Александр Михайловский – Год 1991-й. Беловежская Голгофа (страница 16)
— Ты же знаешь, что через мою ауру Специального Исполнительного Агента и Адепта Порядка слабые ощущения такого рода не проникают, — ответил я. — Чтобы я почувствовал мерзость, она должна присутствовать в ноосфере в более чем достаточных количествах. Тут к счастью, такого нет, поэтому почувствовать негативный фон на поверхности можешь ты и, скорее всего, Птица с Колдуном, и более никто. Этот мир нам не чужой, поэтому мы ощущаем его страх и боль и разумом, и всеми фибрами души.
Кобра огладила рукоять Дочери Хаоса и безапелляционно заявила:
— Теперь нам надо найти источник этих негативных разлагающих эманаций и убить его, так же, как когда-то мы убили злого колдуна Победоносцева.
— И как мы будем его искать? — спросил я. — Ты же знаешь, что орбитальное психосканирование не в состоянии распознавать слабые источники такого рода. Скорее всего, это какой-нибудь неинициированный колдун, который неосознанно транслирует на этот мир свою безудержную алчность и жажду власти. И еще мы точно знаем, что это не Борис Ельцин, магических и колдовских талантов в этом человеке не больше чем в обычном керамическом цветочном горшке…
Раздался звук «хлоп!» — и между нами появилась Лилия в своем древнегреческом хитончике.
— А с чего вы взяли, что это обязательно должен быть один-единственный источник, то есть колдун? — ворчливо спросила она. — Хоть это и не мой мир, но его я, в силу своего опыта, ощущаю значительно четче, чем вы. Имя этой мерзости легион, и в своем большинстве это неинициированные маги богатства, подключившие себе колдовские каналы ментального вампиризма. Отсюда и ощущение безудержной алчности, и жажды безграничной власти. Фамилии людей, проявивших такие таланты, всем вам известны, не маленькие. Давите эту гадость по одному или коллективно, в тот момент, когда они ежегодно собираются на свой шабаш в местечке… Давос. Как врач рекомендую вам прижигание этой язвы плазменным боеприпасом мегатонного класса или градиентом Хаос-Порядок. Пока вы не уберете из лавки это стадо слонов, целой посуды в ней не будет никогда.
— Все это действительно может быть так, — сказал я. — Но скажи, раз эти колдуны такие всесильные, почему у нас там, в будущем, ситуация все же нормализовалась?
— К негативным воздействиям такого рода тоже может вырабатываться иммунитет, как и к инфекционным болезням, — ответила мелкая божественность. — Только он там у вас, папочка, есть не у всех. Вы, русские, китайцы и еще кое-кто стоят крепко, спина к спине, твердо, как скала, а многие другие разложились до полной утраты человекоподобия. Ты понимаешь, о ком я. Только тут времени на выработку иммунитета у тебя нет, поэтому бей эту мерзость наотмашь. Не пожалеешь.
Я посоветовался внутри себя с энергооболочкой, и сказал:
— Хорошо, Лилия, я приму твои слова к сведению, только вот форум в Давосе должен состояться в конце января, а сейчас только начало декабря. Так что начинать надо, имея эту кодлу на фланге. А теперь скажи, зачем ты пришла на самом деле, я же вижу, что ты не просто забежала навестить любимого папочку.
— Какой ты проницательный, и в то же время недогадливый, — покачала головой Лилия. — Твои новые соратники люди немолодые, а потому обремененные множеством болячек и старых ранений. Отдай мне их на одну ночь в Тридесятое царство для проведения лечебных процедур, и завтра утром у них будет яснее мысль, острее взгляд и тверже рука. И так каждый день, пока они не придут к своему генетическому оптимуму. Я думала, что ты сделаешь это еще вчера, ждала, ждала, но так и не дождалась.
— Вчерашний день, и особенно вечер, был заполнен у нас другими делами, а сегодня мы проводили очень важную спецоперацию, — сказал я и добавил для новых соратников: — Знакомьтесь, товарищи, это моя приемная дочь Лилия, по происхождению античная богиня первой подростковой любви и дочь Афродиты-Венеры. А еще она лучший врач-маготерапевт во всех подлунных мирах, не в ее власти вылечить только свершившуюся смерть.
— Про вашу дочь Лилию нам в вводной лекции тоже рассказывали, — ответил Олег Бакланов. — Только вот меня, взрослого образованного человека, смущают слова про врача-маготерапевта. Были у нас такие: размахивали руками, на телесеансах лечили энурез и другие болезни, заряжали воду и кремы, и все без толку.
