Александр Косарев – Цикл Рассказов. Заслон. Хроники Портала. Эпоха Собрания (страница 7)

Виктор встал. Ноги дрожали, но он стоял.

— Кто они? — спросил он. — Я знаю, что их восемь. Я знаю, что они идут. Но кто они?

Доска не ответила. Но фигуры на первом горизонте задвигались.

Медленно. Как будто просыпаясь после долгого сна. Они двигались не по правилам — не вперёд, не по диагонали. Они двигались внутрь. Каждая фигура сместилась на одну клетку к центру.

A1 → A2.

B1 → B2.

C1 → C2.

D1 → D2.

E1 → E2.

F1 → F2.

G1 → G2.

H1 → H2.

Восемь фигур. Восемь шагов. Восемь касаний.

Виктор смотрел на новое расположение. Первый горизонталь опустел. Фигуры стояли теперь на втором — ближе к центру, ближе друг к другу, ближе к тому, что должно было случиться.

— Они идут, — сказал Виктор. — Они уже в пути.

Он повернулся к выходу. Остановился. Посмотрел на фигуру на клетке H2 — алебастровая, женская, с поднятой рукой. Она светилась ярче всех.

— Лира, — прошептал Виктор. — Ты вернулась.

Фигура не ответила. Но свет её стал теплее.

Виктор вышел из Зала. Шёл по коридорам, и шаги его звучали громко в тишине Храма. Он знал, что нужно делать. Он готовился шестьдесят лет.

Он прошёл в библиотеку — маленькую комнату, заваленную свитками, книгами, кристаллами памяти. Здесь хранилось всё, что люди знали о Доске. Пророчества. Карты. Имена. Судьбы.

Виктор подошёл к стеллажу, где лежали восемь кристаллов. Каждый — размером с кулак, каждый — своего цвета. Он ждал, когда они зажгутся. Шестьдесят лет они были тёмными, мёртвыми.

Сегодня они горели.

Виктор взял первый кристалл — тёмно-серый, с искрой внутри. Прижал к виску.

Увидел лицо. Мужчина, лет тридцати пяти. Усталые глаза. Шрам на ладони в форме круга.

Михаил Коралов. Инженер-резонансист. Архивы. Идёт.

Виктор отложил кристалл. Взял второй — серебристый, с линиями, которые переливались на свету.

Анна Северцева. Аналитик. Видит структуры. Идёт.

Третий — чёрный, тяжёлый, с красной искрой внутри.

Дмитрий Сварог. Командир. Чувствует траектории. Идёт.

Четвёртый — белый, прозрачный, с радужным отливом.

Елена Светлова. Художница снов. Дарит сны. Идёт.

Пятый — мутный, серый, как камень, который долго лежал на дне реки.

Марк Рагозин. Оператор. Потерял сны. Идёт.

Шестой — золотистый, тёплый, с множеством искр внутри.

Алиса. Хранительница Института Сна. Видит все сны. Идёт.

Седьмой — бело-голубой, с мерцанием, похожим на северное сияние.

Анна-Лира. Воплощение Спящей Памяти. Помнит. Идёт.

Восьмой — огненный, с искрой, которая пульсировала, как сердце.

Михаил-Аэрон. Воплощение Странствующего Зова. Ищет. Идёт.

Виктор опустил кристаллы. Руки дрожали.

— Восемь, — сказал он. — Восемь из шестнадцати.

Он знал, что должно быть шестнадцать. Восемь чёрных, восемь белых. Две армии. Два мира. Два вопроса.

Но восемь уже горели. Значит, восемь других ещё спали. Или ещё не родились. Или...

Виктор не закончил мысль. Потому что в библиотеку вошёл он.

---

Странник

Виктор не слышал шагов. Не слышал, как открылась дверь. Он просто поднял голову — и увидел.

Мужчина стоял в проёме. Обычный. Невысокий. Лицо — без возраста, без особенностей, которое невозможно было запомнить. Глаза — неопределённого цвета. Одежда — тёмная, простая, без знаков.

Виктор не знал, кто это. Но Ожерелье на его шее зазвенело — тонко, на грани слышимости, как струна, которую коснулись впервые за шестьдесят лет.

— Ты, — сказал Виктор. Не вопрос. Узнавание.

— Я, — сказал Странник. Голос был тихим, но он заполнил всю комнату, как вода заполняет пустоту.

— Ты пришёл.

— Я всегда был здесь.

Виктор смотрел на него. Шестьдесят лет в Храме. Шестьдесят лет он чувствовал, что не один. Что за его спиной кто-то стоит. Что-то. Он думал — Доска. Оказалось — он.

— Кто ты? — спросил Виктор. Вопрос, который он не задавал шестьдесят лет.

Странник улыбнулся. Улыбка была странной — она не принадлежала этому лицу. Она пришла откуда-то из глубины, из времени, которое было до Храма, до острова, до всего.

— Ты знаешь, — сказал Странник.

Виктор знал. Он всегда знал. Он просто не хотел себе признаваться.

— Ты — «Оно».

— Был. Давно. Когда люди боялись того, чего не понимали.

— А теперь?

— Теперь я — тот, кто ждёт.

Странник вошёл в библиотеку. Прошёл мимо Виктора, коснулся рукой кристаллов. Они загорелись ярче.

— Восемь, — сказал Странник. — Восемь уже идут. Восемь ещё спят.

— Кто они? — спросил Виктор.