Александр Лихолетов – В погоне за дивноглазыми (страница 9)

Слезами пав из глаз. Так пусть же он разрушит лёд, Устой поправши в тлен, Он вновь веселье принесёт, Настал час перемен!

Внезапно с потолка опустился занавес. Плотная багровая ткань скрыла Ворона и Волка. Я резко обернулся. Такой же занавес скрыл Лань и Лису. Спустя мгновение и стены скрылись за ними, и я оказался внутри квадрата из багровых занавесей. Налетел порыв ветра и сорвал с меня маску. Маска филина улетела вперёд и скрылась в складках ткани. В затылок мне ударилась другая маска. Удар был такой силы, что я пошатнулся.

Это была маска ворона. Я перевернул её и прочитал на обороте:

Ты натравил их на меня, Призвал ты их сражаться, Но зов войны есть зов огня, Пристало всем бояться. Пристало всем, но не тебе, Ты сам искал сраженья, Не осрамись в моей борьбе, Вкус горек пораженья. Крови подобен этот вкус, Твоей крови багровой, Так побеждай, ведь ты не трус, С твоей личиной новой. Её с лица тебе не снять, Прошу, не надо слов, Пора нам снова поиграть, И ты, и я готов!

Внезапно занавесы рванулись вверх. Я увидел, что у моих ног лежит Волк. Кожа на его лице была сорвана. Там, где раньше стоял я, теперь стоял человек в костюме филина. За его спиной прятались Лань и Лиса. Я понял, что ничего доброго это не сулит. Филин отступил и закричал:

– Бежим! Он убил Волка!

Это был мой голос. Я хотел им что-то крикнуть, но во рту застряла фраза из стиха: «Прошу, не надо слов». Теперь мой голос, как и моя магия, были у него. Я потянулся к маске. Она будто приросла к лицу.

Троица бросилась прочь, и я машинально побежал за ними. Я не знал, что буду делать, когда их догоню, но оставлять их с Вороном, облачённым в костюм филина, я не собирался. Они пробежали по коридору. Я внезапно понял, что они бегут к той самой комнате. Зайти туда я им не позволил. Стоило им остановиться у двери, как я рванулся к ним изо всех сил, и они бросились бежать дальше.

В этот раз я позволил им уйти, а сам открыл дверь и вошёл в комнату. Кабан всё ещё был здесь. Не оборачиваясь, он пробасил:

– Вернулись? Ну и кто из нас трус теперь?

Он обернулся и замер. Его моментально начала бить крупная дрожь. Он поспешно слез с кровати и опустился на колени.

– Не убивайте, добрый господин, – пролепетал он, – я соблюдаю правила. Не убивайте.

Я покачал головой. Это привело его в ужас, и он забился в дальний угол, прикрывая лицо руками. Тем временем я достал из-за пояса кинжал. Подойдя к стене, я начал выцарапывать на ней буквы. Кинжал не мог отобрать даже Ворон. Эта вещь была сильнее, чем он. Буквы на стене начали медленно складываться в слова, а слова тускло мерцать.

Кто прежде смел был говорить, И ныне не молчит, Клинком способен он пронзить Уста, что вяжет нить.

Что-то должно было произойти. Кинжал замерцал. Я осторожно поднёс его к губам и оставил кровавую отметину. Всё тело пронзило странное ощущение.

– Кабан, – резко сказал я, – ты сказал, что соблюдаешь правила. Встань!

– Да, добрый господин.

– Слушай новое. Лично для тебя. Ты должен пойти и убить Филина.

– Простите, добрый господин?

– Иди и убей его! Он не тот, за кого себя выдаёт.

Я поднял руку с кинжалом, и Кабан впился в клинок жадным взглядом.

– Он лишился оружия! Пойди и убей его. Он уже убил Волка, а убивать здесь вправе только я. Теперь и ты. Понял?

Кабан опять упал на колени.

– Всё будет сделано, добрый господин.

– Отлично.

Он всё ещё стоял в скрюченной позе, чем немало меня забавлял. Но время было дорого.

– Быстрее, – процедил я.

Он вскочил и буквально вылетел из комнаты. Наконец я позволил себе рассмеяться. Сказывалось напряжение, и я смеялся долго и заливисто. Из глаз текли слёзы, но остановиться я не мог. Лишь спустя четверть часа приступ хохота отпустил меня, и я, кляня себя за это лёгкое помешательство, выскочил из комнаты.

Благо я уже знал, где они. Выйдя на центральную лестницу, я увидел их. Они стояли посреди зала и о чём-то оживлённо болтали. С противоположной от меня стороны зала за занавесью прятался Кабан. Для своих габаритов ему это неплохо удавалось.

– Карл! – резко выкрикнул я, и все взгляды обратились на меня.

В глазах Филина, моментально позеленевших, читалось недоумение. Недоумение и страх. Этого я и добивался. Всё стихло, лишь звуки моих шагов нарушали тишину, царившую в просторном зале.

– Что происходит? – вполголоса спросила Лиса.

Я, естественно, услышал.

– Скажи ей, что происходит, Карл.

– Это моя игра! – внезапно выкрикнул Филин. – Я в неё играю!

Девушки попятились, а он шагнул мне навстречу.

– Ты слабый игрок, – проговорил я, – твои дешёвые фокусы ни на что не годятся.

– Ты… – его глаза буквально пылали зелёным пламенем, – ты нарушил правила!

Он резко взмахнул рукой, и маска упала с моего лица. С треском она разбилась о ступени. Его маска тоже упала, но под ней оказалась ещё одна. Это была маска ворона. Серый плащ упал с его плеч, и чёрное одеяние вновь обвило его. Сейчас мы были похожи как две капли воды, если, конечно, не принимать во внимание маски.

– Время перемен! – завопил он и вскинул правую руку.

Из его ладони торчал изумруд. Его опоясывало кольцо запёкшейся крови. Сейчас он ярко пылал зелёным пламенем.

– Даже песенку не споёшь? – насмешливо крикнул я.

– Спою уже на твоей могиле!