Александр Лихолетов – Крылья. Сказки для взрослых (страница 6)

Олени шли весь день, пока место страшного побоища не скрылось из виду. Страх гнал их вперёд. Юный король верил, что больше они не увидят волков, но он не знал, что волки уже шли по их следу.

Едва солнце село, волки напали на оленей и погнали их обратно. Любого, кто отбивался от стада или пытался скрыться, они разрывали на части. Волки не желали отпускать свою добычу. Они гнали оленей до самого рассвета. Дабы сломить их дух, они привели их на место побоища, где покоились останки старого короля.

С первыми лучами солнца волки ушли. Олени отправились на поиски тех, кто отбился от стада. Трава стала алой от их крови. Ни одному из отбившихся не удалось спастись. Среди них был и юный король.

В тот день бремя короны легло на младшего сына старого короля, последнего, чьи рога сверкали золотом.

Он видел, что надежда покинула его народ. Казалось, олени готовы лечь на землю и умереть. Тогда юный король созвал своих подданных и спросил, кто из них готов принести себя в жертву ради стада. Среди отчаявшихся, простившихся с жизнью оленей нашлось немало таких. Юный король кивнул и в одиночку отправился в лес, где обитали волки.

Стоило ему углубиться в чащу, как они учуяли его. Волки окружили юного короля, но тот не испугался и потребовал отвести его к вожаку.

Вожаком в те времена был огромный одноглазый волк. Глаз он потерял в битве со старым королём. Видя сына своего недруга, вожак захотел немедля растерзать его, но юный король сказал:

– Убей меня – и будешь сыт сегодня, выслушай меня – и будешь сыт до конца жизни.

– Говори, – прорычал вожак.

– Мой народ устал от войны.

– Войны? – насмешливо переспросил вожак. – С каких пор охота стала войной?

– С тех пор как ты потерял свой глаз, – ответил король.

Вожак зарычал, но король продолжил.

– Мне известно, что много храбрых волков полегло в ту ночь, и их будет ещё больше, если мы дадим последний бой. Но тебе, вожак, следует беспокоиться о том, что будет, когда падёт последний из нас.

– И что же будет?

– Голод.

Волки переглянулись. Вожак нахмурился, слыша ропот своей стаи. Рыкнув, он приказал им замолчать.

– Что же ты предлагаешь? – прорычал волк.

– Мы будем отдавать вам столько мяса, сколько нужно, чтобы вы не голодали, а вы не будете покидать свои леса и убивать нас.

Вожак хрипло рассмеялся.

– Твой отец был воином, но оба его сына выросли трусами. Один глупец пытался скрыться, другой хитрец жертвует своими подданными, чтобы сберечь свою драгоценную шкуру. Ты позоришь имя своего отца. Но мне плевать. Хочешь кормить нас – корми. Мне порядком надоело гонять вас по лугам. Даю слово вожака, что, пока мы будем сыты, мы не приблизимся к вашему стаду. А теперь убирайся, меня тошнит от твоей трусости.

Юный король поклонился и ушёл. На следующий день к волкам пришло несколько оленей. Они покорно легли на землю в ожидании своей участи. Волки растерзали их и насытились. Прошло несколько дней и пиршество повторилось. Вожак был доволен. Он был сыт, его дети были сыты, его подданные были сыты. Пока олени приходили и покорно ложились на землю, ничто не тревожило его.

Так прошёл год.

Вожак лежал на подстилке из мха и листвы в ожидании пиршества. Когда из-за деревьев появились олени, волк понял, что что-то не так. Их было множество, а вёл их олень со сверкающими золотом рогами. Вожак с трудом узнал юного короля – так велик и грозен он стал.

– Что случилось? – прорычал волк. – Жизнь труса опротивела тебе? Подходи, я сам перегрызу тебе глотку.

– Мой отец был воином, что дал вам бой, – сказал король, и голос его разнёсся по лесу, – мой брат был воином, что защищал свой народ до конца, а я – воин, что отомстит за них и положит конец волчьему роду. Хочешь перегрызть мне глотку? Попробуй!

Вожак зарычал. В его единственном глазу вспыхнуло пламя. Он начал подниматься, но не было в нём прежней силы и проворства. Год праздной жизни принёс свои плоды. Волк разжирел и стал лишь тенью прежнего себя. Тяжело дыша, вожак потрусил навстречу оленю. Он рычал, призывая свою стаю, но волки забыли, что такое охота. С трудом поднимаясь, они шли за вожаком, но уже не были той грозной силой, что сломила оленей прежде.

Король бросился вперёд, и оленье воинство встретилось с волчьим. Волки не выдержали натиска и обратились в бегство. Помня их жестокость, олени гнались за ними, пока последний окровавленный волк не пал на землю. В тот день король оленей отомстил за отца, брата и множество других оленей, что пали от волчьих когтей и клыков. Ценой великой крови он положил конец войне.

