Александр Михайловский – Год 1991-й. Беловежская Голгофа (страница 7)

— Да, это так, — подтвердил госсекретарь Джеймс Бейкер, — пришельцы также придерживаются принципа дипломатической неприкосновенности или весьма старательно изображают это. Но главное в другом. Как вы знаете, Турция остается одним из тех наших самых преданных союзников, которые в то же время до сих пор поддерживают дипломатические отношения с кабульским режимом. Так вот, из турецкого посольства к нам в Госдепартамент поступило сообщение, что примерно за сутки до трагедии в Пакистане аналогичное происшествие, только не повлекшее за собой ни жертв, ни разрушений, случилось в Кабуле. Огромный флот из кораблей пришельцев неожиданно завис над городом, а потом предводитель этой армады, назвавшийся императором Вселенной, вызвал коммунистического диктатора Афганистана на переговоры. И императора того вместе со спутниками тоже видели. Выглядела это компания как обычные люди: двое белых мужчин европейской наружности, одна такая же женщина неопределенного возраста и один мужчина восточного облика, похожий на турка. И никаких антенн, хвостов, рогов и прочей киношной белиберды…

— И о чем же этот император Вселенной вместе с приближенными говорили с мистером Наджибуллой? — со скепсисом спросил президент Буш.

— Это нам пока неизвестно, — пожал плечами госсекретарь, — однако на востоке все продается и все покупается, и уже есть человек, готовый за очень весомую сумму поведать о содержании той беседы…

— Думаю, после удара пришельцев по Пакистану эта информация уже сильно обесценилась, — парировал Джордж Буш-старший. — Пусть турки так и передадут своему таинственному информатору. Его сведения оказались скоропортящимися, поэтому вызывают интерес только с академической точки зрения. И так понятно, что мистеру Наджибулле были предложены царства земные и небесные, и тот не смог и не захотел устоять перед соблазном.

— Очевидно, Ахмад Шаху Масуду что-то такое сообщили, — сказал Джеймс Бейкер, — потому что он быстро собрал свою семью, приближенных, в том числе и нашего посланника при Северном Альянсе Питера Томсена, и укрылся в подземном комплексе в Панджшерском ущелье. Как утверждают наши специалисты, там можно было пережить даже ядерный удар. И вот уже вторые сутки с ними нет связи…

— Своего Питера Томсена, как и Ахмад Шаха Масуда, вы живыми не увидите более никогда, — желчно произнес Дик Чейни. — И мертвыми, впрочем, тоже. На том месте, где располагался пещерный комплекс-убежище, расплавились даже сами горы, и река Панджшер потекла лавой вместо воды. Все это отлично видно на снимках с разведывательных спутников, регулярно пролетающих над тем районом. Никто и никогда более не сможет чувствовать себя в безопасности, ибо нет такого убежища, что было бы способно устоять перед яростью космического оружия пришельцев.

— А мне кажется, джентльмены, что мы говорим совсем не о том, — сухо сказал директор ЦРУ Роберт Гейтс. — Мощь оружия пришельцев и ущерб, нанесенный ими нашим интересам в Пакистане и Афганистане, вещи важные, но глубоко вторичные. Сейчас нам следовало бы попытаться понять, чего вообще они хотят пришельцы и почему начали завоевание нашей планеты с такого глухого угла, а не нанесли свои сокрушающие удары по Лондону, Парижу или Нью-Йорку.

— В Пакистане пришельцы точечно выбили структуры государственного управления и армейские части, а остальное местное население доделало само, — раздраженно заметил Дик Чейни. — Скорее всего, мы имеем дело с конквистадорами, а не с колонизаторами, а значит, не в их интересах наносить удары по крупным городским агломерациям с большими человеческими жертвами.

— А в чем, собственно, разница между одними и другими? — спросил президент Джордж Буш. — А то мы, бывшие военные летчики, в таких тонкостях не разбираемся.

— Конквистадоры захватывают территорию вместе с населением «как есть», уничтожая только местные элиты, а прочих жителей обращая в податное сословие, — с академическим апломбом ответил Дик Чейни. — В древние времена так действовали Персидская и Римская империи, а ближе к нашим дням, завоевывая Новый Свет, по этому пути пошли Испания, Португалия, Франция и Голландия. Наши предки действовали совершенно по-другому, ведь следом за первопроходцами, высадившимися на американском континенте, уже шли корабли с каторжниками и прочими обездоленными, которым уже не было места среди зеленых холмов старой доброй Англии. С самого начала английские, а потом и американские войска истребляли аборигенов, оттесняли уцелевших вглубь континента, и там снова истребляли, освобождая место для расселения своих соотечественников. Вот это и есть колонизация.

