Александр Малькевич – Несломленные (страница 8)
Я постоянно потом троллил Кирилла: «Вот, представляешь, я работал в соседнем здании, где ты сидел» и предлагал сделать там «камеру-музей Вышинского», а он говорил, что не надо этого делать – и так там мало камер, а она приличная была и так далее.
И вспоминал, что в камере у него был «пестрый» набор книг: по хиромантии, классика, «Крестный отец» и «Фаворит» Валентина Пикуля – история Потемкина с момента его возвышения, когда он стал губернатором Новороссийского края.
Кирилл Вышинский: «Потрясающая история! Я не знаю, придумал ли ее Пикуль. В книге есть цитата из письма Екатерины князю Потемкину, где она пишет: “Свет мой Гришенька! Когда будешь закладывать новые города, первым делом строй тюрьму и церковь!” Потемкин заложил Екатеринослав (Днепропетровск), Николаев, Одессу и Херсон. Так вот, эту традицию я увидел воочию. Я сидел в тюрьме прямо напротив церкви. Я находился на первом этаже в 116-й камере. Сама тюрьма небольшая, но, когда я прочитал книгу Пикуля, я задумался о том, насколько верен и грамотен старый тезис о том, что история развивается по спирали. Оказавшись в этой тюрьме и вспомнив Потемкина и Екатерину, я вряд ли мог себе представить, что в определенное, пусть и небольшое историческое время все может вернуться на круги своя. Незыблемость здания, построенного Потемкиным, чьи этажи я в свое время топтал… что-то в этом есть символическое».
Интересно, что Кирилл читал именно Пикуля; ни для кого не секрет, что историю на Украине начали переписывать примерно с 2004 года, причем переписывали ее всегда только с одной целью: максимально убрать страницы истории, связанные с Россией.
Кирилл: «В целом писать свою историю для Украины в последние десятилетия – своего рода тренд. Ни для кого не секрет, что писать свою историю они начали с 2004 года, когда к власти пришел Ющенко. Причем всегда ее переписывали с одной целью – вымарать все, что связано с Россией, и добавить черные краски туда, где можно попытаться сделать русских виноватыми. Вот пример, как украинская манера переписывать историю, вычеркивая все, что связано с русскими, Россией и СССР, дошла до “характерного упора”. Это связано с решением Киевского областного совета, который принял, по сути, историческое решение. Он посчитал унизительным для Киевской области тот факт, что ее границы были определены в 1932 году, когда советская власть создала первые 5 областей на территории УССР, указом, подписанным Сталиным. Киевский совет старую дату основания отменил и ввел новую… 842 г. н. э., то есть Киевская область была создана до Крещения Руси в 988 году!
Более того, по их решению область была сформирована до того, как Кирилл и Мефодий подарили письменность, аж на 20 лет раньше возникновения письменности. Вот так решил Киевский областной совет. Это то, что роднит сериал “Слуга народа” с украинской реальностью. Более того, теперь остальным советам областей также рекомендовано пересмотреть даты основания своих областей».
Ну что тут еще можно сказать… На ум приходят строчки из того же романа «Фаворит» Валентина Пикуля: «Вот за что я люблю историю! <…> Человек, проживший век без знания ее, обладает опытом лишь одного поколения, иначе говоря, опытом своей краткой жизни. Человек же, знающий историю, суммирует в себе опыт множества поколений…»
Вернемся, однако, в гостиницу «Затерянный мир».
Кстати, интересно, что когда-то в ней жил и Владимир Зеленский – актер, который приезжал развлекать херсонскую публику.
Непросто нам было: гостиницу откровенно «пасли», несколько раз мы находили «растяжки» перед входом и выездом. Однажды было оставлено самодельное взрывное устройство, и, честно говоря, спасла неравнодушная бабушка, которая постучала в дверь клюкой и сказала: «Чего вы перед входом пакет забыли?» А пакет оказался вот таким.
В итоге по этой гостинице был нанесен удар «Хаймарсами» – ее разрушили. Потом, когда террористы ударили по Каховской ГЭС, эту гостиницу еще и затопило. Но воспоминания о ней остались теплыми, а снимки, которые я сделал, – уже история. Но печальнее всего осознавать, что таких бесхозных объектов в Херсоне сейчас очень много…
В завершение этой темы не могу не рассказать, что кроме самой гостиницы пострадал и ее владелец.
Так, еще в августе 2022 года широкое распространение получила история об отравлении Владимира Сальдо. Причем совершил это человек из его близкого окружения. Боевое вещество, которое было добавлено в еду, подействовало мгновенно, и на протяжении 15 дней глава Херсонской области боролся за жизнь. Реально был в коме… К счастью, все закончилось благополучно.
