Александр Косарев – Цикл Рассказов. Заслон. Вибрационный Резонанс (страница 5)
На экране пульсировало пятно.
Точно такое же, как в тайге.
Только здесь, в эпицентре, спали они все.
---
Динамик в вертолёте ожил неожиданно, разорвав тишину кабины хриплым, искажённым помехами голосом:
— Ревский! Ответь! Ревский, мать твою!
Ален выхватил трубку раньше, чем пилот успел сообразить.
— Я здесь. Что случилось?
— Возвращайся! — Голос Сварога звучал так, как Ален не слышал никогда — панически, срываясь. — У нас тут то же самое! Пятно! Прямо под штабом! Если оно активируется...
— Я понял. — Ален сжал трубку так, что побелели костяшки. — Сколько у нас времени?
— Не знаю! Лин говорит, графики пляшут так, что... — В динамике что-то зашипело, затрещало, и голос Сварога пропал, сменившись ровным гулом помех.
— Связь! — крикнул Ален пилоту. — Что со связью?
— Глушат, товарищ капитан-лейтенант! — пилот лихорадочно щёлкал тумблерами. — Не пойму, чем, но сигнал просто... исчезает!
Ален выругался и выскочил из вертолёта, даже не заглушив двигатели.
Анна стояла на крыльце и смотрела на него.
— Вы слышали? — крикнул он, подбегая.
— Слышала. — Она была спокойна. Слишком спокойна. — Это началось.
— Что началось?
— То, чего боялся отец. — Она посмотрела на небо, которое начало темнеть — хотя до заката было ещё часа три. — Оно не просто эволюционирует. Оно учится размножаться. Каждый очаг резонанса — это семя. И теперь оно проросло там, где вы живёте.
Ален замер.
— Штаб? — переспросил он глухо. — Там люди. Сотни людей. Лин Син. Сварог. Ветров.
— Я знаю. — Анна спустилась с крыльца и подошла к нему вплотную. — И я знаю, как их спасти.
— Как?
— Кристалл. — Она кивнула в сторону подвала. — Он не просто хранилище голосов. Он — ключ. Если мы сможем настроить его на частоту штаба, мы сможем погасить резонанс до того, как он убьёт всех.
— Настроить? — Ален не верил своим ушам. — Вы говорите о кристалле как о приборе. Это минерал! Это... это...
— Это технология, которую вы ещё не понимаете, — перебила Анна. — Отец потратил двадцать лет на то, чтобы расшифровать его природу. И перед смертью он понял главное: кристалл — не артефакт. Это приёмник. Приёмник, настроенный на частоту жизни. На частоту человека. Если мы сможем подключить его к вашей системе...
— Как?! — почти закричал Ален. — У нас нет здесь оборудования! У нас нет ничего, кроме старой метеостанции и ваших схем на стенах!
Анна посмотрела на него долгим, тяжёлым взглядом.
— У нас есть вы, — сказала она тихо. — Ваш чип. КОР-чип первого поколения. Он врастает в мозг глубже, чем новые модели. Он уже стал частью вас. Если мы подключим кристалл к вам...
— Вы хотите использовать меня как проводник?
— Да.
Тишина повисла между ними — плотная, как вата.
Где-то в тайге снова завыл зверь. Ближе, чем в прошлый раз.
— Если я соглашусь, — сказал Ален медленно, — что со мной будет?
— Я не знаю. — Анна не отвела взгляда. — Может быть, ничего. Может быть, вы просто станете мостом между мирами. Может быть, вы сгорите. Отец не успел дописать исследования. Последние страницы его дневника пусты.
— Пусты?
— Он оставил мне только схему. И надпись: «Когда придёт время, тот, кто носит голоса, должен будет сделать выбор. Я не знаю, какой правильный. Я знаю только, что выбор будет».
Ален закрыл глаза.
Внутри, под черепом, пульсировал чип. Тихо, ровно, почти ласково. Как будто уговаривал: соглашайся, соглашайся, мы справимся.
— Сколько у нас времени? — спросил он, открывая глаза.
— Часа два. Может, меньше. — Анна посмотрела на небо — оно темнело всё быстрее. — Когда солнце сядет, резонанс усилится. Оно любит темноту.
— Тогда не будем ждать. — Ален развернулся и пошёл к подвалу. — Идёмте. Будем подключать меня к вашему кристаллу.
Анна смотрела ему вслед.
Потом, впервые за пять лет, прикоснулась пальцами к губам и прошептала то, чему отец учил её в детстве:
— Валар Маргулис. Да будет так.
---
В подвале было холодно. Не по-осеннему, а могильно — сырой, тяжёлый холод, который проникал под одежду и забирался в кости.
Кристалл лежал на постаменте, открытый, тёмный, равнодушный.
— Что нужно делать? — спросил Ален, останавливаясь перед ним.
— Возьмите в руки, — сказала Анна. — И слушайте. Не ушами — чипом. Кристалл откликнется.
— А вы?
— Я буду рядом. Если что-то пойдёт не так... — Она замолчала.
— Что?
— Я попробую вас вытащить.
Ален усмехнулся.
— Вы даже не знаете, как.
— Не знаю. — Анна подошла ближе. — Но я пять лет училась слушать тишину. Может быть, этого хватит.
Он посмотрел на неё.
В полумраке подвала её лицо казалось высеченным из камня — древнего, мудрого, видевшего слишком много. И вдруг Ален понял: она не просто дочь Глеба Коралова. Она — его продолжение. Его незаконченная работа. Его последняя надежда.
— Хорошо, — сказал он. — Я пошёл.
Он протянул руки и взял кристалл.
---
На этот раз не было ни «Грома», ни голосов, ни видений.
Была только пустота.
Абсолютная, бескрайняя, холодная пустота, в которой он висел один, даже не понимая, есть ли у него тело.