Александр Носов – Элеат (страница 6)

Дышать здесь было невозможно. В воздухе стояло трупное зловонье вперемешку с запахом каких-то химикатов.

По полу стелился желтоватый туман, стекающий из верхнего отверстия трубы, оставленного коррозией. Плавно спускаясь вниз, туман замирал во времени. Прозрачный, но густой, он как будто ждал потока ветра, чтобы рассеяться.

При первом шаге моя нога провалилась и вытиснила часть тумана, подняв небольшое возмущение рядом с ногой. Которое тут же застыло, словно это и не туман был вовсе.

Следы на полу оставляли формы ног, выдавленные в расстелившейся пелене, как в свежей грязи.

Продвигаясь дальше, я заметил блестящие объекты цилиндрической формы по всей длине стен. Стеклянные колбы были окутаны биомассой, как руками, тянущимися из основания до середины.

Множество острых когтей выходило с кончиков рук плоти, усыпанных торчащими наружу венами и капиллярами. На стенках колб было множество царапин, оставленных, видимо, ими.

Я пробрался через вездесущие отростки и сплетения щупалец, положил руку на колбу и протер, пытаясь понять, к чему мама так тянется. Внутри находилось существо, напоминавшее по форме и размеру нас. От увиденного меня затрясло, и в голову начали лезть мысли, что мы попали в западню.

Отойдя на расстояние и отдышавшись, взгляд проскользнул по помещению к входной двери, чтобы убедиться, открыт ли путь отхода.

Мне вспомнились кости руки, которые приволок Кив, в том помещении с рельсами.

«Что, если это существо – обладатель этих костей?» «Тогда почему он в колбе?» «Почему столько щупалец?»

Вопрос за вопросом возникали в моей голове, и без того забитой мыслями.

Снова подойдя ближе, я разглядел существо, в точности похожего на меня. Сомнений не было. Это кто-то один из нас. Но за последнее время никто не пропадал. И цифра в утробе показывает число сто.

Тело плавало в колбе, переливаясь и искажаясь внутри жидкости. Пришлось аккуратно срезать плоть с основания, чтобы разглядеть ближе и удостовериться, что это не игра моего воображения.

Пласт живой ткани с глухим шлепком рухнул на пол, а передо мной во весь рост предстал представитель моего сообщества, утопленный, с головой в каком-то геле.

– Ничего не понимаю. Это бред какой-то. Что происходит? – бормотал я, с отвращением и ужасом направляясь в сторону выхода.

– Кив, уходим отсюда. Нужно вернуться, пока мы не оказались на его месте.

Он же с хрипом и рычанием отрывал щупальца со стола в центре зала.

Приблизившись, внимание привлекло разорванное им место с рамкой и падающим лучом света на основание стола. Рядом находилась панель с мелкими квадратиками, обозначенными цифрами и буквами, а напротив – мониторы.

Не знаю, что двигало в тот момент мною, но я засунул правую руку с кристаллом в рамку. Тут же включился монитор и подсветка панели. Экран замигал, и на нем пронеслось огромное количество сплошного текста. Что там было написано, никто бы не смог разглядеть, поскольку все это продолжалось секунды. Затем на экране появилась надпись «СТАРТ БИОИНВЕРСИИ».

Мне хватило уже приключений, и мысли были заняты только тем, как покинуть это место. Я попытался схватить Кива, свисавшего с верхних щупалец стола, но он выскользнул, скатился по остаткам плоти, как с горки, прямо на панель ввода и нажал на все кнопки разом.

На экране надпись «СТАРТ БИОИНВЕРСИИ» сменилась на «В ПРОЦЕССЕ». В стороне входа, где располагалась широкая труба, раздался усиливающийся звук потока воды. Из отверстия, которое ещё недавно источало туман, вырвался небольшой поток фонтанирующей жидкости желто-коричневого цвета.

Стол завибрировал и загудел. Верхняя часть пришла в движение, оголив огромное количество рук манипуляторов, вырвавшихся из оков плоти, разрезая и разрывая ее на лоскуты.

Плоть ошметками валилась на пол с хлюпающим звуком, изливаясь желтым гноем, забрызгав нас.

Отскочил в сторону, Кив выскользнул из рук, а я начал пятиться назад в готовности ускориться. Как вдруг все утихло. Поток прекратился. Инструменты над столом замерли, а вдали послышался гул конвейера.

Посмотрев вглубь комнаты, мне привиделось, как над одной из колб светится яркая красная лампочка.

Посередине стола что-то пришло в движение, а сам стол светился всевозможными цветами ламп и мониторов. Из отверстия, пробираясь сквозь заслон из резиновых створок, показалась голова. Точно такая же голова, что была в колбе.

Я замер в оцепенении, пытаясь понять, что мне делать: замереть или бежать со всех ног. Но интерес, смешанный со страхом, подталкивали меня наблюдать и не двигаться.

