Александр Неверов – Огненное кольцо (страница 22)

Он лежал в комнате, освещаемой тусклым светом. Все пространство заставлено тремя рядами двухъярусных кроватей. На одной из таких кроватей, на нижнем ярусе, он и лежал.

Парень сразу же узнал это место, но глазам поверил не сразу, потрясенно оглядываясь и привыкая к страшной мысли.

Таких комнат-общежитий в Тамбуре было несколько, и в одной из них Веник провел довольно много времени, лишь несколько лет назад сменив койку здесь на отдельную «квартиру» вне пределов Тамбура.

И вот, по прихоти Мельника, он снова здесь. Среди отверженных бедолаг.

Сейчас на койках никого не было, видимо, рабочая смена еще не закончилась. Рядом сидел какой-то очкастый люксовец в чистой одежде, который осматривал Веника. Поодаль маячил еще один стражник. Медик при помощи узкого черного цилиндрика взял кровь из пальца парня, посмотрел на черный прибор с небольшим экранчиком, и что-то записал у себя в блокноте. Затем он покормил парня непонятными питательными массами из пластиковой тарелки и ушел, сделав укол. Веник, перед тем как заснуть, успел подумать, что Мельник, видимо, задумал большую гадость, раз поместил его сюда, да еще личного врача приставил.

Когда парень снова проснулся, уже наступил вечер. Обитатели комнаты, поужинав, собрались в комнате, на своих койках. Часть мужиков болтали между собой, но большинство, нет-нет да и поглядывали на лежащего парня. Однако заговорить с ним никто не решался. Веник кивнул нескольким знакомым, хотя почти все мужики были ему знакомы. В Тамбуре все друг друга знали. На приветствие ответили всего несколько мусорщиков, робко кивнув в ответ. Большинство же смотрели на парня или тупо или же настороженно.

Приближалось время отбоя. Веник подумал только, что ему уже не дадут ужина, как в комнату вдруг начали заходить люди. Они шли и шли, становясь полукругом вокруг парня, который, напрягшись, наблюдал, что народ все прибавлялся и прибавлялся. Похоже, тут собралось почти все население Тамбура.

Народ встал тесной стеной вокруг койки парня. Многие сидели на кроватях, на обоих ярусах. Все, как один, чего-то ожидая, смотрели на парня.

«А не в том ли замысел, Мельника, дабы они меня на куски разорвали», — подумал Веник и тут заметил, как толпа раздалась в стороны, открывая проход. По нему прошли несколько стражников. Один из них нес несколько металлических контейнеров. Когда тот разложил их на соседней постели, Веник вдруг понял, что это.

Еда!

Пока страж возился с едой, по комнате поползли кружащие голову запахи. Такой жратвы тут сроду никто не пробовал.

Венику, приподнявшемуся в кровати, подали тарелку с супом. Такого вкусного кушанья он еще не ел. Однако все портили враждебные взгляды собравшихся. От их взглядов кусок не лез в горло. Парень удивлялся, что некоторые смотрели на него с неприкрытой ненавистью.

«Неужели они, кретины, не понимают, что их специально натравливают на меня? — думал он, давясь вкусной едой. — Это, какими же идиотами надо быть, чтобы купиться на такое?»

Запив ужин сладким компотом, Веник снова прилег.

Стражники ушли. Представление кончилось. Народ, тихо переговариваясь, начал расходиться. Парень уснул.

Прошло несколько дней. Ежедневно к нему заглядывал доктор, беря кровь и делая уколы. Утром, в обед и вечером, прием пищи проходил по одному и тому же сценарию. К его койке сгоняли народ, после чего, на виду у всех Веника кормили едой из Люкса. Сперва это сильно напрягало парня, но окружающие начали уже привыкать и ожесточенных лиц стало поменьше.

Веник, целыми днями валяясь в постели, быстро поправлялся. Он уже вставал на ноги и немного ходил по комнате. Такое положение ему даже начинало нравится. Теперь, во время еды, он не смотрел на лица окружающих. Так было намного легче. Единственное, что угнетало — это неясность в том, что готовит ему Мельник. Явно это было что-то серьезное и донельзя гадское. Не зря же тут устроили эти представления.

На пятый день шоу кончилось. Вечером толпу уже не сгоняли. Однако еду ему принесли и к удивлению парня, это оказалась обычная баланда, какой перебивались местные обитатели. После изысканных кушаний Люкса, эта еда показалась помоями.

— Что, не нравится? — ухмыляясь, сказал стражник, принесший еду. — Привыкай.

Несколько местных, услышав это, глумливо захихикали. Народ начал шушукаться.

— Хватит тебе тут валяться, — продолжил мерзавец. — Завтра работать пойдешь.

Глава 7

Крутые дела

На следующее утро Веник вышел на работу. Все тот же тоннель, все те же вагонетки с мусором. Парень был еще слаб, и он не столько толкал, сколько просто шел, держась за вагонетку. На разгрузке он сидел, отдыхая и наблюдая, как другие сгребают мусор в шахту.

