Александр Косарев – Цикл Рассказов. Заслон. Хроники Портала. Эпоха Собрания (страница 4)
Она вышла из сна.
В мастерской горел мягкий свет. На стенах висели её картины — «живые полотна», которые можно было смотреть во сне. Море. Лес. Город, где никогда не наступает ночь.
Елена открыла глаза. Клиент спал на кушетке, дыхание стало ровным. Кошмары ушли. На сегодня — ушли.
Она подошла к столу, взяла кристалл «Творца» — он висел на шее, всегда тёплый. Сейчас он был горячим.
— Что с тобой? — спросила Елена.
Кристалл пульсировал. Она поднесла его к виску — и увидела.
Сон.
Не её. Не клиента. Чужой сон, который пришёл к ней сам.
В этом сне была Доска. 64 клетки. И на каждой клетке — фигура. Не деревянная — живая. Люди. Девять из них светились.
Елена узнала себя. Маленькая фигурка на клетке D1. Рядом — другие. Она не знала их лиц, но чувствовала — они идут.
Она вышла из видения. Руки дрожали. Кристалл остывал, но на ладони остался след — светящаяся точка.
Елена подошла к окну. На западе небо было странным — звёзды, которые не должны были быть видны в это время, горели слишком ярко.
Она коснулась лба. Неосознанно. Просто жест, который пришёл из ниоткуда.
И в этот момент она поняла, что следующую картину должна написать не для клиента. Для себя.
Доску. Девять фигур. И свет, который идёт с запада.
Елена взяла кисть.
---
Глава 5. Марк Рагозин. Клетка E1. Врата Тишины
Станция наблюдения. Ночь.
Марк Рагозин сидел перед экранами и смотрел на чужие сны.
Канал 4: женщина летит над океаном. Вода — прозрачная, как стекло. Под ней — город, которого нет на карте.
Канал 12: старик разговаривает с умершей женой. Она смеётся. Он плачет.
Канал 27: ребёнок играет с собакой, которая умерла пять лет назад. Шерсть — золотистая, тёплая.
Марк переключал каналы. Чужие сны текли мимо него, как вода. Он был сухим. Уже десять лет.
— Марк Ильич, — голос стажёра из соседней комнаты. — У вас всплеск на тридцать пятом.
Марк переключился на тридцать пятый. Пустота. Чёрный экран. Но датчики показывали активность.
— Не может быть, — сказал Марк. — Тридцать пятый давно не работает.
— Работает, — голос стажёра был испуганным. — Я проверил три раза. Там... там что-то есть.
Марк смотрел на чёрный экран. Ничего. Десять лет ничего.
Но датчики врали.
Он коснулся ожерелья на шее. Ожерелье-Мост. Оно висело мёртвым грузом десять лет — с того дня, как Инна закрыла глаза и не открыла их. Ожерелье жило только в паре. А пары не было.
Сейчас оно стало тёплым.
Марк отдёрнул руку. Посмотрел на ожерелье. Оно светилось. Тускло, едва заметно, но светилось.
— Этого не может быть, — прошептал он.
На экране тридцать пятого канала появилась точка. Маленькая, белая, далёкая. Она росла. Марк смотрел, не дыша.
Точка стала кругом. Круг стал окном. В окне...
В окне была Доска.
Марк не знал, что это Доска. Он никогда не видел её раньше. Но он узнал.
64 клетки. Чёрные и белые. И на одной из клеток — фигура. Маленькая, каменная, но живая. Она смотрела на него.
Ожерелье стало горячим.
Марк поднял руку. Коснулся лба. Жест пришёл из глубины, из той части его, которая умерла десять лет назад и сейчас оживала.
В момент касания он услышал голос.
Не Инны. Другой. Тот, который был с ним всегда, но он не слышал его сквозь тишину.
Иди.
— Куда? — спросил Марк. Голос сел, как у немого, который решил заговорить.
Ожерелье дёрнулось. На запад.
Марк посмотрел на экран. Точка исчезла. Чёрный экран снова был пуст. Но на стекле, там, где только что была точка, остался след — маленький, светящийся круг.
Он встал. Ноги дрожали. Он не выходил из этого здания десять лет — с тех пор, как похоронил Инну и похоронил себя.
— Марк Ильич, — стажёр заглянул в комнату. — У вас всё в порядке?
Марк повернулся к нему. Стажёр отшатнулся — на лице Марка было выражение, которого никто не видел десять лет.
Жизнь.
— Всё в порядке, — сказал Марк. — Я ухожу.
— Но ваша смена...
— Моя смена закончилась десять лет назад.
Он вышел. Ожерелье на шее горело.
---
Глава 6. Алиса. Клетка F1. Врата Памяти
Институт Сна. Утро.
Алиса проснулась в три часа ночи. Как всегда.
Она лежала в темноте, смотрела в потолок и чувствовала, как сны текут через неё. Миллиарды снов. Люди спали на всех континентах, и все они были здесь, в её голове, как радиоволны, которые нельзя отключить.
Ребёнок в Бангкоке видел сон о летающих слонах.
Старуха в Мумбаи разговаривала с мужем, который умер тридцать лет назад.
Подросток в Сан-Паулу бежал по бесконечной лестнице, и за ним гналась тень без лица.
Алиса видела всё. Всегда.
Она села на кровати. Сорок два года, а она чувствовала себя на тысячу. Нет, не на тысячу — на столько, сколько живёт человечество. Потому что она носила в себе его сны.