Александр Коротков – Бесолов (страница 9)

Стоило нам выбраться на свет божий, бледный от пережитого парнишка умоляюще посмотрел на меня и ,дождавшись короткого «Свободен», – дунул прочь, да с такой скоростью, что гонцы обзавидуются.

Итак, во дворец явилось три беса. Слуги ледяных демонов. Их не интересует человеческая плоть – они любят лакомиться теплом тел. Причем напоминают при этом не тонких ценителей, по глоточку наслаждающихся букетом, а скорее пропащих пьяниц, не способных остановиться, пока «сосуд» не будет выпит полностью.

С одной стороны, эти твари никогда не считались сильными противниками. Спеленать их, чтобы каноник провел обряд экзорцизма, не составит труда. А вот другой нюанс был куда интереснее. Подобные бесы никогда не прорываются в наш мир сами – силенками не вышли. А значит, их кто-то призвал. Остается надеяться, что Ури найдет место прорыва.

Пока я лазил по всей округе, знакомясь с местной фауной и подвалами, успело стемнеть, так что я отправился в свою комнату, намереваясь хорошенько порыться в местном баре и побалдеть в ванной.

Пару раз едва не заплутав – чертов Палаццо Сакра Корона мало того что был огромным, так еще и обладал весьма своеобразной планировкой, минут через двадцать я все таки оказался в знакомом крыле. Расторопные слуги уже успели зажечь факелы, так что в коридорах то и дело плясали гротескные тени, напоминающие фантазии безнадежного пациента больницы Тринадцати мучеников. Так что я почти не удивился, когда одна их таких теней вдруг пришла в движение и мне навстречу шагнула высокая фигура в богатых одеждах.

– Маркиз ди Саккре, какой неожиданный сюрприз.

Я небрежно поклонился старшему отпрыску герцога, не собираясь особо гнуть спину. Подобное пренебрежение от него не укрылось и сын герцога сощурил глаза:

– Побольше вежливости, бесолов! Знай свое место!

– О, прошу прощения, если чем-то невольно вас оскорбил. Что насчет места – то оно в тридцати шагах за вашей спиной. В комнате, которую мне любезно предоставил герцог. Чем обязан встрече?

Если щенок думал, что я стану лебезить и рассыпаться в извинениях – то зря.

Кажется, он понял, что столь примитивным способом меня не пронять. Сжал и без того тонкие губы:

– Я искал встречи с тобой, бесолов. И хочу, чтобы ты знал. Я не желаю, чтобы ты занимался поиском бесов Палаццо. Семья ди Саккре в состоянии сама справиться с любыми проблемами, не прибегая к сомнительной помощи всякого рода церковных лизоблюдов и столичных хлыщей. Так что поройся по дворцу, поешь с герцогского стола, трахни пару шлюховатых служанок и убирайся в свою Риету. Ты ведь уже поглотил одного беса в Веронне? Вот и хватит с тебя. Имей ввиду – это не просьба. Не забывай, бесолов, что через два года я стану герцогом. И обязательно запомню твое благоразумие… или глупость.

Подобными фразами меня было не пронять, так что я ответил настолько безмятежно, словно говорил о погоде:

– В таком случае вам стоит обратиться к своему родителю. Так как именно он пригласил меня в Ветецию и дал работу. Как только Его Светлость решит, что больше не нуждается в моих услугах – я сразу же покину столь гостеприимный замок. А теперь, если у вас больше ничего нет, то прошу меня простить – очень устал.

Несколько секунд мы играли в гляделки. Сынок герцога смотрел, как ему казалось, свирепо и устрашающе, я – равнодушно. В конце концов он понял, что столь примитивными мерами ничего не добьется и, не прощаясь, зашагал в ту сторону, откуда я пришел.

Я усмехнулся. Этот благородный выкормыш шлюхи, выросший с золотой ложкой в заднице, вдруг решил, что умеет угрожать. Да я куда больше испугаюсь, если по окончании дела зайду в тратторию промочить горло, а там скажут, что пиво и вино закончились.

Еще в коридоре я чувствовал близость Ури. Значит, маленький проныра уже вернулся со своих поисков. Очень надеюсь, что ему сопутствовала удача.

Уже открывая дверь, я по едва заметному запаху понял, что внутри Уриель не один. Шагнув внутрь, я удивленно уставился на открывшуюся мне картину.

Мой фамильяр, явно собираясь помереть от восторга, в экстазе пофыркивал и повизгивал, в то время как тонкие женские пальчики гладили его лохматое брюхо.

– У тебя забавный фамильяр, бесолов.

Дочь герцога Грация, сидя в кресле, поглаживала лежащего у нее на коленях Ури. Она оглядела меня с ног до головы, стоило перешагнуть порог и закрыть дверь. Во взгляде девушки сверкнул тот же самый азарт, что и при первой встрече, но на этот разу куда более явный и опасный.

– Маркиза ди Саккре, какой неожиданный сюрприз…

Я понял, что слово в слово повторил ту же фразу, которую две минут назад сказал ее брату.

