Александр Михайловский – Год 1991-й. Беловежская Голгофа (страница 6)

Однако у меня нет желания читать нотации своим соседям с фланга, поэтому данную тему в разговоре с Николем Михайловичем я не поднимал. В каждой избушке свои игрушки. Вместо того я заверил этого достойного человека, что как император не ищу себе никакого удела в его мире и не намереваюсь каким-либо образом вмешиваться в дела Югороссии или Российской империи, но если вопрос вдруг коснется полномочий Специального Исполнительного Агента, тогда не обессудьте. С моим Патроном не спорят.

Мой собеседник воспринял это заявление весьма серьезно.

— И что мы должны делать, чтобы ненароком не расстроить Всемогущего Господа? — спросил он.

— На первый взгляд, ваш мир выглядит весьма благополучно, и общий эмоциональный фон воспринимается в нем со знаком плюс, — сказал я, — и в то же время он похож на заколдованную красавицу, которая спит столетним сном и видит счастливые сны. И даже кланы эйджел, которые во всех иных мирах понатыкали на Североамериканском континенте своих наблюдательных миссий, по отношению к вам ограничиваются лишь периодическими инспекционными визитами, не считая ваш мир угрозой для своей цивилизации. Видимая картина весьма напоминает нашу русскую золотую осень, которая, как писал Пушкин, есть очей очарованье, но вечно это время года продолжаться не может. Есть у меня предчувствие, что если вашу красавицу вовремя не разбудить, то неумолимый ход истории принесет ее прямо в пропасть. Помните, как оно было в Римской империи в промежуток между расцветом и упадком?

— Помню, по истории в гимназии имел отметку «отлично», — ответил Николай Михайлович. — Но что же из ваших слов следует?

Я пожал плечами и сказал:

— Есть у меня один знакомый христианский священник, происходящий из седьмого века нашей эры, волею Господа угодивший в доисторические времена Каменного века и стал там основателем учения «Шестого Дня Творения». Трудные это времена, которые годятся только для сильных духом людей. Так вот, он говорит, что человек рождается из лона матери слаб и ленив, а потому, достигнув успеха, склонен почивать на лаврах. И будят такого почивающего обычно ударом палки по голове. Но это беда человечества, а не вина, и потому преодолевать свою слабость и лень есть первая обязанность каждого настоящего христианина. Эта идеологема внесена в тамошнее Писание вместо понятия Первородного Греха, и Господь это одобрил. А теперь о ваших делах. По заключению моих социоинженеров, если оставить у вас все как есть, то на четвертый, а тем более на пятый уровень цивилизационного развития ваш мир не выйдет никогда. Более того, по мере накопления скрытых противоречий, которые у вас пока вполне успешно заметаются под ковер, неизбежен надлом и крах системы, впавшей в состояние застоя. С жиру люди, не находящие себе применения, обычно бесятся даже охотнее, чем с голоду. А это неправильно, потому что полярность вашего мира сразу же сменится с положительной на отрицательную, и все несчастья, которых ваш мир смог избежать за сто пятьдесят лет, обрушатся на него в один момент.

— И в силу вышесказанного вы хотите разбудить нас прямо сейчас ударом палки по голове? — нахмурившись, спросил мой собеседник.

— Ни в коем случае, — резко ответил я, — ибо это не мой метод. И о «прямо сейчас» речь тоже не идет. Ваша красавица должна проснуться сама, потягиваясь и улыбаясь, а потом, не откладывая дела в долгий ящик, взяться за неотложные задачи непрерывного поступательного развития. Можете считать это плавное пробуждение задачей всего вашего царствования, сколько бы лет жизни ни отвел вамГосподь. Это я вам говорю не как ваш коллега по цеху, император Четвертой Галактической империи, а как Специальный Исполнительный Агент Творца Всего Сущего, защитник земли русской.

Одновременно с моими словами где-то вдалеке прозвучали громовые раскаты, что означало полное одобрение озвученной программы. И Николай Михайлович это понял.

Сняв с головы кубанку, он широко перекрестился и сказал:

— Все будет сделано по воле Твоей, Господи!

Затем император всероссийский застыл, глядя перед собой невидящими глазами, и я догадался, что Творец Всего Сущего лично решил дать ему самые точные наставления и приободрить перед боем. Так продолжалось, быть может, две минуты, а может, и все пять, после чего Николай Михайлович ожил, еще раз перекрестился, покрыл голову и сказал:

— Спасибо вам, Сергей Сергеевич, за возможность побеседовать с Всемогущим Господом, не отдавая ему душу. Теперь я точно знаю, что мне делать, и уверен, что справлюсь с поставленной задачей.

