Александр Косарев – Цикл Рассказов. Заслон. Вибрационный Резонанс (страница 7)

Анна кивнула.

— Идём.

---

Глава 3. Третий Лишний

Чёрный рынок не любит свет.

Это первое, что понял Дмитрий «Сварог» Невзоров, когда пятнадцать лет назад, ещё молодым лейтенантом, впервые попал в подпольный цех по перепрограммированию военных чипов. Тогда ему показалось, что хуже этой вони, этих грязных стен и этих пустых глаз торговцев смертью ничего быть не может.

Он ошибался.

За пятнадцать лет чёрный рынок эволюционировал точно так же, как Оно. Стал чище, технологичнее, опаснее. Теперь это были не подвалы, а респектабельные офисы с кондиционерами и вежливыми секретаршами. Теперь это был бизнес.

Сварог стоял у окна своей квартиры на Новой Земле и смотрел на море. Там, за горизонтом, где-то в тайге, сейчас Ревский разбирался с дочерью Коралова. А здесь, в штабе, Лин Син боролась с графиками, пытаясь удержать резонанс под контролем.

А у него была другая задача.

Телефон завибрировал. Сварог глянул на экран — зашифрованный вызов, короткий номер, известный только трём людям во всём мире.

— Слушаю.

— Добрый вечер, Дмитрий Петрович. — Голос в трубке был молодым, бодрым, почти весёлым. — Не ожидали?

— Я всегда тебя жду, Артём. — Сварог усмехнулся в усы. — Как мать?

— Мать умерла. Три года назад. Вы не пришли на похороны.

Пауза.

— Я не знал.

— Знали. Просто не захотели знать. — В голосе не было обиды. Констатация факта. — Но мы не об этом. У меня для вас товар. Интересный. Думаю, вам понравится.

— Что за товар?

— Встретимся — покажу. Старое место. Через час.

Связь оборвалась.

Сварог убрал телефон и посмотрел на своё отражение в тёмном стекле.

Артём. Сын его погибшего друга, который когда-то, пятнадцать лет назад, вытащил Сварога из того самого подпольного цеха. Вытащил — и сам сгорел в первой волне резонанса, прикрывая отход группы. Артёму тогда было пять лет. Сварог обещал заботиться о нём.

Не сдержал обещание.

А теперь Артём вышел на связь сам. И голос у него был не мальчика, потерявшего отца, — голос был у человека, который нашёл нечто большее, чем просто способ выжить.

Сварог надел куртку, проверил оружие и вышел.

---

Старое место оказалось доком на окраине порта. Заброшенным, полуразрушенным, пахнущим рыбой и гнилью. Именно таким, каким Сварог его помнил.

Артём ждал у самого края пирса, глядя на воду. Со спины его можно было принять за подростка — узкие плечи, сутулость, неловкость движений. Но когда он обернулся, Сварог увидел глаза.

Старые глаза. Мёртвые глаза. Глаза человека, который видел слишком много и слишком рано.

— Здравствуйте, Дмитрий Петрович, — сказал Артём, не улыбаясь. — Спасибо, что пришли.

— Ты сказал — товар. — Сварог подошёл ближе. — Говори.

— Торопитесь? — Артём склонил голову набок. — А зря. Время сейчас дорого как никогда. Особенно для тех, кто сидит на Новой Земле.

— Откуда ты знаешь, где я сижу?

— Я много чего знаю, Дмитрий Петрович. — Артём сунул руку во внутренний карман куртки. Сварог мгновенно напрягся, но парень вытащил всего лишь плоский планшет. — Вот. Посмотрите.

На экране пульсировала карта. Сварог узнал её сразу — резонансные поля, которые Лин Син выводила на свои мониторы. Но здесь было больше. Намного больше.

— Это всё? — спросил он, не веря глазам. — Все очаги?

— Все. — Артём кивнул. — Которые известны нам. Которые скрывает «Заслон». Которые появятся завтра.

— Откуда у тебя это?

— Купил. — Артём усмехнулся, и в этой усмешке мелькнуло что-то от его отца — та же лихая, бесшабашная злость. — Знаете, Дмитрий Петрович, чёрный рынок — удивительное место. Там можно купить всё. Даже правду. Особенно правду.

— Что тебе нужно?

— Мне? — Артём убрал планшет. — Мне нужно, чтобы вы перестали делать вид, что войну можно выиграть старыми методами. Нельзя. Оно эволюционирует быстрее, чем ваш «Заслон» успевает менять протоколы. Вы проигрываете. И проиграете окончательно, если не начнёте играть по-новому.

— И как, по-твоему, нужно играть?

— Использовать то, что даёт рынок. — Артём шагнул ближе. — У нас есть чипы, о которых ваши учёные даже не мечтают. Не КОР-чипы — они устарели. Новые. С обратной связью. С возможностью не только слышать Оно, но и управлять им.

— Управлять?

— Да. — Глаза Артёма блеснули. — Представьте: выходите в резонансное поле и просто... говорите Оно: «Стоп». И оно останавливается. Не глушите, не блокируете — именно говорите. На его языке.

— Это невозможно.

— Это уже сделано. — Артём достал из другого кармана маленький прозрачный контейнер. Внутри, на подложке из чёрного бархата, лежал чип. Не такой, как у Алена, — тоньше, изящнее, с золотым напылением. — Вот. Подарок. От меня — вам.

Сварог смотрел на чип и чувствовал, как внутри закипает холодная злость.

— Ты предлагаешь мне стать подопытным?

— Я предлагаю вам стать первым, кто выживет. — Артём протянул контейнер. — Не для себя прошу. Для всех. Для Лин Син, которая скоро сгорит на работе. Для Ревского, который сейчас лезет в самое пекло без нормальной защиты. Для тех сотен людей в штабе, которые даже не знают, что через час могут умереть от резонанса.

Сварог замер.

— Откуда ты знаешь про штаб?

— Знаю. — Артём убрал контейнер. — И знаю, что Ревский уже нашёл способ погасить резонанс. Но способ этот — разовый. Ему нужен кристалл, а кристалл один. А очагов — десятки. И будут сотни. Если не начать действовать сейчас, через год здесь не останется никого.

Ветер с моря усилился, бросил в лицо солёные брызги.

Сварог молчал долго.

Потом протянул руку.

— Давай, — сказал он. — Посмотрим, что там у вас за игрушки.

Артём отдал контейнер.

И улыбнулся — впервые за весь разговор — совсем по-детски, почти счастливо.

— Спасибо, дядя Дима, — сказал он тихо. — Я знал, что вы согласитесь.

Сварог спрятал контейнер во внутренний карман.

— Не дядя Дима. Сварог. Запомни.

— Запомню. — Артём кивнул. — И ещё, Сварог. Будьте осторожны с этим чипом. Он работает не так, как ваши. Он требует... жертвы.

— Какой жертвы?