Александр Ничипор – Книга первая: БЕЗУМИЕ! (страница 8)
Светанов опустил глаза и осунулся. — Да, Виталик, ты прав. Но ты, Сашка, не волнуйся! Я соберу денег сколько смогу. — Сергей в уме стал считать, скольким может помочь. Виталик подтвердил: — Сань! Авось все обойдется. С деньгами, я думаю, мы поможем. Невесть что, но что-то и соберем.
Саша поднял глаза на друзей. Его глаза заблестели от слез. Он тяжело вздохнул и ответил: — Спасибо вам, пацаны. Сам не знаю, как теперь из этого дерьма выбираться буду. Я ведь не хотел его убивать. Так вышло, я просто защищался. Хотя, может, не стоило мне защищаться! Ну, получил бы по морде, полежал в больнице, а так еще, смотришь, и посадят. — Ничего, Санек, прорвемся! Мы тебе поможем, для чего же тогда друзья? Смотришь, все и обойдется. — Да, Виталик, ты прав. Саня, не грузись сильно. Ведь ты защищался. Да и Мишка это подтвердит. — Нет, ребята! Мишка не подтвердит. Он не видел ничего, он был без сознания... Хотя давайте сменим тему, а то на душе и так тошно. Во рту все пересохло. Как подумаю, что меня ждет, аж слезы на глаза наворачиваются.
Сергей достал из сумки литр сока и протянул его Саше. Тот открыл и молча протянул Сергею. Тот отрицательно покачал головой. Саша протянул сок Виталику. Тот сделал отрицательный жест и сказал: — Саня, сам пей, — и стал выкладывать продукты из своей сетки.
Светанов сделал три больших глотка. Вздохнул и сделал еще один длинный глоток. Немного помолчав, сказал: — А знаете, пацаны... Ведь перед тем, как на нас напали, Мишка, да и я тоже, почувствовали, что зреют неприятности. Это такое чувство было, как будто что-то вот-вот произойдет, что-то, что должно произойти. Как интуиция. Вот парадокс! — Саня, Саня! Ты с Мишкой на мистике помешался. Сколько ты книг разных прочел? Делать тебе нечего! — Сергей улыбнулся. — Ну, не скажи, Серега! Эзотерику я люблю. Вообще люблю религии изучать и всякую мистику. Чаще всего все имеет свое объяснение. И если мы что-то не понимаем, то лишь потому, что у нас не хватает либо знаний, либо плохо развито мышление. То-то, братишка! — Сергей, не грузи Светанова. Ведь он от своего хобби все равно не откажется. Он, похоже, фанат всего неизвестного. Хотя и учит физику и другие точные науки. — Сергей развел руками и, указывая пальцем на Виталика, сказал: — Точно! — Ой! Только не надо сопротивляться, ребята. Я берусь объяснить любое явление. И, кстати, скажу: наука ничего не отвергает, а лишь указывает на наше невежество. Тем более что и сама наука как метод познания несовершенна, так как исключает интуицию как метод. А именно интуиция и является одним из инструментов познания. Хочешь, Сергей, прямо сейчас проведем эксперимент? — Саша уперся взглядом в Сергея.
Тот пожал плечами и без энтузиазма ответил: — Ну, давай, гений, что у тебя на уме? — Хорошо. Закрой глаза и представь себе какую-нибудь фигуру. Треугольник, квадрат, круг, можешь крест. Только не очень сложную. Ну, давай. Сергей закрыл глаза, представил себе шар. Саша посмотрел на него, на секунду закрыл глаза и сказал: — Шар. Сергей посмотрел на него и ответил: — Правильно, а еще? Саша почесал голову: — Давай ты представляй, а я буду называть то, что ты представляешь. Если я отвечаю правильно, то ты просто кивай; если нет, то кивай отрицательно. А ты, Виталик, постарайся не дублировать его, а то ты, как попугай, сразу за ним представляешь что-нибудь свое.
Виталик кивнул, за ним кивнул и Сергей. Паханов представил пятнадцать фигур. И все пятнадцать Светанов угадал без ошибки. После последней правильно угаданной фигуры Паханов открыл глаза и как-то неожиданно с подозрением обратился к другу: — Как ты это делаешь? И почему ты раньше это нам не показывал? — Серега, подожди. Вот вы с Виталиком реалисты. Объясните, почему я угадал все сто процентов задуманных тобой фигур? Ну?
Виталик развел руками и посмотрел в сторону Сергея. Тот тоже развел руками. Но, секунду подумав, стал рассуждать вслух: — Вообще, конечно, может существовать вероятность того, что это просто случайность. — И он, прищурив глаз, посмотрел на Светанова. — Но вижу, что ты приготовил что-то другое. Главный принцип науки — это повторяемость. И ты готов все еще раз повторить. Светанов кивнул и улыбнулся. — Так, значит! Слушай, Саня, не томи и давай нам правильный ответ, что это у тебя за шутки? Светанов загадочно улыбнулся: — Ладно. Все в действительности очень просто. Но чтобы понять эту простоту, нужно тоже кое-что знать. Нельзя младенцу, который не знает алфавита и что такое алфавит вообще, объяснить, что такое написанное предложение. Просто в его понимании нет такого понятия. Так и вам это объяснить непросто. Но я попробую.