Она сморщила очаровательный носик, аккуратно поставила Ури на пол и поднялась. После аудиенции у герцога девушка успела переодеться. В этот раз на ней оказалось платье из темной змеиной кожи, максимально выгодно подчеркивающее каждый изгиб молодого тела:

– К чему эти условности, Лоренцо? Тебя ведь так зовут? Ты помогаешь нашей семье, а значит, наш друг. Для друзей я просто Грация.

– Благодарю за честь, мар… Грация. Боюсь показаться невежливым, но все еще теряюсь в догадках о цели вашего визита. Боюсь, если вас здесь кто-то увидит в столь поздний час – это могут истолковать неправильно.

Она широко улыбнулась, а затем, не в силах сдерживаться, прыснула:

– Забавная шутка, Лоренцо. Впрочем, ты нечастый гость в Ветеции и уж тем более во дворце. Никто не станет болтать, даже если каким-то образом прознает о моем приходе. Здесь все знают, чем это обернется для болтуна.

На миг ее зрачки приняли вертикальную форму, глаза потемнели, а я едва сдержался чтобы не поморщиться от ощущения, словно мне по всем костям разом прошлись крупным наждаком. Дочь герцога коснулась демонического обличья рода ди Саккре. Причем коснулась едва-едва. Мизинчиком, так сказать. Но даже подобной демонстрации хватило, чтобы понять – то, что останется от болтуна, можно будет похоронить в небольшом коробке.

– А что насчет цели визита, – Грация вновь приняла вид безобидной красивой девушки. – Не всегда он должен быть. Ты не находишь? Почему бы юной любопытной девушке не заинтересоваться интересным мужественным воином с тьмой? Наверняка ведь у тебя найдется множество занятных историй, способных скрасить скучный вечер?

Ури, смекнув, что вечер вот-вот перестанет быть скучным, тактично скользнул в тень и я перестал чувствовать его присутствие.

Подойдя вплотную, Грация положила руку мне на грудь, приблизилась губами к моим и поцеловала. Я не стал отстраняться.

– А знаешь…

Обманчиво слабая рука толкнула меня на кровать:

– К дьяволу истории!

Чертополох. Часть 3

Проснувшись на следующее утро, я без особого удивления понял, что лежу в кровати один. О том, что произошло ночью, напоминали лишь смятая и порванная в трех местах простыня да едва уловимые запахи. Пряный – духов и терпкий – разгоряченного девичьего тела.

– Когда-нибудь тебе оттяпают твою пустую черепушку, бесолов. Словно глупому богомолу. Помяни мои слова.

Ури только что доел мелко порубленное телячье мясо, облизнул окровавленную мордочку и счел своим долгом прокомментировать мои ночные выкрутасы с дочкой герцога.

– Ты меня с кем-то спутал, дружище. Многие считают, что подобные мне Богу не молятся.

– А не помешало бы, время от времени. Еще немного и я начну это делать вместо тебя.

Я хмыкнул:

– Выходец из ада, читающий Отче наш? Взглянуть бы на это хоть одним глазком.

Но Ури явно не был настроен на словесную пикировку:

– Я нашел место призыва. Так что хорошенько протри оба глаза и пошли смотреть. Только фонарь прихвати.

Я не стал ему отвечать, наскоро умял завтрак, оделся и уже через двадцать минут оказался в крыле для слуг, возле неширокой лестницы, пролеты которой уходили как на верхние этажи, так и в подвал.

– Дай угадаю. Нам вниз?

Ури фыркнул:

– Сколько лет с тобой таскаюсь – никак не могу надивиться прозорливости. Строители при возведении дворца не мелочились и вгрызлись в землю метров на пять-шесть. Толщина пола такая, что хоть Вельзевула вызывай – никто ничего не поймет.

Я вздохнул и начал спускаться по закрученным в спираль ступеням. Говорить, что уже знаю, с кем имею дело и место призыва ничего нового мне не даст, я не стал. Тогда Уриель точно расстроится и потом будет несколько дней ныть о бесполезно проделанной работе. А мне надо, чтобы мой фамильяр был благодушен и покладист.

Зажечь фонарь пришлось буквально за первым же поворотом. Темень тут стояла такая, что даже мои глаза, вообще-то неплохо видящие в темноте, вряд ли что-то смогли бы разглядеть без источника света. Ури уверенно бежал в круге света, безошибочно ориентируясь в сыром лабиринте каменных стен, пока не привел меня в небольшую проходную комнату.

– Здесь. Чувствуешь?

Тот, кто проводил обряд призыва, постарался замести все следы. И надо сказать, что у него это неплохо получилось, но парочка косвенных признаков все таки осталась. Во-первых, огонь в фонаре слегка сменил цвет – на его язычках стали проскальзывать красноватые всполохи. Во-вторых, тут было ощутимо холоднее, чем даже с коридоре, по которому мы пришли. Ну и в-третьих, когда я срезал у себя небольшую прядь волос и сжег в огне фонаря, то на несколько секунд почувствовал тяжелый запах дегтя.

– Ты прав. Ледяные бесы. Давай выбираться, а то я сейчас тут околею.