Александр Косарев – Цикл Рассказов. Заслон. Хроники Портала. Эпоха Собрания (страница 5)
Алиса подошла к окну. Город спал. Уличные фонари горели ровным жёлтым светом. Тишина.
В голове — миллиарды голосов.
Она коснулась виска. Не помогло. Никогда не помогало.
— Когда это закончится? — спросила она тихо.
Никто не ответил. Никто не мог.
Алиса оделась. Вышла из дома. Пошла в Институт — туда, где учила других тому, что они могли бы знать, если бы не были такими, как она.
В Институте было тихо. Ночная смена спала — она разрешила им спать, потому что не спала сама.
Она вошла в зал кристаллов. Двести тридцать семь кристаллов стояли на подставках, мерцая в темноте. Каждый хранил сон. Каждый ждал своего исследователя.
Алиса прошла между ними. Кристаллы узнавали её — свечение становилось ярче, когда она проходила мимо. Она была для них той, кто видит.
В центре зала стоял кристалл, которого она не помнила.
Алиса остановилась. Кристалл был большим — с её кулак. Цвета она не могла определить — он менялся, переливался, как поверхность воды на ветру.
— Откуда ты? — спросила она.
Кристалл ответил. Не голосом — картинкой.
Алиса увидела Доску. 64 клетки. И девять фигур. Она узнала себя — фигурка из алебастра, белая, чистая. Рядом — другие. Она узнала их всех.
Михаил. Анна. Дмитрий. Елена. Марк. Анна-Лира. Михаил-Аэрон. Виктор.
И один, кто стоял над Доской.
Странник.
Алиса вышла из видения. Кристалл остыл, но на её ладони остался отпечаток — светящийся круг.
Она коснулась лба. Жест пришёл сам, но он не был чужим. Он был её. Всегда был её. Просто она забыла.
В момент касания Алиса поняла: она ждала эту встречу тридцать лет. С тех пор, как впервые увидела сон, который не принадлежал никому.
Сон о Доске.
Она повернулась к выходу. На западе, за стенами Института, небо светлело — но не рассветом. Чем-то другим.
— Ну что ж, — сказала Алиса тихо. — Пора.
---
Глава 7. Анна-Лира. Клетка G1. Врата Памяти (Иная)
Общежитие. Утро.
Анна проснулась с чужим именем на губах.
— Лира, — прошептала она. — Лира.
Комната была её. Постеры на стенах, чашка с остывшим чаем на столе, учебник по литературе, раскрытый на середине. Всё её.
Но она была не она.
Анна села на кровати. В голове шумело — как будто кто-то включил радио на полную мощность, а потом резко выключил. Образы мелькали: чёрно-белая Доска, руки, касающиеся её рук, слова на языке, которого она не знала, но понимала.
«Первый ход за тобой».
— Кто ты? — спросила она пустоту.
Пустота не ответила. Но в кармане халата что-то тепло пульсировало.
Анна запустила руку в карман. Кристалл. Маленький, неправильной формы, тёплый. Она не знала, откуда он у неё. Она никогда его не покупала. Он просто... был. Всегда.
Сейчас он стал горячим.
Анна поднесла его к лицу. Внутри кристалла, в самой его глубине, горела искра. Она смотрела на неё, и искра смотрела на неё.
«Ты помнишь?»
Голос был не снаружи. Он был внутри. И он был её голосом — но не той Анны, которая просыпалась по утрам и ходила на пары. Другой Анны. Той, которая жила до.
— Я ничего не помню, — сказала Анна вслух.
«Ты помнишь. Ты боишься».
Она зажмурилась. И в темноте под веками увидела.
Доска. 64 клетки. На одной из них — фигура из алебастра. Женщина с поднятой рукой. Лира.
Это была она.
Анна открыла глаза. Кристалл остыл, но на ладони остался след — светящаяся точка.
Она подошла к зеркалу. Смотрела на своё лицо — девятнадцатилетнее, сонное, с кругами под глазами. Чужое.
— Кто ты? — спросила она у отражения.
Отражение не ответило. Но глаза — её глаза — смотрели на неё с чем-то, чего она не могла назвать. Тоска? Ожидание? Знание?
Анна подняла руку. Коснулась лба. Жест пришёл сам — как будто тело помнило то, чего не помнил ум.
В момент касания она увидела его.
Лицо. Мужское, молодое, с глазами, которые смотрели на неё сквозь расстояние и время.
Аэрон.
Анна опустила руку. Сердце билось так, что, казалось, разорвёт рёбра.
— Ты существуешь, — прошептала она. — Ты настоящий.
Кристалл в кармане стал тёплым. Не горячим — тёплым. Как рука, которая держит твою руку.
Анна посмотрела на окно. На западе небо было странным — звёзды, которые не должны были быть видны днём, горели на голубом небе.
Она знала, что должна идти. Не понимала зачем. Но знала.
Анна оделась. Кристалл положила во внутренний карман куртки — там, где бьётся сердце.
— Я иду, — сказала она тихо. — Я иду.
---
Глава 8. Михаил-Аэрон. Клетка H1. Врата Поиска
Вокзал. Утро.
Михаил проснулся в поезде.
Он не помнил, когда сел. Не помнил, откуда едет. Он помнил только, что должен быть там, куда идёт поезд.
Кристалл в кармане был горячим.