Александр Морозов – Один день в сентябре (страница 3)

Ловко, конечно, она вывернула все дело. Ей надо чиновником работать. Так искусно отмазываться. С такой способностью далеко бы там пошла.

— Так я не понял, увольняем мы его или нет? — продолжаю я. — И причем тут, мое мнение? Вы его непосредственный руководитель. Тут главное, что вы считаете?

— Я считаю, что его надо оставить, — выдавливает из себя она. — Посмотрим его результаты ближе концу испытательного срока.

— Понял, — довольно отвечаю я и как бы невзначай добавляю. — А как у него дела с алкоголем?

Она удивленно уставилась на меня, пытаясь понять к чему был этот вопрос.

— Не знаю, — медленно, почти по слогам, произносит она, — но сам он вроде говорил, что не пьют.

— Да? — переспрашиваю ее я. — А то сегодня мне сообщили, что он с бодуна пришел? Что скажете?

— Да?! — демонстративно удивляется она. — Утром я ничего не заметила. Вроде нормальный был. Пойду проверю.

Она было порывается встать, но я останавливаю ее исполнительский порыв.

— После планерки проверите и мне расскажите, — говорю ей я, довольный собой и своей властью. — Как обычно ничего не знаете. Хорошо хоть Ирина Петровна у нас всегда на чеку.

Последнее я сказал, чтобы еще немного подразнить ее. Я знаю, что они с Ириной Петровной не очень друг друга любят, время от времени жалуются мне друг на друга, хотя и конфликта между ними нет.

— Ирина Петровна?! — снова демонстративно удивляется она. — Лучше бы она занималась своей работой…

— Она бы может и занималась своей работой, — перебиваю ее я, — если бы ей не приходилось выполнять вашу. Это вы должны были ко мне с докладом про Бабуинова прийти, а вы я смотрю и не знаете ничего.

— Я… — начала было она, но я жестом остановил ее.

— Ладно хватит, — говорю я, — про Бабуинова мне позже расскажите, скоро уже Переваликов придет, а мы еще с вами даже и не начинали планерку. Давайте по списку, кто сегодня чего делает и что там у нас по плану?

За десять минут мы прошлись по всем пунктам производственного плана, наметили работу на завтра, подтвердили сегодняшние задания, короче сделали всю каждодневную производственную лабуду, без которой, к сожалению, нельзя. Но это, по сути, и есть самая главная моя работа, с помощью линейных руководителей вести трудящихся по пути наполнения карманов собственников предприятия через выполнение производственных задач.

— Ладно, все, закончили с планом на сегодня, — говорю ей я. — Все понятно? Вопросы есть?

— Нет, все понятно, — отвечает она, закрывая свой блокнот.

— Ну тогда идите работайте, — говорю ей я. — В десять жду ваш доклад по Бабуинову.

— Хорошо, — сказала она и направилась к двери.

У меня снова появилось время, чтобы почитать новости перед тем, как на планерку явится начальник другого цеха. Так что можно немного расслабиться и отправиться в мир собственных грез и размышлений.

9-00

Каждый день, ровно в девять утра у меня планерка с начальником второго производственного цеха Изяславом Переваликовым. И каждый день эта бестолочь опаздывает. Сука, каждый божий, пардон, рабочий день, этот баран опаздывает. Хотя, с другой стороны, это какое-никакое постоянство. Кое-как приучил его звонить и сообщать мне на сколько он опоздает. Вот и сегодня он позвонил и сообщил, что будет через пятнадцать минут, что-то там у него в цеху опять произошло. Впрочем, я уже привык к тому, что у него в девять утра всегда что-то происходит, и к тому, что он все равно вовремя не придет, опоздает и через пятнадцать минут.

Через двадцать минут появляется Переваликов. Он один раз стучит в дверь и тут же залетает внутрь.

— Доброе утро, — говорит он на ходу.

Быстрым шагом чрезвычайно занятого человека он подходит к моему столу, протягивает мне бумажку с планом работы и садится на стул. Переваликову около тридцати лет, он невысокого роста, с неприятным запахом изо рта. Женат, о чем свидетельствует золотое кольцо на пальце.

— Все на месте? — интересуюсь я, изучая его бумажку.

— Да, все на месте, — отвечает он, — нет только Непедова.

Как же меня бесят такие ответы. В одно предложение он сумел уместить два взаимоисключающих факта и даже глазом не моргнул.

— А где он? — слегка поморщившись спрашиваю я.

— Он вчера вечером мне звонил, сказал, что сегодня будет пол десятого, — как ни в чем не бывало говорит он.

