Александр Лихолетов – Крылья. Сказки для взрослых (страница 4)

После нескольких часов ходьбы они устроили привал. Рыцарь по-прежнему отказывался поднимать забрало. Принц извлёк из походной сумки вяленое мясо и кусок хлеба. Живот, закованный в тяжёлые латы, едва слышно заурчал. Рыцарь отвернулся. Ему было стыдно просить принца. Юноша вздохнул и протянул рыцарю кусок.

– Я поделюсь с тобой, но ты должен будешь ответить на мой вопрос.

Рыцарь кивнул. Приняв пищу, он отвернулся, чтобы принц не видел его лица, и поднял забрало.

– Ты пошёл со мной из-за принцессы?

Рыцарь замер. Он даже перестал жевать.

– Можешь не отвечать, я знаю, что это так. Скажи, что связывает тебя с ней?

Рыцарь опустил забрало и повернулся к принцу.

– Ты любишь её? – спросил юноша.

Рыцарь покачал головой.

«Я опасаюсь, что за ней придёт тот, кто желает ей зла».

– Послушай, – принц внимательно посмотрел на рыцаря, – мне нечем поклясться, кроме своей жизни, так что я клянусь ею. Я клянусь, что не причиню принцессе вреда. Если она пожелает, чтобы я ушёл, я уйду.

«Что тебе обещал король?»

– Он обещал благословить наш брак, если я спасу её, – ответил принц, – но, поверь, если она будет против, я не стану принуждать её. У меня есть цель, но я никогда не прощу себе, если достигну её такой ценой.

Рыцарь ничего не ответил. Отдохнув, они продолжили восхождение. Вскоре они достигли огромной двери.

«За ней страшнейший из стражей. Нам нужно прокрасться мимо него».

– Ты ничего не понимаешь в спасениях, ведь так? – усмехнулся принц и, прежде чем рыцарь успел остановить его, распахнул дверь.

Огромный механический змей, застывший посредине зала, пришёл в движение. Принц шагнул вперёд. Он не шёл против змея, он шёл против варвара, погубившего его семью, против тех, кто разрушил его дом. Он шёл против них и был неуязвим. Он двигался быстрее чем когда-либо, бил без промаха, а в глазах его пылал огонь. Змей издал скрежещущий звук и затих навсегда.

Не дожидаясь рыцаря, застывшего в дверном проёме, принц пересёк зал и распахнул дверь, за которой была заключена принцесса.

Там было пусто. Он прошёлся по комнате, заглянул в шкаф, под кровать – никого. На стене висел щит. По обе стороны от него должны были стоять латы, но одного комплекта не хватало. Латы показались принцу очень знакомыми.

Рыцарь шагнул в комнату. Он поднял руку, желая что-то сказать, но принц опередил его. Клинок скользнул из ножен.

– Защищайся!

Рыцарь выхватил меч. Было видно, что тот слишком тяжёл для него. Одним движением принц выбил меч из рук рыцаря, и клинок замер у основания шлема.

– Я понял, кто ты, – холодно проговорил он, – ты построил этот замок. Вот почему чудовища тебя не трогают. Ты не хотел, чтобы я шёл, потому что ты, ты всё это время любил её!

Рыцарь стоял, боясь пошевелиться.

– Только она тебя не любила, и ты запер её здесь, – клинок медленно скользнул под шлем, – отвечай, что ты с ней сделал? Где она?

Клинок уже коснулся кожи.

– Нет! – внезапно крикнул рыцарь, и принц отвёл руку.

Он не был немым. Его голос заставил принца содрогнуться. Рыцарь медленно снял шлем, и из-под него полились чёрные как смоль волосы. Это была девушка. Она смотрела на него печальными синими глазами. Её губы дрожали.

– Ты?

– Я.

Принцесса виновато кивнула.

– Я не понимаю, – принц отбросил меч и опустился на пол, – почему? Ты почти выбралась. Почему ты пошла со мной?

– Мне было страшно уходить. Мастер говорил, что за мной придут, что он не сможет меня защитить.

– От кого?

Принцесса села напротив.