Все было по-старому. Погрузка мусора, путь на свалку, выгрузка. Первый пошел!..

Уже в первом рейсе Веник обратил внимание на проход, ведущий к Метро. К его удивлению, сейчас там находилась крепкая решетка с дверью, за которой светила лампочка и где находился пост, на котором дежурили несколько вооруженных стражников.

Парень, при виде этого только тяжело вздохнул. Яснея ясного, что второй раз воспользоваться этим лазом будет невозможно. Такой же облом, как и с «Последним тоннелем».

Весь день никто из мусорщиков не делал попытки заговорить с Веником. Даже во время перерывов люди с какой-то опаской поглядывали на парня. Если он пытался заговорить с кем-то, то ему отвечали односложно и сразу после этого разговоры вокруг быстро замирали. Все смотрели настороженно и подозрительно.

— Указания нам дали. Не болтать с тобой и ничего не спрашивать, — шепнул ему в туалете один из старых знакомых, парень по имени Антоша. Хоть они были вдвоем, но продолжить разговор Антоша не рискнул.

Если в начале рабочего дня Веник ходил словно заторможенный, еще не отошедший от постельного режима, то постепенно, его измученный разум и тело начали оживать. Мозг снова заработал, подкидывая интересные вопросы:

«Где теперь его сообщники-дезертиры с Диаметра?»

«Почему в тоннеле, ведущем к Метро, люксовцы устроили пост, когда его могли просто замуровать или заварить решеткой?»

И самое главное, что с ним, с Веником, будет дальше?

В этот день он ужинал вместе с остальными, а вечером, также вместе со всеми, вернулся в комнату. Теперь к парню привыкли и почти не обращали внимания. Люди болтали перед сном, резались в нарды, карты и кости. Все было как обычно. Веник немного расслабился. По крайней мере, сегодня, вроде никаких пакостей не ожидается, облегченно подумал он, когда все улеглись спать и дежурные по комнате пригасили свет.

Парень уже начал засыпать, как его грубо потеребили за плечо. Открыв глаза, в полумраке комнаты он разглядел, что рядом стоит громила Миша, один из «серьезных» мужиков, которые «держали верх» в Тамбуре. Поодаль маячили еще несколько местных бугаев.

— Вставай, — тихо сказал Миша. — Пойдем.

Оцепеневший Веник поднялся с постели и двинулся вместе с головорезами в сторону сортира.

«Вот оно, — подумал он, леденея от ужаса. — Начинается».

Они направлялись к двери, ведущей в туалет, примыкающий к общаге.

Даже днем это была вотчина крутых и нормальные люди старались пользоваться туалетами в других местах. Вечером же, после отбоя, здесь почти всегда собирались крутые. За закрытыми дверями проходили толковища — решались вопросы: с кем разобраться, кого избить, кого предупредить, а кого и опустить.

Веник, сопровождаемый громилами, миновал дверь и оказался внутри.

Сортир представлял собой довольно просторное продолговатое помещение. Справа, на небольшой возвышенности расположился ряд овальных ниш в полу. В стене слева находился проход в душевую и несколько раковин.

Парень с провожатыми проследовали в дальний конец туалета, где на ящиках сидели несколько мужиков. Веник хорошо знал их всех. Это были «крутые». Именно из-за этой публики, дабы как можно меньше встречаться с ними, он в свое время и перебрался на «квартиру» за пределами Тамбура.

Парень с сопровождавшими его громилами подошли к сидящим. Посредине, сидел главный авторитет Тамбура — Рекун, мужик средних лет. Его выделяло волевое лицо и довольно приличная одежда. На нем была ладная черная куртка и серые штаны, по качеству лишь немного хуже, чем одежда стражников Люкса. Не сказать, чтобы главарь отличался мощным сложением. На вид обычный мужик, который выделялся разве что осанкой, но о его ловкости и отваге ходили легенды, хотя мало кто видел, чтобы тот лично дрался. Говорили, что тот, кто увидит Рекуна в деле, уже не жилец.

Рядом с главарем сидел Кипа — еще почти совсем молодой парень в темно-синей куртке и темных штанах. Шепотом рассказывали, что тот, несмотря на молодость уже успел завалить троих. С другой стороны сидел мужик в черном рабочем халате, по кличке Лифт. Он был одет как мастеровой, отирался в мастерских, но никто никогда не видел, чтобы тот работал.

Неподалеку от них стояли еще несколько «крутых» — Федя и Стекло. Это были рядовые бойцы. Федя вообще был моложе Веника.

— Ну, здорова, Веня, — приветствовал парня авторитет. — Чего стоишь? В ногах правды нет.

Веник присел на предложенный ящик.

Рекун был не из тех, кто зря языком трепет и поэтому сразу пошел конкретный разговор:

— Вот что, Веня, — начал авторитет. — Пришла нам весточка от друга твоего, Мельника. Сказано там — опустить тебя сегодня. Понял?