Александр Неверов – Огненное кольцо (страница 23)
Веник похолодел. Вот оно, подумал он. Парня сковал ужас.
Признаться, его не сильно пугало предстоящее насилие. Ну, поимеют они его… Сунут член в задницу. И что? От этого, на его памяти, в Тамбуре еще никто не умирал. В кресле у Стоматолога куда больнее было.
Нет, не этого он страшился. Пугало парня то, что по всем признакам выходило, что это только начало. Цветочки, так сказать, а ягодки впереди. Вряд ли Мельник бросил его в Тамбур и возбудил ненависть местных людишек лишь ради банального изнасилования.
Рекун словно прочитал мысли парня и поэтому добавил:
— И так приказано каждый вечер тебя иметь. Ну и еще, по мелочам кое-что присоветовал. Дабы жизнь тебе медом не казалась.
Веник, молча слушавший бандита, вдруг встрепенулся в надежде. Странно, думал он, что Рекун так распинается перед ним. Если бы он хотел его опустить, его бы уже насиловали. Да и без Рекуна это дело обошлось бы. А так… Значит, они что-то замышляют!
И снова, авторитет, словно угадав мысли парня, сказал:
— Но опустить тебя мы ведь всегда успеем. Так ведь? Вот мы и решили пока с тобой побазарить немного. По-дружески.
Он ухмыльнулся, обнажив два ряда мелких и острых зубов.
— Вот так, Веня. Расклад простой. Рассказываешь нам тут все, что с тобой было, а мы уже смотрим. Если нам это интересно, то может, и поможем как тебе. Усекаешь?
Веник кивнул.
— Вот и молодца! — похвалил его Рекун. — Давай, выкладывай все, что у тебя там произошло с Люксом и далее. Начиная с того момента, как ты или там Борода, завалили сына Мельника.
В этот момент, от входной двери до них донесся шум.
— Ну, куда ты прешься-то! — послышался голос за дверью.
— Мне надо, — ответил плаксивый голос. — В туалет хочу.
Веник узнал голос одного гадкого мальца, одного из множества местных стукачей. Скорее всего, тот выполнял указание стражников и был послан удостоверится, что приказ Мельника исполняется.
— Пошел на хер отсюда! — сказал ему грубый голос снаружи туалета.
Стукачок что-то забубнил.
Рекун дал знак парням у стены. Они затопали ногами, изображая суматоху.
Стекло вдруг заорал визгливым голосом:
— Не надо парни! Не надо!
Веник сперва удивился, но тут сразу сообразил, что Рекуна всерьез заинтересовала его история, раз он придумал эту инсценировку изнасилования, серьезно рискуя своим положением. Если до Мельника дойдет, что его приказ проигнорирован, то даже от такого крутого авторитета, как Рекун, останется только мокрое место.
Главарь кивнул Венику, поднялся и двинулся в душевую. Остальные крутые и Веник направились за ним. Громила Миша остался в туалете с вопящим Стеклом.
Короткий коридорчик привел в не работающую душевую, куда не ступала нога обычных мужиков. Несколько кабинок в дальнем углу было переделано во что-то вроде кабинета, в котором расслаблялись подпольные лидеры Тамбура. Возле нескольких столов стояла кучка металлических стульев. Крутые заняли свои места. Усевшись на один из стульчиков, Веник начал рассказывать.
Он понимал, что времени мало и поэтому старался говорить сжато и емко. С первых же минут рассказа о том, как он завалил первых стражников, Веник с удовольствием отметил, что слушатели изменились в лицах, начав смотреть на него с небольшим уважением. Веник говорил просто, не останавливаясь на каких-то моментах и неинтересных мелочах. Он, не скрывая, рассказал про Главное Убежище, про свой путь по Диаметру, про Альянс и Совет. Вкратце упомянул вылазку на «Перово» и плен. Затем новый побег, суд на Диаметре и свой путь назад. Рассказ о злоключениях занял на удивление мало времени.
— Ну что, поняли? — выкрикнул Кипа, когда Веник закончил свое повествование. — Я говорил, что надо его послушать, а вы…
— А мы что делали? — раздраженно сказал Рекун. — Но это все лирика. Ты, Кипа, понял, что он рассказал?
— Да понял! Метро, оказывается, рядом, а мы…
— Не хера ты не понял! А ты, Лифт?
— Блин, Рекун. Я верю и не верю ему. В башке не укладывается…
— Слушайте мужики, — встрял Веник. — Я понимаю, вы меня и опустить можете и все такое. В любом случае, Мельник мне сына не простит и рано или поздно грохнет. Поэтому, какой мне смысл, перед смертью, вам тут лапшу на уши вешать?
— Да понимаю я, — ответил Лифт. — Только все равно. Чудно это…
— И самое главное, — подал голос Кипа. — Вот что интересно. Мы ведь Веню за человека то не считали. Борода — придурок жизни. Дед — выживший из ума пердун. Ну Фил, тот был себе на уме. А вот гляди, сколько они всего наделали…
— Правильно! — перебил его Рекун. — Про это я и хочу вам сказать. Если уж эти чудики таких дел наворотили, то нам сам бог велел!