— Не знал, что у нас уведомительный порядок посещения рабочего места, — с легкой насмешкой произношу я. — Еще кого нет?

— Да вроде все остальные на месте, — изобразив задумчивость отвечает он.

— Ладно, хорошо, — говорю я в надежде побыстрее закончить и перестать видеть его рожу. — На сегодня все, что запланировано сделаем?

— В теории да, — отвечает он мне с умным видом.

Все-таки, как же сильно меня раздражает наигранный умный вид на тупых рожах. А еще это хрестоматийное «в теории». Каждый баклан, который не знает значение слова «теория», почему-то считает своим долгом регулярно использовать словосочетание «в теории». Видимо для того, чтобы казаться умнее.

— В теории, — цежу сквозь зубы я. — Как вчера отработала вторая смена? Все сделали, что мы планировали?

— Нет, сделали вчера мало, — с фальшивым возмущением отвечает он. — Давайте камеры посмотрим, что они там делали вчера?

Тьфу ты черт, похоже быстрее отделаться от него не получится. Придется теперь еще и с этим разбираться. А главное, вчера также с умным видом говорил мне, что «в теории все успеем». Что за день, мои ориентиры на сегодня стремительно накрываются медным тазом.

— А кто вчера во вторую смену работал? — интересуюсь я, параллельно запуская на компьютере архив с записями с камер.

— Джомбаев, Голубых и как раз Непедов, — отвечает он, заглядывая мне в монитор.

— Как Непедов? — спрашиваю я, заранее предвидя ответ. — Он же на этой неделе в первую смену?

— Да они там поменялись, — отвечает он. — Непедову вчера куда-то надо было утром.

— И сегодня он решил попозже прийти, — бубню себе почти под нос я, ища нужную запись. — Так ну вот, они работают…

Я немного поворачиваю монитор в его сторону, чтобы ему было лучше видно. Почти двадцать минут мы смотрим запись в разные моменты времени и замечаем, что вечером в цеху никого не было около полутора часов.

— Ну вот и причина того, что мало сделали, — говорю я. — Где интересно они были полтора часа? Короче, как Непедов придет пусть пишет объяснительную. Джомбаев и Голубых пусть вечером напишут свои. Все иди, Непедов вон, уже пришел.

Я киваю на изображение с камеры, которая показывает, что сейчас происходит в его цеху.

— Хорошо, — отвечает он и направляется к двери. — Как напишет, принесу объяснительную вам.

— Ага, — отвечаю я, предчувствуя, что день будет безнадежно испорчен.

В двери Переваликов сталкивается с Натальей Геннадьевной, которая с загадочной улыбочкой заходит ко мне.

— Изяслав, я к тебе сейчас подойду, ты у себя будешь? — спрашивает она у выходящего Переваликова.

— Ага, только позавтракаю, — на ходу отвечает тот ей. — Давайте через двадцать минут.

— Хорошо, — отвечает она ему, закрывая за собой дверь в мой кабинет.

— Не знал, что у нас есть завтраки, — с безразличием произношу я. — С каких это интересно пор?

— Дак они каждый день ходят на завтрак, — отвечает она, — он, Алексеева и Пукер.

— Втроем? — переспрашиваю я. — Какая-то странная компания. Интересно Пукер вообще думает, что она делает?

— Не знаю, —прищурившись сообщает она, — но последнее время они все время что-то обсуждают. Анна Иосифовна постоянно у них в цеху сидит, почти каждое утро в районе девяти, смеются и о чем-то говорят.

Она загадочно смотрит на меня, слегка улыбаясь.

— «Кажется обнаружилась одна из причин его постоянных опозданий на утреннюю планерку», — думаю я. — «Какие интересно могут быть темы для разговоров у пятидесятилетней финансовой директрисы с тридцатилетним начальном цеха? Надо будет понаблюдать потом по камерам».

— Ну ладно, — говорю ей я, — что там с Бабуиновым? С бодуна?

— Да нет, — с еще более хитрым выражением лица отвечает она, — по-моему он не с бодуна, а прямо-таки немного пьяненький. От него не перегаром пахнет, а алкоголем. Он там сидит, вы посмотрите по камерам, и переодически пьет из бутылочки, типа воду, но я думаю там не вода…

Она многозначительно замолчала и уставилась на меня.

— Вот, Наталья Геннадьевна, такие у вас сотрудники работают, — вздыхаю я. — Давайте пригласите его сюда ко мне. Сейчас узнаем, что у него там в бутылочке.

— Хорошо, — с улыбочкой отвечает она и выходит из моего кабинета.

10-00