Александр Князев – Чужой костёр (страница 3)

Вождь не двигался с валуна. Только иногда поворачивал голову — то в сторону леса, то в сторону хижины оракула, скрытой за старыми дубами. Старейшины стояли поодаль и тоже молчали. Старший из них — тот, с седой бородой, — заметил, как пальцы вождя то и дело сжимаются и разжимаются на рукояти ножа, и понял: тот тоже считает.

Когда солнце опустилось до уровня крон, кто-то из женщин принёс воду к ногам вождя. Он не заметил.

* * *

Солнце клонилось к закату.

— Нужно идти, — произнёс молодой воин у края площади. — Они ушли давно. Что, если их тоже схватили?

Вождь не ответил. Он знал: время работает против них. Но и слепо бросаться в лес было нельзя.

— Пошлите кого-нибудь к хижине оракула, — тихо сказал старейшина с седой бородой. — Если есть шанс получить знак свыше — нужно его использовать.

Вождь кивнул. Двое охотников отправились вглубь поселения, где среди старых дубов стояла низкая хижина оракула — сложенная из веток и глины, покрытая мхом. Она словно сливалась с лесом, и лишь дым из узкого отверстия в крыше указывал на присутствие человека.

Через несколько минут посланники вернулись, ведя за собой оракула. Он двигался медленно, опираясь на посох, но его глаза — глубокие и тёмные — смотрели так, будто видели больше, чем обычные люди.

Вождь спустился с валуна, встречая его:

— Оракул, нам нужно твоё видение. Кто похитил наших девушек? Куда их повели?

Оракул не спешил с ответом. Он медленно обошёл площадь, вглядываясь в лица собравшихся. Затем подошёл к костру, опустился на колени и протянул руки к пламени.

Все замерли. Казалось, даже ветер притих, прислушиваясь.

Оракул закрыл глаза. Губы беззвучно шевелились, пальцы дрожали. Пламя рванулось ввысь, окрасив пространство в багряные тона.

Прошло несколько долгих мгновений. Затем оракул резко распахнул глаза — они были пустыми, как у того, кто смотрит сквозь предметы.

— Я вижу… — голос его звучал глухо, будто издалека. — Я вижу тени… Они движутся… Но не все тени — зло. Не все, кто скрывает лицо, — враг.

Люди переглянулись. Кто-то невольно отступил назад.

— Где они? — спросил вождь, сжимая кулаки. — Куда их ведут?

— Туда, где сходятся тени и свет, — прошептал оракул. — Там, где земля дышит. Там, где камень встречает воду.

Тело его содрогнулось — он упал на колени. Старейшины бросились поддержать его.

Через миг глаза оракула стали обычными. Он тяжело дышал, будто после долгого бега.

— Что это значит? — спросил кто-то из толпы. — Где это место?

Оракул поднял голову, глядя на вождя:

— Ты знаешь. Ты был там.

Вождь нахмурился, пытаясь вспомнить. В голове всплыла картина: ущелье у глубокого озера, на границе земель, где скалистый выступ разделял территорию горным ручьём. Утром солнце освещало одну сторону, оставляя другую в тени. Именно там он когда-то нашёл древний каменный круг — следы забытого племени.

— Ущелье Каменного Зева… — прошептал он.

Старейшина с седой бородой кивнул:

— Это место силы. Говорят, там духи разговаривают с теми, кто умеет слушать.

— Но почему именно туда? — не унимался молодой воин. — Это ловушка?

Оракул медленно поднялся, опираясь на посох:

— Не ловушка. Испытание. Вы должны решить: идти с мечом или с сердцем. Не все враги — зло.

Его слова повисли в воздухе. Люди переглядывались — и в глазах у всех читалось одно и то же: то, что произойдёт дальше, не минует никого. Ни одну семью. Ни одну хижину.

* * *

Они шли весь остаток дня. Осмотрели поляну, прочли следы, двинулись по ним — и тропа увела их на восток, всё глубже в незнакомый лес. Солнце перевалило полдень, потом начало клониться к горизонту. Когда стало ясно, что засветло похитителей не нагнать, Элви скомандовал привал.

Место выбрали быстро — небольшая поляна у старого дуба, укрытая со всех сторон. Тарк и Сир развели костёр. Вел проверил, нет ли следов засады. Инар занял дозор на краю поляны, растворившись в тени. Лоран помогал Аре устроиться у корней дуба — девушка, которая до этого шла молча, наконец опустилась на землю и закрыла глаза.