— Перетереть надо, — сказал Кипа.
— Да! Но не сейчас, — ответил пахан. — Надо расходится, а то пронюхают, что мы тут долго с ним возились, да и парни притомились там.
Из туалета по-прежнему регулярно доносились вопли «насилуемого» Стекла и возня, так что, вероятно, в общей комнате всем казалось, что там и правда опускают Веника.
— Вот что Веня, — сказал вставший с места Рекун, положив руку на плечо парню. — О нашем разговоре — никому ни слова. Завтра еще побазарим. Если кто спросит, то тут тебя избили и опустили. Усек? Ну и отлично, идем.
Они вернулись в туалет. Парню велели спустить штаны и трусы, после чего, по знаку пахана, Миша и Федя подхватили Веника за руки и поволокли из туалета, словно у того не было сил идти. Дотащив его до постели, они грубо бросили парня на нары и ушли. Устраиваясь на кровати, Веник заметил, что несколько мужиков на соседних койках украдкой наблюдают за ним.
«Стукачи долбанные», — без злобы подумал про них парень и быстро уснул.
На следующий день он опять вышел на работу. Местные мусорщики уже знали о ночном происшествии и, похоже, всерьез верили, что Веника опустили. Одни смотрели на него сочувственно, другие брезгливо. Для него и это было неплохо. По крайней мере, ненавистных взглядов стало существенно меньше.
С утра он сделал несколько рейсов на свалку, но затем, когда он готовился в третий рейс, к нему подошел учетчик, назначающий людей на работу, и велел парню идти на сортировку.
Не успел Веник войти в сортировочный цех, как путь ему преградил громила Миша.
— Иди в каморку, — тихо сказал он и прошел мимо.
«Каморкой» называлось подсобное помещение, где собирались местные крутые. Веник никогда в ней не был, да и вообще в сортировочном цехе он был редкий гость, но как и другие мусорщики, знал, где она находилась. Поэтому он сразу же направился туда.
Настроение немного ухудшилось, но с другой стороны он понимал, что вряд ли сейчас его будут убивать или что-либо в этом роде. Если его решат грохнуть, то явно будут делать это не здесь. Скорее всего, сейчас последует продолжение вчерашнего разговора. Но вот чем он закончится? — думал Веник подходя к «каморке».
У металлической двери скучал крепыш Мава, но он сделал вид, что не обращает на Веника внимания. Парень толкнул дверь и шагнул внутрь.
Внутри сидели все вчерашние собеседники во главе с Рекуном, но присутствовало еще несколько авторитетов, отсутствовавших накануне.
Парню подали табурет, и он присел к столу, вокруг которого собралась компания.
— Вот что, Веня, — без лишних предисловий начал пахан. — Ты вчера нам много чего там наплел. Это все интересно, но надо бы кое-что уточнить.
Он забросал Веника вопросами. К удивлению парня, авторитет расспрашивал его о Диаметре. Как там, кто там, какой народ, кто главные на станциях и прочее. Веник рассказывал, что знал. Коснулся разговор и Альянса, но Рекуна почему-то в первую очередь интересовал Диаметр. Кроме этого было задано много других вопросов, и Веник даже подумал, что его пытались подловить на вранье.
Так они проговорили больше часа. Крутые, слушая его, многозначительно переглядывались. Под конец разговора Рекун снова порекомендовал парню держать язык за зубами и, без лишних слов выпроводил его из «каморки».
В сортировочном цехе Веник попытался включиться в работу, однако старший смены посоветовал ему не лезть. Парень присел на корточки у стены, отметив только, что цехе работают люди из компании приближенных Рекуна. Рядом, за стеной стучали молотки в мастерских.
Парень тихо сидел на корточках у стены.
«Что задумал этот Рекун?» — думал он в десятый раз, поглядывая на дверь каморки, из которой уже давно никто не выходил. Вряд ли эта компания расспрашивала его ради общего развития. Наверняка они что-то задумали. Но что?
Через некоторое время Веника направили к вагонеткам, и он снова оказался в бригаде, везущей мусор на свалку.
До конца дня он работал, затем вместе со всеми поужинал, сделал еще несколько рейсов на свалку и отправился спать.
После отбоя повторилась вчерашняя история. На этот раз он шел под конвоем громил в туалет уже не испуганно, а скорее наоборот. Желание узнать, что задумали крутые, затмило угрозу расправы.
Он снова присел рядом с крутыми в душевой, а в туалете несколько шестерок разыгрывали сцену изнасилования.
— Вот что, Веня, — говорил Рекун. — Ты нам интересные вещи рассказал, так что мы тут посовещались и решили тоже попытать счастья.
— В каком смысле? — не понял парень.
— А в прямом. Решили, как и вы тогда, в Метро податься, — ощерился авторитет, внимательно глядя на парня.
У Веника отвисла челюсть. Чего-чего, а подобного он не ожидал. Одно дело, если бы бежать из Тамбура решили бесправные мусорщики, но то, что смыться захотят неплохо тут устроившиеся крутые… Это в голове не укладывалось.