В дверь заглянула Сашина мама и негромко сказала: — А ну, ребята, закругляйтесь, вам пора по домам. Все не наговоритесь! Василий Петрович сказал, что вам уже пора. — И снова закрыла дверь. — Мы, Саня, не уйдем, пока ты нам не расскажешь, как ты это сделал, так и знай. — Сергей посмотрел на Виталика и продолжил: — Верно, Виталик? Виталик кивнул, и Сергей посмотрел на Светанова: — Так что выкладывай! — Хорошо, попробую быстро. Но совсем нет гарантии, что мое объяснение правильное. Просто оно доступно и в моем понимании соответствует истине. Но неизвестно, имеете ли вы то количество знаний и опыта мышления, чтобы воспринять мое понимание. — Ладно, умник, не томи. Нечего тут гением прикидываться. Как будто мы с тобой первый раз разговариваем, — улыбаясь, сказал Виталик.
Саша продолжил: — Я считаю, что все есть энергии, хотя и разные, но связанные одной структурной природой пространства, и взаимосвязь происходит с помощью полей, которые тоже являются одной из форм энергии, но в силу своих расширенных свойств могут передавать взаимодействия. Это не только те поля, которые мы знаем и думаем, что изучили. На самом деле люди очень мало знают об энергии и о полях. И вообще о чем-либо. И главное, не стремятся знать. И только некоторые это очень любят — например, я. — Стоп, стоп. — Виталик поднял руки вверх. — Мы это знаем, знаем даже больше. Ты сейчас, как всегда, сядешь на своего любимого конька и будешь нас часами грузить своими теориями. Недаром у тебя кличка «Философ». Давай просто и быстро, а то времени сегодня уже нету. — Да, ты прав, Виталь. Я действительно люблю много думать и говорить на эти темы. Но продолжу и постараюсь кратко. Так вот, Серега, твой мозг, как и мой, сделан по одной и той же схеме. Так что он генерирует особые комбинации энергетических полей, когда ты начинаешь думать. Такие поля я учусь воспринимать. Это как приемник и передатчик. Обычная аналогия. Ты книги Гермеса читал?
Сергей отрицательно покачал головой. — Так вот, одно из его учений называется «Кибалион», можешь в интернете поискать. Кстати, это одна из моих любимых книжек. Так вот, там описан принцип подобия и многое другое. А это относится ко всем мирам, нашей структурной реальности, а может, и не только. — Слушай, Саня, вечно ты все усложняешь. Книжонку я поищу. Но если все так просто, почему ты можешь читать в моей голове образы фигур, а я не могу?
Саша разразился смехом, за что был наказан болью, которая отозвалась в его покалеченном теле. В этот миг дверь открылась, и в нее заглянул дежурный милиционер. — Так, ребята, время вышло. Вам пора уходить, да и своим смехом вы всех больных распугали, вон даже в палату не заходят. Все, выходите. — Мы выходим, — сказал Виталик и стал демонстративно собирать разложенные на кровати продукты, которые они с Сергеем принесли Саше. Потом повернулся к милиционеру и утвердительно сказал: — Да, все, мы уходим, только попрощаемся. — И уперся взглядом в глаза Василию Петровичу.
Тот нахмурился и резко сказал: — Давайте быстрее, — и закрыл за собой дверь.
Серега встал, легонько похлопал Сашу по плечу и шепотом спросил: — Так что тебя так рассмешило в моем вопросе? — А то, Серега, — тоже шепотом продолжил Саша, — что ответь мне, дорогой друг: сколько раз ты пробовал угадывать образы?
Понимание отразилось на лице Сергея. — Вот именно, Серега! Ни разу, или в лучшем случае раз или два. Так что ты хочешь?! Это то же самое, как учиться ходить. Младенцы вон сколько времени учатся, пока начинают ползать, и только потом ходить. То-то! Конечно, тебе это непонятно, потому что ты этого не делал. Вообще люди сами не знают, на что они способны. — Ладно тебе, философ. Завелся. Лучше подумай, как из реальности будешь выбираться, — в голосе Виталика чувствовались нотки настойчивости. — Да, Виталик, мы уже пойдем. Но ты, Саня, еще обязательно расскажешь мне более детально, как ты это делаешь. — Договорились, Серега.
Друзья встали. — Все, Санек, выздоравливай скорее. А то я уже скучаю по тем временам, когда мы просто сидели все вместе и пили пиво, болтали о разном. — Сергей нахмурился. — Ладно тебе, Сергей, не доставай его, ты же знаешь, что Саня пиво не любит. Все, друг, пока, выкручивайся да побыстрей.
Виталик с Сергеем еще раз пожали руку другу и вышли за дверь. Уже идя по дороге домой, они стали обсуждать эксперимент, который им показал Светанов, и решили его обязательно попрактиковать. Друзья не знали, что это был последний раз, когда они могли так просто сидеть и общаться между собой. На следующий день они узнали, что Сашу перевели в госпиталь для заключенных, а там его посещать уже не разрешали. Они попытались найти хорошего адвоката и всячески помогали Сашиной маме. Следующая их встреча состоялась только на суде.