Александр Лихолетов – В погоне за дивноглазыми (страница 10)
Я шагнул вперёд, но он взмахнул рукой, и я повалился на лестницу. Меня пронзила жгучая боль, будто с моего лица пытались содрать кожу. Боль была такой, что в глазах потемнело. Я начал медленно проваливаться в небытие.
Карл вскрикнул. Я, ощущая, как тёплая кровь стекает мне на шею, мотнул головой. Зрение медленно возвращалось. Я посмотрел на Карла. Кабан всё-таки попытался убить его. Странно, но даже когда он скинул костюм филина, увалень всё понял верно. Карл выхватил шпагу и одним движением оборвал жизнь несчастного, но тот уже сыграл свою роль. Ворон пошатнулся и осел на пол. Из правого плеча его торчал кинжал. Тот самый кинжал, который я дал Кабану.
Я поднялся и побрёл вниз по лестнице. Подойдя к Ворону, я выдернул кинжал. Он захрипел и рухнул навзничь.
– Видишь ли, – проговорил я, – оружие, вкусившее кровь бессмертных, обладает некоторыми особыми свойствами. Одно из них – убивать других бессмертных.
С этими словами я размахнулся и всадил кинжал в его правую руку. Изумруд треснул и взорвался. Именно взорвался. Меня откинуло, а руку Карла буквально разорвало. От удара в глазах потемнело, и я с чувством выполненного долга потерял сознание.
Мне снилось, что я лечу. Знаки медленно кружились вокруг меня, налипая на руки. Отовсюду звучали слова забытых заклинаний. Я всё глубже и глубже проваливался в бездну.
Пробуждение было не из лёгких. Я приоткрыл глаза. По всему телу распространилась боль. Первым, что я увидел, были карие глаза, некогда принадлежавшие Лани. Теперь она была без маски. Молодая девушка с длинными волосами, похожими на тёмное золото. Прежде убранные в хвост, они струились по её плечам, едва не спадая мне на лицо. Моя голова покоилась у неё на коленях. Я попытался подняться. Она положила руку мне на грудь.
– Вам не стоит вставать, месье, – в её голосе что-то изменилось.
– Ничего… страшного… – сказал я, сжимая зубы от боли.
Она вздохнула, но всё-таки помогла мне приподняться. Невдалеке лежал Карл. От его правой кисти ничего не осталось. Сейчас обрубок был тщательно перевязан, рыжая девушка придерживала его голову, вливая в пересохшие губы воду. Я покосился на свою руку. Знаки были там. Это не могло не радовать.
– Ингольф, – проговорил я.
– Что? – девушка удивлённо посмотрела на меня.
– Меня зовут Ингольф.
– Я Таллия, а это Габи. Карла ты уже знаешь.
– Слишком хорошо, – пробормотал я.
Она улыбнулась.
– Я властелин слова, – продолжил я. – Помоги мне встать, я должен творить магию.
– Но ваши раны…
– Из-за них и должен. Иначе неделю здесь будем торчать.
Таллия понимающе кивнула и помогла мне подняться. Я опёрся на её плечо. Ей было тяжело, но она старалась удержать меня. Знаки на руках замерцали.
Я светился. Всё моё тело излучало свет, и боль отступала. Отстранив от себя Таллию, я шагнул к Карлу. Он всё ещё неподвижно лежал, тяжело дыша. Габи вопросительно посмотрела на меня, но я не смотрел на неё. Я смотрел на Ворона.
– Карл, – проговорил я, – ты, конечно, сволочь, но умереть я тебе всё равно не дам.
С этими словами я положил руку ему на лоб. Свечение перекинулось и на него. Он выгнулся и затрясся. Габи хотела что-то сказать, но Таллия удержала её. Они стояли и смотрели, как в Карла возвращается жизнь. Часть моей жизни, если быть точным.
Наконец свечение потухло. Карл открыл глаза. Сейчас они были серо-синими, похожими на сталь.
– Что произошло? – проговорил он, приподнимаясь.
– С какого момента? – ехидно поинтересовался я.
– Карл! – Габи бросилась ему на шею, едва снова его не повалив.
Я ощутил, как Таллия прижалась ко мне.
– Что ты делаешь? – наконец спросил я.
– Что? Что-то не так? – она подняла на меня удивлённые глаза.
– Да. С тех пор, как мы встретились, ты ведёшь себя так, будто мы давно знакомы, да ещё и влюблены.
Она опустила голову и отстранилась. Мне показалось, что я сказал что-то не то.
– Просто, – пробормотала она, – всё как в сказке. Я потому и пошла тогда с вами… с тобой. Я была уверена, что ты появился, чтобы нас спасти. И вот ты спас. Разве после этого в сказках люди не влюбляются?
Она сошла с ума. Осознание этого буквально пронзило меня. Быстро оправился. Её голос будто опять звучал у меня в голове. Я быстро оправился, а она не оправилась. Она убедила себя в нереальности происходящего, поэтому и оставалась такой спокойной. Сейчас всё пошло не так, и ей тяжело это осознать.
Она опустилась на колени. Ползая по полу, она будто что-то искала.
– Они должны быть где-то здесь, – шептала она.
– Что? – переспросил я.
– Осколки, осколки изумруда. Мы всё переиграем.
– Месье Ингольф, – голос Карла раздался откуда-то издалека, – я хотел бы поблагодарить вас. Я не знаю, что на меня нашло… Очевидно…
– Тише! – резко сказал я.
Карл и Габи осторожно приблизились. Таллия всё ещё ползала по полу.
– Что она делает? – хмуро спросил Карл.
– Пытается занять ваше место, – процедил я, – девочка не наигралась.
– Мы должны остановить её! – вскрикнула Габи и бросилась к Таллии.
Я только покачал головой.
– Вы можете её исцелить, – внезапно спросил Карл, – от безумия?
– Нет, – проговорил я, – так же как не могу сделать вам новую руку. Есть раны, которые я не способен излечить.
– Таллия! – Габи схватила девушку за плечи. – Очнись!
Таллия оттолкнула её. Глаза девушки были совсем безумными.
– Нет! Твоя концовка правильная, он любит тебя, а меня никто не любит! Никто!
Резко вскочив, она бросилась прочь. Мы рванулись за ней. Она взбежала по центральной лестнице и нырнула в коридор. Когда мы оказались наверху, она уже исчезла в одной из комнат.
– Нужно её найти! – крикнул Карл. – Разделимся!
Мы побежали в разные стороны, проверяя комнату за комнатой. Как я и ожидал, посчастливилось мне. Я распахнул очередную дверь и увидел её. Она стояла на балконе. Ветер трепал её волосы. Я шагнул к ней и увидел его. Всего на мгновение я увидел чёрный как ночь силуэт с фиолетовыми глазами, мерцавшими ярким малиновым светом. Спустя секунду силуэт растаял.