– Ты был прав. Он любил меня. Он не хотел мстить моему отцу, он хотел спасти меня от его врагов. Мастер знал, что отец не сможет меня защитить, он был слишком одержим войной. И он спрятал меня. Его механизмы приносили мне еду и хранили мой покой, но, разделяя его страх, они не выпускали меня, а я… я слишком боялась того, кто придёт за мной. Я знала, что враги моего отца убьют меня, а те, кто жаждет его богатства и власти, и того хуже. Я надела латы, чтобы механизмы не узнали меня, но мне не хватило смелости покинуть замок, а потом…

Девушка замолчала. Принц сидел и изучал узоры, расплывшиеся по полу.

– Ты права, – мрачно проговорил он, – придя сюда, я мечтал лишь о том, что с армией твоего отца я верну своё королевство. Прости…

Юноша поднялся и направился к выходу. Принцесса сидела на полу и смотрела в потолок. Там красовалась надпись, оставленная мастером: «И пусть войдёт сюда лишь достойный».

Девушка поднялась.

– Подожди!

Принц остановился.

– Твоя клятва, то, что ты говорил, это правда?

– Да.

– Я пойду с тобой.

Латы с грохотом рухнули на пол. Принцесса больше не боялась. Она взяла принца за руку, и они двинулись прочь, навеки покидая спиральный замок. Страх больше не стоял у них на пути.

Вскоре корона, брошенная на пол, оказалась на голове принца, а после и корона, обагрённая кровью. Он освободил свою страну и объединил её с южным королевством, где он и его королева правили долгие годы и принесли изобилие и процветание обоим народам.

Каменные краски

Давным-давно жила на свете художница. Подобно всем великим мастерам, был у неё свой секрет. Таился он в особых красках, которые она готовила по лишь ей известному рецепту. Стоило краске коснуться полотна, как она оживала. Зелёная краска прорастала травой, красная вспыхивала пламенем, а синяя плескалась ручьём.

Любое животное, нарисованное этими красками, оживало, но была в их силе и обратная сторона. Стоило краске высохнуть, как она обращалась камнем. За любую жизнь приходилось платить смертью.

Как недолговечны были творения художницы, так и слава её то вспыхивала, то угасала. Она странствовала по миру, и люди дивились чудесам, которые она создавала, но стоило чуду обратиться камнем, как они забывали о ней.

У художницы было доброе сердце. Ей нравилось видеть улыбки на лицах людей, пусть и быстротечные. Она любила животных и всегда горько плакала, когда сошедшая с холста лань или взмывшие в небо голуби обращались камнем.

А в ту пору вышло из-под земли чудовище, змея о трёх головах. Первая голова её пламенем дышала, из пасти второй вьюга летела и всё льдом обращала, а третья над миром возвышалась и созерцала. Никакой управы на чудовище не было. Множество храбрецов сгинуло в бою с ним. Целые армии пеплом и льдом обращались.

Видела художница выжженные земли и пустоши ледяные, видела страх в глазах людей, и сердце её разрывалось. Решила тогда девушка сама выйти против чудовища. Приготовила она краски, завернулась в тёплый плащ и в путь отправилась.

Долго искать змею не пришлось. За много миль дым был виден, что из пасти первой головы шёл. Увидела художница конец змеиного хвоста и пошла вдоль него. Три дня идти пришлось – столь велика была змея.

Наконец увидела девушка её головы. Подошла она к первой голове, которая пламенем дышала, и окликнула её. Не сразу заметила её змея, а когда заметила, лишь посмеялась.

– Уходи, козявка, подобру-поздорову. Неохота мне огонь на тебя тратить.

– Не за тем я пришла, госпожа, – ответила художница, – чудо желаю тебе показать великое, как неживое живым обращается.

– Чудо, говоришь? Любопытно. Показывай.

– А ты спустись на землю, с высоты ничего и не увидишь.

Опустила змея голову на землю, а художница подошла к камню и нарисовала лань. Выскочила лань из камня и давай прыгать туда-сюда. Понравилось змее.

– Ещё, ещё давай.

Нарисовала художница стаю голубей. Взлетели голуби и начали кружить над змеиной головой.

– Ещё, ещё давай, – крикнула змея.

– Подожди, – сказала художница, – сейчас золотую птицу нарисую, что как солнце гореть будет, только глаза сначала прикрой, уж очень краска яркая.