— Фи! — сморщила носик Лилия. — Кашпировский-Кошмаровский, Чумак-Дурак и прочие Джуны с Глобами — это не более чем дешевые имитаторы-гипнотизеры. Между прочим, в вашем мире так мало магии, что, даже имея полную инициацию, с ее помощью невозможно вылечить даже муху от насморка, а не только человека от энуреза. Мое лечение будет проходить в Тридесятом царстве, где из-под земли бьет Фонтан Живой Воды, а потому самой первосортной магии там как пресной воды посреди озера Байкал. Тот, кто согласится принять мои услуги, будет жить очень долго, почти вечно, и немало о том не пожалеет, а кто откажется, сам будет себе и судьей, и палачом.
— Да, — подтвердил я, — лечение у Лилии не обсуждается. К тому моменту, когда там, внизу, начнется главная заваруха, и надо будет брать власть в свои руки, вы все должны быть бодрыми и полными сил. Это я вам говорю как специалист. Однако, поскольку я вам не командир, а только союзник и сосед с фланга, то не имею права приказывать, а упрашивать не в моих правилах. Решайте сами, тем более что Лилия собирается положить вас в ванну всего на одну ночь, а не на неделю и не на месяц. Такое, между прочим, тоже бывало с очень пожилыми людьми, находившимися буквально на грани между жизнью и смертью.
Генерал армии Варенников пожал плечами и сказал:
— А я, например, совсем не против попробовать новое лечение, тем более что «Матросская тишина», из которой нас освободили с таким шиком, отнюдь не санаторий. Посмотрим, чем пресловутое Тридесятое царство отличается от Барвихи. И вы, товарищи, тоже не ломайтесь, если вам говорят, что это безопасно, значит, так и есть.
— Вы, Валентин Иванович, очень умный человек, — сделала книксен Лилия. — Лечить я умею и люблю, и вы еще будете очень рады, что попали в мои опытные руки.
— Да, — подтвердил Вячеслав Бережной, — Лилия лечить любит и, самое главное, умеет. Не обижайте ее недоверием.
Это была последняя соломинка, сломавшая спину верблюду. Перебросившись взглядами, мои местные союзники согласились с генералом Варенниковым, после чего я открыл им портал прямо в наш госпиталь в Тридесятом царстве. И правильно. Тот, кто один раз попробовал лечение Лилии, потом на всю жизнь становится ее преданным поклонником.
Покончив с этим делом, я и сам отправился спать в Шантильи, и своих соратников отправил по каютам. Завтрашний день обещал быть ничуть не легче сегодняшнего.
Часть 106
9 декабря 1991 года, 10:25 мск. Околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
Утро в Москве оказалось бурным. За ночь известие об аресте участников сходки в Вискулях добралось до Москвы, и та сразу же закипела самыми отборными фекалиями. По крайней мере, именно этот продукт в изобилии плавал на поверхности информационного потока, обрушившегося на головы дорогих россиян, в первую очередь москвичей. С самого начала вещания «Останкино» в 6:30, а «РТР» в 8:00 дикторы начали транслировать зрителям призыв мэра Москвы Гавриила Попова и его заместителя Юрия Лужкова выходить к «Белому дому» и мэрии* на бессрочный митинг в защиту Бориса Ельцина и его подельников. Одновременно к этому завыванию подключились радиостанции «Маяк» и «Голос России». Чтобы митинг удался как можно более многолюдным, Гавриил Попов даже объявил понедельник девятого декабря нерабочим днем, сделав исключение только для критически важных городских служб. И народ пошел, в основном из центра, причем некоторые семьями, вместе с детьми. И ведь погода стояла совсем не ласковая. В первых числах месяца Москву накрыла гнилая оттепель с плюсовыми температурами и моросящим дождиком, а за два дня назад ударил двадцатиградусный мороз, который держится до сих пор.
Примечание авторов:*
Однако скрытая мобилизация «демократического» актива, рядовой пехоты, десятников, сотников, и так далее, началась еще до того, как проснулись московские обыватели. И не только московские. В шесть утра от перрона Московского вокзала Санкт-Петербурга отправился двухэтажный поезд «Аврора»*, на котором в столицу нашей Родины отбыла почти тысяча отборных активистов, возглавляемых мэром Северной Пальмиры Анатолием Собчаком. Время в пути — пять часов тридцать минут. Получив сигнал тревоги еще глубокой ночью, питерская мэрия оптом выкупила все билеты, не ушедшие по предварительной продаже. Остальные участники протеста должны были подтянуться в Москву позже. А там уже к восьми часам утра (рань невероятная) в Белый Дом на экстренное заседание стянулись практически все депутаты Верховного Совета, оставшиеся на хозяйстве члены правительства, включая министра обороны СССР Шапошникова, а также Руцкой и Хасбулатов. Уже в 8:30 «Останкино» и «РТР» прервали все остальные передачи и начали прямую телевизионную трансляцию с места событий. И почти сразу же, вещая на весь мир, с точки на крыше американского посольства, которое там в пятистах метрах, к ним присоединилась CNN.