Александр Муро – Без самообмана. Трезвая голова (страница 45)
Если долго связывать общение с алкоголем, трезвая неловкость кажется сильной.
Если долго связывать вечер с бутылкой, пустой вечер кажется угрозой.
Скука — не приговор.
Это место, которое нужно заполнить заново.
Не обязательно сразу.
Не идеально.
Но честно.
Фраза “без алкоголя скучно” переводится так:
“Я пока не научился строить интерес, отдых и общение без алкоголя”.
Это не стыд.
Это задача.
“Я просто хочу отключить голову”
Эта фраза звучит честнее многих.
Потому что человек хотя бы признает функцию.
Не вкус.
Не праздник.
Не компания.
А отключение.
Но здесь важен следующий вопрос:
от чего именно ты хочешь отключить голову?
От тревоги?
От усталости?
От ответственности?
От мыслей о будущем?
От одиночества?
От чувства вины?
От нерешенных дел?
От напряжения в отношениях?
От недовольства собой?
От внутренней пустоты?
Если каждый раз выключать голову, проблема не исчезает.
Она ждет.
Иногда становится больше.
Иногда к ней добавляется похмелье и стыд.
Отключение может быть понятно.
Но оно не должно быть единственным способом выжить.
Если тебе регулярно хочется “выключить голову”, это сигнал: твоей психике нужна помощь, отдых, изменение нагрузки, разговор, терапия, режим, поддержка, решение проблем.
Не только алкоголь.
Самообман защищает не алкоголь, а привычный способ выживания
Важно понять: человек защищает алкоголь не потому, что он глупый.
Часто он защищает способ, который помогал ему справляться.
Плохой способ.
Дорогой.
Опасный.
Но знакомый.
Алкоголь мог быть способом:
отдыхать;
не чувствовать;
быть смелее;
спать;
говорить;
молчать;
выдерживать людей;
переживать одиночество;
награждать себя;
отключаться от боли.
Если просто сказать “убери алкоголь”, мозг сопротивляется:
“А чем я буду жить?”
Поэтому нам нужно не только разоблачать самообман.
Нужно видеть потребность за ним.
За “я заслужил” стоит потребность в награде.
За “мне надо снять стресс” стоит потребность в разгрузке.
За “без алкоголя скучно” стоит потребность в интересе.
За “все пьют” стоит потребность в принадлежности.
За “я контролирую” стоит страх признать потерю контроля.