Одиночество

Я одинок, как тонкая струна,

Я одинок, как хладное касанье,

Я одинок, умолкни, тишина,

Способно оглушить твоё молчанье…

Давным-давно жила на свете Одиночество. Прозрачная и невесомая, скиталась она промеж людей, приближаясь лишь к тем, кто был отвергнут ими. Забытые и брошенные на произвол судьбы, она видела их и тянулась к ним. Одиночеству хотелось утешить их, коснуться тёплым ветерком, нашептать шорохом листьев, укрыть пологом тишины.

Она жалела их, жалела всех, кто одинок или думал, что одинок, или был одинок, но не знал об этом. Ещё она жалела о том, что люди не могут видеть и слышать её. Одиночеству было что им сказать, но шорохи и шелест не могли передать этого.

Иногда она ловила себя на мысли, что подходит к людям, чтобы самой не остаться в одиночестве. Глухой и слепой собеседник лучше, чем вообще никакого.

Так и бродила она, покровительница вдов и брошенных детей, бессильная утешить несчастных и неспособная бросить их.

Однажды Одиночество увидела юношу. Он стоял в парке и мок под проливным дождём. В руках он сжимал букет алых роз. Одиночество любила цветы. Она любила и не видела их. Её взгляд был прикован к юноше. Он казался ей самым одиноким в мире.

Одиночество подошла и обняла его. Она хотела защитить его от дождя, но капли летели сквозь неё. Юноша не мог увидеть её, но ей хотелось верить, что он ощущает её присутствие.

Внезапно дождь прекратился. Он не прекратился совсем, а прекратился лишь над головой юноши. Девушка, которую он ждал, пришла. Она пришла и принесла зонт. Юноша шагнул к ней. Он прошёл сквозь Одиночество и ушёл, а та так и осталась стоять. Она стояла и думала о нём, думала и плакала своими прозрачными невесомыми слезами.

Тогда Одиночество поняла, что влюбилась в него. Это чувство захлестнуло её. Никогда прежде она не чувствовала себя такой живой, такой человечной, почти осязаемой.

Одиночество потеряла голову и сделала то, чего никогда не позволяла себе раньше. Она пришла к юноше и разлучила его с девушкой, встала между ними. Люди были бессильны противиться ей.

Юноша остался один. Одиночество приходила к нему каждый день. Она касалась его волос, нежно шелестела листьями и пела голосами птиц. Она делала всё, чтобы он не чувствовал себя одиноким, но это не помогало.

С каждым днём юноша становился всё мрачнее. Он почти не ел. Спал он редко и беспокойно. Одиночество знала, что он всё ещё думает о ней. Она видела это в его глазах. Каждое утро юноша рисовал портреты той девушки и сжигал их каждый вечер. Он страдал, и Одиночество не могла помочь ему.

Видеть страдания любимого было невыносимо для неё. Одиночество вздохнула и отпустила его. Юноша сорвался и поспешил к своей возлюбленной.

Одиночество смотрела ему вслед и плакала. Она знала, что они не подходят друг другу, что им не обрести ничего, кроме боли, но это было слабым утешением. Она любила его. Когда он ушёл, Одиночество впервые в жизни почувствовала себя по-настоящему одинокой. Она поняла, что потерять гораздо больнее, чем вовсе не иметь.

В этот миг чьи-то невесомые руки опустились ей на плечи. Он стоял позади неё, и Одиночество чувствовала его дыхание, дыхание ветра. Он говорил шорохом листьев и улыбался лучами солнца.

– Кто ты? – спросила она.

– Я твоё одиночество…

Волчья шкура

Волчью шкуру примерь, волчьи когти прими

И клыки, что даруют увечье,

Мы не станем волками – мы будем людьми,

Пока сердце храним человечье…

Далеко-далеко, там, где не ступала нога человека, где заснеженные леса граничили с ледяной пустошью, а весна не наступала никогда, жили волки. Это была необычная стая. Они были белыми, как снег, и быстрыми, как ветер. Их сердца были скованы льдом, а клыки омыты кровью. В минуты покоя, когда метель стихала, они молились луне, а когда они вступали в схватку, они молились жестокой богине волков.

Эта богиня не жила на небесах. Она жила в ледяной пустоши, и волки приносили ей кровавые жертвы. Взамен она давала им силу выжить в этих краях.

И вот однажды вожак стаи отправился к ней. Он возжелал большего, чем то, что она давала остальным. Не страшась смерти, он шёл по ледяной пустоши. Метель сбивала его с ног, а глубокий снег тянул вниз, но он неизменно поднимался и шёл дальше.

Наконец он добрался до глаза бури. Метель отступила, будто не желая приближаться к этому страшному месту. Там, на троне, устланном волчьими шкурами, восседала богиня волков. Вожак, впервые увидевший её воочию, удивился, ведь она не была волчицей. Она ходила на двух ногах, на руках у неё не было когтей, а кожа её не была покрыта шерстью. Длинные белые волосы струились по узким плечам молодой девушки.

Сперва вожак даже не поверил, что это она, но стоило ему встретиться с ней взглядом, как он припал на брюхо и прижал уши. В глазах её отражалась смерть.