— Я вас понял, Дик, — сказал Буш-старший. — Действительно, разница в модус операнди весьма значительная, и конечный результат тоже. Испанские колонии в итоге рассыпались на множество национальных государств, объединить которые под одним флагом не сможет даже сам Господь Бог, а наши предки создали единое могущественнейшее государство на планете, и только Канада пока стоит наособицу, хотя ей давно пора было влиться в общую семью. Кстати, а русские, под которых так неуклюже мимикрируют пришельцы — они кто, конквистадоры или колонизаторы?

— Русские, создавая свои империю от океана до океана, действовали даже мягче, чем конквистадоры, — хмыкнул Дик Чейни. — Они не уничтожали даже местные элиты, включая их в состав своих государственных структур, а их переселенцы, двигаясь с запада на восток, не изгоняли и не истребляли весьма редкое там местное население, а растворяли его в себе, благодаря чему новые земли также быстро становились русскими. Думаю, именно за это, Джордж, мы их и ненавидим, а совсем не за нелюбовь к демократии. Их предки сумели остаться чистенькими там, где наши перемазались в грязи и крови до самой макушки.

— Ненависть — весьма непродуктивное чувство, — веско заметил американский президент. — Она мешает трезво мыслить и принимать самые правильные решения. Кроме того, тот, кого вы ненавидите, может это заметить, и тогда малой кровью разборка с ним уже не обойдется. Хорошо было воевать с голозадыми индейцами, у которых в основном имелись только луки и стрелы, и редко у кого винчестер, а вот со стороны русских, если в итоге они заподозрят недоброе и отдадут власть кому-то из своих генералов, могут полететь и ядерные ракеты…

И тут проснулся задремавший было советник по национальной безопасности Брент Скоукрофт.

— Ядерное оружие Советов необходимо раздать их бывшим республикам, и тогда оно перестанет представлять для нас угрозу, — каркнул он. — Чем меньше там будет контроля и централизованного управления, тем лучше.

— Спите дальше, Брент, — отреагировал на это демарш президент Буш. — Сейчас обсуждается совсем не этот вопрос. В конечном итоге наследников Советов желательно вообще лишить возможности иметь ядерные арсеналы, но они еще не дошли до той степени ничтожества, когда можно было бы просто поднять этот вопрос. Вот когда вслед за Советским Союзом распадется и так называемая Российская Федерация, слишком большая для того, чтобы быть нормальным государством, и образовавшиеся на ее месте русские и национальные республики размером с Бельгию вступят в состояние непримиримой вражды, тогда и настанет нужное время. А пока об этом рано даже думать.

— Подозреваю, что император пришельцев имеет на этот счет особое мнение, и, к сожалению, нам оно неизвестно, — заметил директор ЦРУ Роберт Гейтс. — Отсутствие агентуры среди новых врагов, как разведывательной, так и структур влияния, может сильно осложнить нашу дальнейшую деятельность.

— К сожалению, вы правы, Роберт, — согласился президент Буш. — Империя, откуда бы она ни пришла и чью бы сторону ни заняла в наших земных делах, всегда и везде остается нашим злейшим врагом. И дело тут даже не в красных звездах на летательных аппаратах. При всех прочих равных обстоятельствах это дело случайное, мало ли у кого могут быть какие опознавательные знаки. Гораздо важнее то, что наш новый враг может ставить перед собой решительные цели и добиваться их достижения с нечеловеческой решимостью и мощью, невзирая ни на какие условности. Для пришельцев не существует ни границ на земле, ни моральных ограничений, они не связаны никакими договорами, а потому действуют исключительно в собственных интересах.

— А если, мистер президент, красные звезды на летательных аппаратах не случайное совпадение? — спросил госсекретарь Джеймс Бейкер.

— Тогда следующий ход императором пришельцев будет сделан в Москве, и мы все сразу окажемся в большой беде, — ответил тот. — Вы же знаете, насколько ненадежны, трусливы и даже продажны наши тамошние контрагенты, и с какой радостью они перебегут к новому хозяину, если тот, с одной стороны, посулит им больший куш, чем мы, а с другой, пригрозит большой палкой. Все, чего мы сумели добиться, может обернуться своей полной противоположностью, стоит лишь загадочному мистеру Икс овладеть русскими как целостной нацией. Тяга к сильной власти у этого народа в крови, и он еще не забыл, с какой твердостью и решимостью правил им мистер Сталин. Сочетание в одной личности железной решимости и олицетворения развитой технологической мощи превратит его в природного вождя, которому ничего не будет стоит овладеть изнывающими от нетерпения народными массами.