Александр Логвинов – Война и мир – роман – эпопея в пьяном пересказе (страница 2)
Но спасают положение два человека: князь Андрей и тот самый придурковатый князь Ипполит (сын Василия). Андрей, хоть и сам поклонник таланта Наполеона, понимает, что Пьер сейчас лишнего сморозил при дамах. Он ловко переводит тему, вставляет какой-то невинный комментарий, мол: “Как интересно, однако наш дорогой аббат Морио предлагал иной подход к миру… А, кстати, виконт, продолжайте вашу историю про актрису, очень любопытно было!” Гости вместо ругани снова переключаются, фух. А князь Ипполит в это время решает рассмешить публику – он вообще весь вечер старался выглядеть остроумным. Этот Ипполит, скажу тебе, фигурка ещё та: лицом не вышел– нос картошкой, глаза навыкате, но строит из себя светского левашу. Русский он знает плохо, все время мешает с французским, выходит абсурдно. Вот и тут: “Месье и мадам, – начинает он, заикаясь, – Le roi de Prusse… э-э… le duc… enfin, как бишь… ой!” – короче, начал анекдот, забыл конец и сам же хохочет. Все тоже смеются – не столько с шутки (которой нет), сколько над тем, какой он нелепый. Зато напряжение спало – и славно.
Анна Павловна облегчённо вздохнула, но на Пьера уже косо поглядывает: “Ай-ай-ай, какой неблагонадежный юноша, и кто только его воспитывал!” Ну, вечер всё-таки продолжается. Княгиня Лиза, та, что жена Андрея, бегает между группками, трещит, всех чарует своей улыбкой. Особенно вокруг неё крутится этот Ипполит – он за ней хвостом ходит, комплименты сыплет: дескать, вы, мадам, самая прекрасная из присутствующих, жаль, не будете на предстоящем балу – ведь без вас ни один бал не может быть хорош! Княгиня хихикает, Ипполит ей платочек подаёт, пытается шаль на плечи накинуть и как бы случайно обнимает лишнего… А рядом муж её, князь Андрей, с прищуром смотрит – о, у него аж зубы скрипят от злости. Он, правда, сдерживается, виду не подаёт, только глаза совсем уж прикрыл – типа мне всё равно, я сплю. Но знаем мы, кипит же внутри!
Наконец Анна Павловна объявляет, что уж поздно, мол, всех было рада видеть. Гости начинают расходиться. На выходе суета: лакеи подают шалями дам, кареты поданы к подъезду. Князь Ипполит, олух, напяливает пальто и в нём путается – длинное, модное, а он ножками заплетается, смешно. Он ещё умудрился на крыльце оступиться. Все делают вид, что не видят, а я-то краем глаза – ну цирк же. Ипполит потом вскакивает в свою карету, где с ним тот француз-виконт. Едут и хихикают, слышу, Ипполит этому французу лепечет: “Слушай, Монморенси, ха-ха, по-моему, мадам Лиза ко мне неравнодушна! Видал, как я её прижал, шаль-то поправляя?”– и лыбится самодовольно. Виконт фыркает: “Mon cher, вы шутник!” В общем, дурачится.
А Пьер с князем Андреем уезжают вместе. Князь Андрей сжалился над другом – видит, Пьер немного подмочил репутацию этим выпалом про Наполеона. Он приглашает Пьера к себе: “Поехали, друг, ко мне, посидим, поболтаем. Мне завтра рано, домой всё равно.”Пьер, конечно, рад. Приехали к Андрею домой. Там, представляешь, целый диалог по душам вышел, я как будто сам рядом сидел, слушал – до того откровенно они говорили. Андрей сразу Пьеру: “Ну ты сегодня и зажёг, брат… Тебя Анна Павловна теперь век помнить будет! Ладно, фиг с ними. Слушай, о делах: отец твой ведь хочет, чтоб ты карьеру выбрал, а ты всё гуляешь? Пора бы определяться.” А Пьер пожимает плечами: “Не хочу я чиновником бумажки подписывать, скучно. В армию тоже… да ну, против французов драться – я вон Наполеона уважаю, сам знаешь.”Князь Андрей ухмыльнулся: “Э, брат, ну ты даёшь… Хотя я сам еду воевать не из патриотизма, если честно. Просто мне тошно тут. Вся эта светская болтовня, балы бесконечные, интрижки – пустота одна. Хочется делом заняться, может, славы добиться, себя найти… А то жена…”Тут он осёкся. Видимо, хотел сказать “жена замучила”, но сдержался. Пьер кивает, мол, понимаю.
Они о смысле жизни заговорили, представляешь! Пьер-то парень идейный: “Хочу пользу приносить, людей осчастливить… Вечный мир установить” – это он после разговора с аббатом всё бормочет. А князь Андрей его по-доброму так отрезвляет: “Поменьше в облаках витай. И ещё: никогда не женись, слышишь? – говорит, наливая себе вина. – Вот мой тебе дружеский совет – не женись, пока, по крайней мере, не добьёшься своего, не сделаешь чего-то. Иначе потеряешь себя. Вон как я… женился молодым, и что? Все мечты – прахом. Теперь только война и осталась как шанс…” Пьер слушает, глаза большие: “Да ладно, князь, у тебя же жена прекрасная, беременная, тебе бы радоваться!” А Андрей горько усмехается: “Не понимаешь ты… Молодость, романтика – всё чушь. Семья – ответственность, быт, а я задохнулся. Война – вот где жизнь кипит, риск, подвиг или смерть – хоть что-то настоящее.” – Это я, конечно, своими словами, но мысль такая. Пьер опечалился: он-то думал, князь Андрей счастливый, а оказывается, тот страдает внутри. В общем, посидели они душевно.
