Александр Науменко – Путь домой (страница 6)
Где-то наверху свирепо завыла буря, наконец накрыв пыльным полотном древнюю крипту. Двери, что отрезали путь на лестницу, жалобно застонали, но продолжали держать, как держали десятилетия, столетия. Ветер демонов свободно разгуливал по верхнему храму, рыская, чувствуя человечину, но злясь от того, что не мог до неё добраться. Он крушил подгнившие балки, что с грохотом обрушивались на каменные плиты, срывал почерневшие храмовые знаки, плюя, оскверняя их своим дыханием. И несдобровать любому, окажись тот несчастный у него на пути. Кожу мигом слижет песчаным языком, оголив бурую плоть, мышцы, сухожилия, сетку нервов, которые станут гореть огнём от каждого прикосновения из тысяч песчинок. Ярость не знает границ, если эта ярость в виде свирепой бури, которая случается раз в десятилетие.
* * *
Салазар вертит головой, пытаясь понять, послышались ему эти звуки, или просто игра воображения? Но нет, вроде бы некие завывания доносятся из тёмного коридора, который проходит мимо усыпален. Он медленно шагает, держа в руке стержень, другой же придерживал клинок, готовый ко всему. Если здесь ещё кто-то есть, тогда быть беде. Впрочем, такие вот крипты любят всякие там гули, вампиры и прочие дети ночи. Но нет, завывания вроде бы вполне людские, которые может издавать человек, а не проклятое Каином существо.
Коридор уводит дальше, сворачивая, затем снова устремляясь вперёд, пока не упирается в тяжёлые резные двери. Покряхтывая от натуги, Салазар открывает их, и шум оглушает его. По-видимому, здесь хорошая звукоизоляция, раз нельзя было из-за створок определить расстояние находившихся собравшихся. Ему-то казалось, что они всё ещё далеко, а шагнув за порог...
В круглом помещении имелся алтарь в форме шестиконечной звезды. А у дальней стены было краской нарисованы врата с непонятными символами. Между колонн топчутся мертвецы, так что становилось теперь ясно, откуда взялся тот бродячий. Далее, слева, если смотреть от входа, возвышался над своими пленниками жрец в красном одеянии, чьё лицо скрывала драконья маска. В одной руке была раскрытая книга из чёрной кожи, в другой же окровавленный кинжал. Он читал странные слова, что составлялись в грубые, почти лающие предложения, а потом взмахивал своим орудием, и лезвие перерезало горло очередной связанной жертве. Кровь под давлением брызгала прямо на алтарь, становясь лужицей, окрашивая выдолбленные в камни руны. Потом жрец переходил к следующей жертве. Всего их было шесть, но теперь осталось только четверо, мужчина, парень и две девушки. Все обнажены. Верёвки до синевы впиваются в кожу, останавливая кровообращение. На лицах пленников животный ужас.
"Это же драконий жрец! Попал, так попал".
На скрип открываемой створки, жрец обернулся, взглянув внимательным взглядом из прорезей в маске. Его одежды приятно зашелестели, а рука с кинжалом застыла в воздухе, роняя капли крови.
- Чужак? - послышался глухой изумлённый голос служителя культа крови. - Здесь?
Из глоток мёртвых послышался жуткий хрип. Их разлагающиеся тела задрожали в предвкушении, но стеклянные глаза по-прежнему смотрели в пустоту, застыв в миг их смерти.
- Взять его! Рявкнул вдруг жрец, указав кинжалом на вторгшегося так неудачно чужака. - Убить животное!
Армия мёртвых, покачиваясь, точно старые дубы в сильный ветер, медленно двинулись к Салазару, вытягивая руки вперёд со скрюченными пальцами и обломанными ногтями. Кто-то казался более свежим, а на кого-то было страшно смотреть без содрогания. Один полз на руках, так как ноги у него отсутствовали, оканчиваясь гниющими обрубками. Другой шагал, не обращая внимания на то, что из его распоротого брюха тащатся следом склизкие внутренности. Короче, просто мечта некрофила.
Привычно в руке оказался клинок, которым и воспользовался Салазар. Довольно глупые мертвецы особо не представляли опасности, если действовать умело, не давая к себе приблизиться. Они могли задавить лишь числом, а потом уж и разорвать, но этого, понятное дело, мужчина позволять не собирался. Клинок безжалостно кромсал конечности, отсекая их, отправляя в свободный полёт, где они шмякались с влажным звуком склизкой плоти. Краем глаза Салазар видел, что жрец продолжил свой ритуал, отправив к богам ещё одну молодую особу, перерезав той горло. Девушка упала на каменные плиты, агонизируя кровью, дёргая ногами. И в этот миг произошло нечто, что заставило мужчину действовать более решительно. Нарисованные на стене врата вдруг стали более отчётливее что ли, превращаясь в настоящие, из какой-то кости. Створки с мерзким звуком поползли в стороны, и показалась громадная рука с острыми когтями. Жрец дико заверещал, радуясь достигнутому, переходя к следующей жертве, фазе. Здесь не надо было быть провидцем, чтобы понять, что в мир вызывают некую тварь, какого-то демона. И как только несчастных не останется, а слова будут досказаны, то нечто ворвётся в этот мир, и тогда настанет царствие хаоса и мрака.