Владимир Сальдо
«Если человек поднимается после падения и продолжает идти – это не физика. Это характер», – говорил Майк Тайсон. Владимир Сальдо часто вспоминал эту фразу.
«Я держал ее в голове. Потому что знаю: поднимает не тело – поднимает характер», – говорил он уже после перенесенной клинической смерти. Его голос тогда был хриплым, едва слышным, но спокойным: «Меня не было. Пятнадцать дней. Но врачи справились. А я понял – это второй шанс. Не мне одному, всем нам. Чтобы закончить начатое».
Для него это не было красивой фразой. Это был рабочий принцип – делать, даже когда трудно. Принимать решения, даже когда страшно. Не отступать. В августе 2022 года, после отравления, его доставили в Москву в критическом состоянии. Родным тогда ничего не обещали.
Он вспоминал: «Я был в темноте. Не спал – просто не существовал. Потом свет. Голос врача. Голос помощника. Первое, что спросил: где документы? Что по сводке на правом берегу?»
Даже после такого он думал о работе. Не из чувства долга. Просто так устроен.
Родился в семье рабочих. С детства интересовался техникой, спортом, особенно боксом. «Мой первый тренер говорил нам: чемпионами вы все не станете, но я вас научу, чтобы в жизни вы могли, когда нужно, твердо стукнуть по столу кулаком», – вспоминал он.
Именно эта установка, по его признанию, и закладывала потом ту собранность, с которой он работал. Он часто возвращался к мысли, что тело должно быть в тонусе не ради внешнего вида, а ради способности выдерживать нагрузку.
Сила, выносливость, реакция – все это закладывалось не в спортзалах с кондиционерами, а в обычной секции бокса при херсонской школе. «Я достаточно серьезно занимался боксом, в 10-м классе у меня уже разряд был».
Слова тренера Сальдо потом часто вспоминал не как спортивную ностальгию, а как принцип. Когда его спрашивали, как удается выдерживать ритм без отдыха, он отвечал просто: «Движение – это жизнь. Я старался ходить пешком на девятый этаж, в свой офис – и сверху, и наверх. В зал я тоже ходил. Но почему не использовать вот каждый день такую возможность?» Это была не поза. Это была система. Отработанная с юности, подтвержденная делами. Не бравада, а бытовой, но принципиальный выбор. Не зацикливаться на комфорте. Сохранять форму, потому что ритм требует не только ясной головы, но и крепкого тела.
Владимир Сальдо не раз подчеркивал, что путь мужчины формируется не только в профессии, но и в дисциплине. Военная подготовка была частью этого пути. Он вспоминал: «Когда я поступил в институт уже на стройфак, естественно, там мне сказали, ты давай или учись, или спортом занимайся. Поэтому я выбрал учиться. В советское время программа образования в высших учебных заведениях предусматривала наличие военной кафедры. В нашем институте была танковая военная кафедра. И поэтому после защиты диплома мы еще практически четыре месяца были в войсках и уже проходили подготовку именно в танках, в самое жаркое время. Летом это было, конечно, очень… Но тем не менее это была тоже закалка. Потому что это и физическая подготовка, это и построение, это и все, что положено. Ну, танки у нас тоже немаленькие».
Этот опыт он никогда не превращал в медаль или лозунг, но всегда держал в голове. Жара, броня, дисциплина, командная работа – все это оказалось полезным позже, когда нужно было принимать решения быстро и под давлением. Он всегда уважал армию как школу жизни и выдержки. И когда позже, уже во взрослом возрасте, его снова отправили в командировку – теперь уже за границу, по линии Генштаба, – он знал, что физическая выносливость и умение не паниковать в жесткой системе – это не случайные качества. Они закладываются именно в таких местах.
Этот фрагмент из жизни – танковая кафедра, войска, жара, приказ – стал для него не воспоминанием, а кирпичом в характере. Тем, что не видно со стороны, но держит человека на месте, когда все вокруг начинает качаться.
После Криворожского горнорудного института Сальдо пошел в строительство. Там он не просто изучал проектную документацию, а вел работу на земле – от закладки фундамента до сдачи объекта: «Проект – это не бумага. Это улица, школа, дом. И все должно стоять точно как на чертеже». Он знал цену живому труду, мог сам взять уровень, чертеж, показать, объяснить. Позже скажет: «Я знал, где в каком районе труба сгнила. Я не просто слышал отчет, я ездил туда».
Так формировался стиль, который он пронес через всю жизнь. Без громких заявлений, без формальностей. С пониманием, что любое решение начинается с конкретного человека и с конкретной задачи.
В 1980-х годах Владимир Сальдо по линии Минстроя, а затем уже Генштаба Министерства обороны СССР оказался в заграничной командировке. Его направили в Монголию в составе небольшой группы военных советников для строительства специальных объектов. Этот этап он вспоминает как один из самых серьезных вызовов в своей жизни.