И тут пока они разговаривают, забегает в комнату княгиня Лиза – та самая жена Андрея, с круглым животиком, и… в слёзы: “Андрюша, милый, зачем же ты на войну? Я одна останусь… Я жду ребёнка, мне страшно!” Представь, сцена: она плачет, такая хорошенькая, а Андрей – ни туда ни сюда, нахмурился, молчит. Пьер вообще опешил, засмотрелся в пол, третий лишний. Лиза дальше жалуется: “Ты со мной холоден стал, прежний Андрей исчез… Что я тебе сделала? Почему ты меня не любишь?!” А у Андрея лицо каменное, только губы дёрнулись: “Прошу тебя, Лиза, прекрати. Я уезжаю по долгу, не каприз.” – и всё, ноль эмоций. Она ещё порыдала, пообнимала его, да и ушла, носиком шмыгая. Вот тебе и драма семейная. Пьер сидит красный, не знает куда глаза девать. Князь Андрей вздохнул тяжело и говорит: “Видал? Потому и не женись, дружище… Ладно, пора и спать.”
На утро Пьер откланялся, а князь Андрей вскоре отправился со своим старым отцом и беременной женой в их имение, откуда потом – на фронт против Наполеона.
Ну да бог с ними, перенесёмся в Москву, приятель, потому что одновременно интересное творилось и там. В старой столице жизнь идёт своим чередом, и главные герои там – семья Ростовых. Слыхал о таких? Это очень добрый дом, хоть и суматошный. Граф Илья Ростов – добрейший человек, хлебосол, но денежки летят у него только так – всех накормить, всем помочь, расточителен, короче. Графиня Наталья Ростова, его жена, – дама строгая, но сердобольная, постоянно считает расходы и беспокоится о детишках. А детишек – четверо! Старшей, Вере, лет девятнадцать, красивая, но такая холодная правильная барышня, что аж бесит порой – всё у неё по этикету, даже родные братья-сёстры сторонятся её чопорности. Зато трое других – Николай, Соня и Наташа – это просто компания мечты. Николай Ростов – молодой граф, ему лет двадцать, горячий такой парень, мечтает о подвигах, недавно решил в армию записаться, романтик и патриот, в общем. Он к тому же красавец и добряк. Его двоюродная сестра Соня – сирота, живёт у Ростовых на положении воспитанницы, ровесница Николая, а может чуть младше – 17 где-то. Скромная, милая девочка, глазки карие, характер кроткий, но внутри влюблена в Николая по уши! А он в неё – тоже, у них там любовь юношеская, тайные взгляды, вздохи… Но, правда, они кузены – не всем родителям по душе их роман, хотя граф и графиня знают и скорее против: “молоды ещё, глупости”. Ну и самая младшая – Наташа Ростова, ей вообще 13 годков, девчушка еще. Но, знаешь, Наташа – это ураган в юбке. Чёрненькая, глазёнки блестят, рот широк в вечной улыбке, нос пуговкой – не красавица по канонам, но столь живая, что мимо не пройдёшь. Она как электричество: всюду бегает, смеётся, поёт песни, всех обнимает, то плачет, то хохочет – душа дома, любимое дитя. Её обожают, и она всех любит. Вот такой ансамбль.
И вот у Ростовых праздник намечается – именины сразу двух Наталий: мамы-графини и маленькой Наташи (её тоже Натальей зовут официально). Дом вверх дном: готовят столы, лакеи бегают, гости съезжаются – родственники, друзья. Приходит, например, пожилая княгиня Анна Михайловна Друбецкая – старая подруга графини Ростовой. Это, кстати, мать Бориса, того самого юноши, ради которого она в Петербурге к князю Василию в ноги кидалась, чтобы в гвардию определили. Помнишь, я упоминал? Вот, она теперь в Москве, у Ростовых, потому что они ей родственники дальние и люди добрые – помогать будут. С ней и сын её, Борис Друбецкой– ровесник Николая, тоже офицерствовать собрался. Такой воспитанный юноша, бедный дворянин, но гордый и умный не по годам. Наташа его с детства знает – у них там детская дружба, даже, можно сказать, первая симпатия. В общем, гостей полон дом.
Картина: в гостиной Ростовых шум-гам, смеются, прислуга шампанское разносит, именинницы принимают поздравления. Тот же Борис стоит в углу с Николаем, переговариваются о предстоящей войне – мол, скоро вместе уйдём служить, здорово. Тут вбегает Наташа – вся в белом платьице, с куклой под мышкой! Ей же 13, она ещё с куклами не рассталась. Смеётся: “Маменька, можно нам с Соней в гостиную? Мы вас поздравить хотим!” Мама делает вид строгий: “Ах, ты дикарка, уже бы куклу бросила, барышня!” – но видно, что тает от умиления. Гости умиляются: “Quelle charmante enfant!”Наташа видит Бориса и прямо при всех – бац! – бросается ему на шею: “Борис, ты приехал! А я так ждала!” Все хохочут: вот дитя прямое. Наташа-то не замечает смущения, болтает ему без умолку. Соня стоит рядом, улыбается – она старше, посдержанней, но за Наташей тоже тянется, как тень светлая.