"И сбудутся пророчества, и станут города вам гробницами.
И прольётся на землю кровавый дождь, ибо слышна его поступь.
И восстанут мёртвые из своих могил, чтобы нести смерть и мрак.
и в мир войдёт он. Трепещите!"
Стиснув крепче зубы, Салазар зарычал от злости. Он был воином до мозга костей, пускай и мечтал о работе на земле. Взявший меч однажды, никогда не забудет его тяжести. Кровь солдата императорской армии вскипела в венах, бросая Салазара в сторону, уводя за собой армию мертвецов. Он запрыгнул на алтарь, а потом одним махом отсёк демоническую руку, отпрыгивая назад. Из обрубка хлынула зелёная кровь, окропляя десятки трупов, растворяя их одним махом. По-видимому, текущая в венах твари жидкость оказалась довольно едкой кислотой, что было на руку старому воину. Он лишился всего за пару ударов сердца трёх, а возможно и четырёх десятков поднятых из могил противников.
Из-за врат послышался оглушительный вой, от которого задрожали стены подземного храма. Тварь попыталась прорваться в этот из миров, но створки всё ещё крепко его сдерживали, так как ритуал не был проведён до конца. Тогда драконий жрец перешёл к новой жертве, занося кинжал для смертельного удара. Но тут вмешался Салазар, проносясь мимо. Клинок лишил жреца сразу всех пальцев, а книга взлетела в воздух, исчезнув среди толп мёртвых.
- Не-е-е-ет! - послышалось из-под маски. - Поооовелитеееель!
Развернувшись, Салазар зло оскалился, став похожим на побитого жизнью волка, но всё ещё крепкого, стоявшего на четырёх лапах.
- Так отправляйся к своему повелителю.
Удар сапога в грудь отправил жреца прямо к створкам врат, откуда появилась вторая рука. Она зашарила в воздухе, но тут наткнулась на человечка, хватая его, мгновенно сдавливая. Из широко распахнутого рта полилась кровь, а следом вывалились и внутренности, глаза выскочили из орбит, повиснув на глазных нервах, кости влажно захрустели. И о чудо! Всё разом застыло. Рука превратилась в камень, а створки вновь приняли вид рисунка на стене. Армия покойников рухнула, став лишь грудой мёртвой плоти, кормом для могильных червей. Ритуал не был соблюдён до конца. Всё кончилось быстро, даже не успев начаться.
* * *
Выбравшись на поверхность, после того, как буря ушла на юго-запад, Салазар осмотрелся. Ничего в крипте не изменилось за мелким исключением. Где-то рухнул камень со стены, где-то обрушилась балка, а где-то намело жёлтого песка. Здесь всё неизменно, как и тысячи лет до этого строения. Запустенье жило по своим собственным правилам. Оно будет жить и тогда, когда человек исчезнет, а эта безжизненная пустыня останется со своими неизменными законами. Так было и так будет.
- Я даже не знаю, как вас благодарить, - поклонилась Кира, единственная выжившая девушка.
Старый воин лишь отмахнулся. Он не в том возрасте, чтобы выслушивать в свой адрес дифирамбы. Раньше, годков двадцать назад, с удовольствием, но только не сейчас. И возможно, тогда он воспользовался благодарностью сего молодого тела. Но вот нынче отчего-то совсем не тянуло. Салазар видел лишь перед своим внутренним взором Еву, его супругу, чьё лицо приходило к нему во снах, шепча приятные слова, маня к себе.
- Это долг любого воина, - пожал он плечами, поглаживая рукоять своего клинка.
Мужчина не стал распространяться о том, что оказался совершенно случайно в крипте, двинувшись на некий загадочный шум. Незачем знать этой молодой особе того, чего не следует. Пускай верит в рыцарские идеалы. Ведь она ещё так молода...
Над головой громыхнуло, раз, другой. Вновь треск, яркая вспышка. Это были так называемые сухие грозы, которые совсем не редкость в этих местах. Они обычно начинались после пыльных бурь, сверкая, расцвечивая небо всполохами. Вот только дождя здесь никогда не было. И, наверное, очень долгое время. Хотя, если судить по некоторым признакам, вначале времён эти места заливала вода, а возможно запустенье являлось частью океана. Если немного капнуть, то можно отыскать древние скелеты рыб, моллюсков и прочих обитателей водного пространства. Но океан отступил, освобождая местечко для суши, отойдя на три сотни стадий.
- Мы приглашаем вас в наше селение. Вам будут рады.
Это говорил мужчина с раздвоенной бородой, пристально глядя на Салазара, точно изучая диковинное насекомое.