прекрасно знал, что его догонят, и тогда ему несдобровать.

– Да он не выуживает. Просто он к нам хотел присоединиться, – сказал Женька, и Макс, открыв рот, быстро повернулся в его сторону.

– Да? А нам слабаки не нужны, ты знаешь. Только проверенные пацаны. Пускай пьет. Че он, приличненький, что ли? Маменькин сынок-сосунок? Уси-пуси! Может, он сиську еще сосет, а мы ему тут пиво предлагаем.

И все разом заржали.

Особенно громко хохотали девчонки, что сильно покоробило Макса. Ведь Макс знал, что для них он – ничтожество, червь. И пусть среди них есть даже те, кто младше него, но они мнят себя значительно выше и круче. И опуститься до того, чтобы общаться с таким, как он, не может быть и речи.

– А может, он гей? – осведомился другой скин. – Ты нам случайно не гомика притащил?

– Блин, отвалите от него! – возмутился Женька. – Это нормальный пацан! Нам лишние люди не помешают!

Макс дрожащей рукой поднял стоящую на земле бутылку с пивом и сделал несколько глотков.

– Я не гей, ясно? – тихо сказал он, решив подыграть Женьке. – И я ПЬЮ! Просто настроение сегодня нет. Вчера пережрал, хреново теперь. И я ХОЧУ стать скином. Меня эти чурки уже задолбали. Россия должна принадлежать русским!

– Вот это правильно! – воскликнул кто-то. – Надо за это выпить!

Макс поставил бутылку на место, отвернулся, поморщился и сплюнул на землю. Пиво он пробовал в первый раз. И остался не в восторге.

«Как люди пьют эту гадость», – подумал он.

– Слышьте, че-то мы засиделись! – гаркнул один бритоголовый. – Пойдем, намылим шею какому-нибудь черножопому!

– Точно! Точно! – послышались со всех сторон голоса. – И заодно проверим, на что этот отморозок способен!

Макс понял, что под отморозком имели в виду его, и нервно сглотнул.

Вся группа, расшвыряв бутылки по всему двору, поднялась с насиженного места и двинулась вперед. Макс боязливо примкнул к Женьке.

– Чувак, ты не волнуйся, все нормально будет, – шепнул ему тот и отвернулся, засосав свою девчонку.

Наконец, Макс понял, куда направлялись скинхеды. Это был институт, и они надеялись повстречать по дороге какого-нибудь бедного, не совсем русской внешности, студента. К огорчению Макса, их надежды оправдались. Не прошло и десяти минут, как на дороге, ведущей из института, появился парень азиатской внешности. Когда он поравнялся с группой, бритоголовые окружили его и зажали в самой середине.

– Чтоб не пикал, – пригрозил один, вытащив нож.

– Понаехали, уроды! Это Россия! Она для русских! Здесь вам не место, узкоглазые! – прошипел другой.

Парень затрясся как осиновый лист на ветру.

– Я русский. Я просто из Азии. Там тоже русские живут, – залепетал тот с небольшим акцентом.

Но, видимо, по мнению скинхедов, русскими считались только те, кто жил в Москве и ее пригородах, остальные же были чужими в своей собственной стране.

– Заткнись, китаеза, – и один из скинов ударил его кулаком под дых. Это было спусковым крючком для всех. Тут же на парня посыпался град ударов. Когда он упал, его начали пинать ногами. Женька тоже участвовал во всем этом.

Макс стоял рядом и не знал, что ему предпринять. Закричать, чтоб оставили парня в покое? Тогда бы он сам оказался на его месте. Побежать и позвать кого-нибудь на помощь, а самому смыться с места событий? Тогда достанется Женьке.

Макс находился словно в трансе, перед глазами будто все плыло. Он растерянно моргал и облизывал пересохшие от страха губы. Руки его тряслись.

Наконец, вдалеке появились первые за все время прохожие. Они закричали, и несколько мужчин бросились к месту драки. Скины среагировали молниеносно. Они кинули забитого до полусмерти парня и помчались прочь. Макс зачем-то тоже бросился за ними.