Александр Лунев – Лисья вишня (страница 7)
– Ну что, – сказал он. – Пошли?
Томоэ встала. Хвост поднят, уши вперёд.
Давно пора, – говорил её вид. – Засиделись мы в этой гильдии.
Александр поправил кинжал на поясе. Он сидел непривычно, мешался, напоминал о себе при каждом шаге.
Но не снимать же.
– Десять гоблинов, – сказал он. – Подумаешь.
Томоэ тявкнула.
– Знаю, – вздохнул Александр. – Надо было брать кочергу.
***
– Смотри, – Александр присел на корточки, заглянул в жёлтые глаза. – Твоя задача – помогать. Но уши оставляй в норме.
Томоэ моргнула.
– В норме, – повторил он. – Не испорченными. Не пожеванными. Мне их сдавать как доказательство.
Томоэ отвела взгляд.
– Ты сейчас отвела взгляд.
Она посмотрела влево.
– Я вижу.
Она посмотрела вправо.
– Ты меня слышишь?
Хвост вильнул. Невинно. Слишком невинно.
– Ладно, – Александр поднялся. – Просто… постарайся. Хорошо?
Томоэ чихнула.
Он вздохнул. Оглядел опушку.
Лес стоял тёмной стеной. Не враждебно, но настороженно. Где-то там, в глубине, за оврагом и поваленным дубом, было гнездовье гоблинов. По крайней мере, так говорил листок с доски.
Листку веры мало, – подумал Александр. – Листок врёт чаще, чем Лина, когда её спрашивают, сколько она выпила на прошлом празднике.
– И ещё, – сказал он, не оборачиваясь. – Почему ты такая умная?
Тишина.
Он обернулся.
Томоэ сидела, сложив лапы. Смотрела куда-то в сторону. Очень внимательно. Очень сосредоточенно.
– Обычно дикие животные не такие, – сказал Александр. – Обычно они…
Он запнулся.
Томоэ смотрела на тропинку.
Слишком пристально.
– Ты куда взгляд отводишь?
Она моргнула. Посмотрела на него. Честно-честно.
Александр прищурился.
– Ты что-то знаешь.
Томоэ наклонила голову.
– Ты вообще кто?
Левое ухо дёрнулось.
– Ладно, – сказал он. – Не хочешь – не говори. Но вечером у нас серьёзный разговор.
Томоэ зевнула.
– И не зевай мне тут. Готовься к бою.
Она встала. Отряхнулась. Посмотрела на лес так, будто это её личный обеденный зал, а гоблины – всего лишь меню.
Александр отвернулся. Слишком жутко.
Тропа петляла между корней, уводила в тень, путалась в собственных поворотах. Александр шёл медленно, запоминал каждый камень, каждую примету.
Вот здесь мох. Значит, север. Вот здесь поганки – плохая земля. Вот здесь след.
Он присел.
След был маленький. Кривой. Пять пальцев, но какие-то нечеловеческие.
– Гоблин, – сказал он шёпотом.
Томоэ принюхалась. Уши встали торчком.
– Свежий, – добавил Александр. – Час, не больше.
Он выпрямился. Кинжал на поясе вдруг стал ощутимее.
– Значит, близко.
Лес изменился. Дышать стало плотнее. Даже птицы смолкли, будто предупреждали.
Александр сделал шаг.
Второй.
Где-то слева хрустнула ветка.
Он замер. Томоэ замерла рядом. Даже хвост перестал двигаться.
Тишина. Только собственное сердце – слишком громкое, слишком частое.
– Я не герой, – прошептал Александр. – Я просто травник. Мне нужны деньги на проживание.
Томоэ посмотрела на него.
В её взгляде не было страха.
Тогда докажи, что ты не просто травник.
Он сглотнул.
– Легко тебе говорить. У тебя зубы.