Вскоре один из манипуляторов спустился на уровень лба и отразил полоску света по всей окружности головы. Раздался звонкий треск, и кожа под светом начала чернеть. В какой-то момент сверху спустилась ещё одна рука-присоска. Медленно прижалась к макушке и резким движением сорвала часть черепа, оголив мозг.

Еще один манипулятор одним из своих щупов аккуратно снял тонкую прозрачную пленку с мозга, а вторым проник под него и со щелчком перекусил основание.

Голова медленно опустилась за резиновые створки с звуком, напоминающим тот, что исходил из утилизатора при сбрасывании в него тел мертвых. Резкий и прорезавший до мозга костей звук, от которого хотелось вырвать.

Мозг висел в воздухе, окруженный прозрачными нитями толщиной с волосок. С правой стороны отверстия находился объект в форме куба с ромбовидными впадинами по бокам. Из него медленно выкатилась прозрачная сфера, окутала мозг и так же медленно вкатилась обратно.

Картина на экране снова сменилась на вращающийся полукруг в верхней части и надписью: «БИОСКАНИРОВАНИЕ В ПРОЦЕССЕ».

На других мониторах появились картинки мозга, каких-то пластин, переплетений ниток и тому подобной непонятной информации, не имевшей для меня смысла и значения. Единственное, что привлекло мое внимание – это монитор с надписью «КИВ ОТДЕЛА ИССЛЕДОВАНИЯ НЕ АКТИВЕН. ОШИБКА ЗАПУСКА. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ТРИ».

С мыслью, что я своим неосторожным действием убил одного из своих, ужаснула меня. Я схватил Кива, вышел из этого места и закрыл дверь с обратной стороны.

– Больше не заходим в такие места, только домой. Ты меня понял? – погрозил я Киву.

Который только фыркнул, вырвался из рук и как ни в чем не бывало, направился дальше.

Глава 4. Сновидение

Дальше мы старались идти только прямо, не сворачивая с главного тоннеля. Изредка останавливаясь, чтобы прорезать выходы вентиляционных шахт.

Кив несколько раз все же свернул, и мне приходилось прорубаться к дверям, за которыми ничего не было, кроме хлама и вездесущих гудящих шкафов. Изредка встречалось нечто, напоминающее цилиндры, с тонкими руками и длинными костистыми металлическими пальцами.

Они стояли на колесиках, по форме и размеру как у конвейера, в месте добычи руды. Несколько раз я пинал их в надежде, что они не оживут и не оторвут мне голову. Мои надежды оправдывались, а железяки с грохотом и скрипом дергались вперед, тряся своими тощими ручонками.

Хотелось пить, а от крови, полученной из плоти, было несварение. Живот крутило и подташнивало.

Дойдя до очередной развилки, отличающейся от остальных и имевшей вид двух широких противоположных проходов с тупиком впереди, мы остановились для принятия решения, куда двигаться дальше. В середине стены тупика различалась выпирающая плоть в виде прямоугольника. Встав на носочки и сделав два вертикальных разреза по краям и один горизонтальный вверху, кусок биомассы откинулся и шлепнул по стене, оголив надпись со стрелками.

Одна стрелка указывала направо в: «Отдел наблюдения», вторая – налево в: «Отдел исследования». Вспомнив точно такую же надпись в комнате, в которой машина вынула мозг у бедного соплеменника, я решил свернуть направо. К тому же мне казалось, что все время проход изгибался в правую сторону, в направление дома.

Я так решил. Но не Кив, ломанувшийся налево.

– Кив за мной, Кив у тебя мозги лишние? – сострил я. В удивлении заметив, что могу так, – да ты издеваешься надо мной. Нам явно не туда.

Мне ничего не оставалось делать, как идти за ним, попутно убеждая себя в своей правоте. Тоннель был шире, чем тот, по которому мы шли ранее, а плоть становилась чернее и зловоннее. Еще больше хотелось убраться отсюда поскорее, но без Кива этого делать было нельзя.

***

Пройдя с десяток шагов, мне привиделось шевеление в ответвлении справа. Повернув топор в тоннель, я увидел длинный проход, ставший таким из-за открытой двери.

– Открытая дверь? Но кто? – удивился я, проходя через него.

В дальней части комнаты что-то шевелилось и стонало.

– Нет, нет, нет, только не Кив, только не… – не успел я закончить монолог, как увидел Кива, подвешенного в воздухе на тонких жгутах, похожих на корни грибов. По сторонам от него располагались ряды мелких зубов, торчавших из стен и потолка.

То, в чем находился Кив, походило на комнату в комнате.

Стенки толщиной в полметра, а может больше, выпирали, но не сливались с поверхностью. Вся эта органика пульсировала, словно в конвульсиях, пытаясь сомкнуться на пойманной жертве. Очень медленно жгуты окутывали Кива и проникали под кожу.

Позади двигался темный, едва различимый силуэт в виде двух утолщённых к основанию щупалец с ветвящимися кисточками на кончиках. С потолка стекала вязкая маслянистая жидкость с тошнотворным запахом разложения и серы.