На этом все дела, относящиеся к учреждению Межмирового Альянса, были завершены, и мне требовалось вернуться к задачам девяносто первого года.

6 декабря 1991 года, 00:05. Околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Сцену в Овальном кабинете я со всем комфортом наблюдал через просмотровое окно, без всякого намерения вмешаться. Рано еще… Однако после устроенного нами там-тарарама в Пакистане следует держать руку на пульсе настроений американского властного истеблишмента. Сначала за рабочим кабинетом сорок первого президента США наблюдала одна из моих новых Верных из числа «мамочек» бывшего Царства Света, но как только там начали собираться люди, передала управление окном мне, и энергооболочка сразу же принялась комментировать происходящее.

«Буша-старшего ты уже знаешь, за шесть лет он почти не изменился, — сказала он. — Вон тот плюгавый хмырь в штатском — это министр обороны Дик Чейни, антисоветчик, русофоб и член так называемой ультраконсервативной „Чайной партии“. Его ты должен помнить по прошлой жизни, ибо он был весьма заметной фигурой во времена президентства Джорджа Буша-младшего, дослужившись тогда до чина вице-президента. Рядом с ним — госсекретарь Джеймс Бейкер, один из подельников Эдуарда Шеварднадзе по „прекращению“ Холодной войны, а на самом деле по капитуляции Советского Союза. Это он давал устное обещание о нерасширении НАТО на восток, которое оказалось впоследствии чистейшим обманом. Со слабыми противниками не считаются, им диктуют волю победителя. Рядом с Бейкером — директор ЦРУ Роберт Гейтс, считающийся в американской разведке главным специалистом по Советскому Союзу. Прожженная сволочь. В тысяча девятьсот девяносто втором году, после встречи в Москве с Борисом Ельциным, под телекамеры прошел парадным шагом по Красной Площади, заявив, что совершает одиночный Парад Победы в Холодной войне. Российское телевидение не осмелилось показать этот оскорбительный сюжет, его видели только на Западе. Рядом с директором ЦРУ — советник по национальной безопасности Брент Скоукрофт, знаменитый тем, что в силу возраста регулярно засыпает на различных заседаниях, в том числе и в присутствии президента. Из-за этого своего качества стал в администрации Буша предметом постоянных шуток. Однако это тоже очень умная сволочь. Был противником передачи России ядерного потенциала Белоруссии, Украины и Казахстана, за которую выступали Джордж Буш и Джеймс Бейкер. Этот деятель считал, что дробление ядерного потенциала Советского Союза уменьшает опасность для Америки. Представляешь, Серегин, что началось бы в двадцать втором году, если бы у Украины сохранилось собственное ядерное оружие?»

«Все случилось бы гораздо раньше, — сухо подумал я, — ибо все украинские власти, от Кравчука до Порошенко, направо и налево торговали арсеналами, доставшимися от Советского Союза, и никому не известно, у какой банановой республики или террористической организации за умеренные деньги могли бы всплыть спецбоеприпасы вместе со средствами доставки. Одиннадцатое сентября в таком случае могло бы показаться американским скаутским аналогом советской игры в „Зарницу“. Так что умными людьми были Буш и Бейкер, а вот этот кадр показал себя политическим слепцом, не видящим ничего дальше кончика своего носа».

«Аргумент принят, умолкаю, — ответила энергооболочка. — Дальше разбирайся сам».

Пока мы так мысленно совещались, во внешнем мире в мои апартаменты подтянулись самые Старшие Братья, Кобра и Колдун, а в Овальном кабинете приглашенные расселись за столом для совещаний.

5 декабря 1991 года, 16:10. Вашингтон, Белый дом, Овальный кабинет

— Итак, джентльмены, — сказал Буш-старший, — я собрал вас, так сказать, в узком кругу, чтобы обсудить внезапные и очень страшные события в Афганистане и Пакистане, случившиеся за два последних дня. Неизвестно кто, достоверно только, что это были не местные Советы, крепко дал там нам по рукам. Как следует из документов, лежащих у меня на столе, в Пакистане полностью уничтожена система государственного управления, армия, застигнутая воздушным нападением в казармах, по большей части погибла, а ее остатки превратились в деморализованный неуправляемый сброд. В настоящий момент в Исламабаде и окрестностях бушуют разъяренные толпы, громя магазины и уцелевшие государственные учреждения. Однако пришельцы защитили посольский квартал от ярости разозленных аборигенов, отогнав тех ударами с воздуха нелетальным оружием, по принципу действия схожим с генератором инфразвука. Понадобилось всего несколько атак, и мятежная толпа отправилась искать себе более легкой добычи.