Никто не разговаривал. Слов пока не было — только усталость, и тревога, и запах леса, ставшего вдруг чужим.

Сумрак сгущался быстро. Костёр бросал дрожащие отблески на лица охотников, пламя трепетало на ветру, и в его танце Элви невольно видел очертания тех теней, о которых говорил оракул.

Он сидел у огня, вертя в пальцах обломок браслета — клыки, скреплённые красными нитями, чёрный камень с едва заметными резными узорами. Что-то в этих линиях казалось знакомым, но мысль ускользала, словно туман между деревьями.

Рядом, прислонившись к стволу старого дуба, дремала Ара. Её лицо, ещё недавно бледное от страха, расслабилось во сне — усталость взяла своё. Остальные охотники тоже отдыхали: кто-то точил нож, кто-то жевал сушёное мясо — но взгляды невольно возвращались к Элви, словно ждали от него решения.

— Следы ведут точно к Ущелью Каменного Зева, — тихо произнёс Тарк.

Элви кивнул.

— Наверняка они знают, что за ними идут.

— И явно хотят, чтоб мы устали, — добавил Вел, поправляя тетиву лука. — Они периодически бросают ветки, сломанные так, чтоб было видно — иди сюда.

— Метки… или ловушки? — нахмурился Инар.

— А может, и ни то и ни другое, — отозвался Сир. Он сидел чуть в стороне, обхватив колени руками. — Может, кто-то из девушек роняет их. Чтобы мы шли быстрее.

Все обернулись к нему. Сир смутился, опустил голову. Тарк медленно кивнул:

— И такое бывает.

Элви медленно поднял голову:

— Вот что меня тревожит. Если это племя Каменного Зуба — зачем им похищать девушек? Мы долго не враждовали. А если кочевники — почему не ушли в степь, а ведут нас к ущелью?

В этот момент из чащи донёсся низкий, утробный рык — глухой, раскатистый, будто сам лес застонал. Охотники мгновенно вскочили, хватая оружие. Ара проснулась, испуганно озираясь.

Из-за деревьев выступила тень — крупная, приземистая. Гигантский волк. Не лесной бродяга — настоящий хищник: шерсть чёрно-коричневая, густая, глаза горят жёлтым в лунном свете, на шее — рваный шрам. Пасть приоткрыта. Он не крался — шёл прямо, шаг за шагом, не скрывая намерений.

— В круг! — резко скомандовал Элви. — Щиты вперёд, копья — наизготовку!

Волк остановился в нескольких шагах. Взгляд скользил по людям, задерживаясь на костре, на оружии, на лицах. Уши прижаты — не в страхе, а в холодной ярости. Из горла вырвался новый рык — уже не предупреждающий, а угрожающий.

— Готовьтесь, — тихо сказал Элви. — Без паники. Держим строй.

Зверь припал к земле. В следующий миг рванулся вперёд — молниеносно.

Лоран вскинул копьё, но волк увернулся, метнувшись вбок. Тарк ударил — вспорол воздух. Зверь развернулся, бросился на Вела, целясь в горло. Тот отшатнулся — и волк вцепился в дерево. Сир рванулся справа, ткнул копьём — волк зарычал, отскочил.

— Слева! — крикнул Элви.

Он шагнул вперёд, выставив копьё. Волк рванулся к нему — но Элви успел: острие впилось в плечо зверя. Волк взвыл, отпрыгнул. Кровь тёмными каплями упала на траву.

Но рана лишь разъярила его. Он припал к земле — глаза пылали, из пасти капала слюна. Снова рванул на Элви.

Тот отступил, ударил ногой в морду. Волк зарычал, не отступил — бросился снова. Элви увернулся, развернулся, ударил рукоятью копья в бок. Зверь взвизгнул, тут же развернулся, целясь зубами в ногу.

— Назад! — крикнул кто-то.

Ара схватила горящую ветку из костра и швырнула в волка. Огонь коснулся шерсти — зверь взвыл, отскочил, замотал головой. Дым поднялся. Запах палёной шерсти ударил в ноздри.

Волк замер, принюхиваясь. Глаза всё ещё горели — но в них мелькнуло сомнение. Он огляделся: шестеро воинов с копьями, девушка с горящей веткой, огонь, боль, незнакомый запах.

И тогда он отступил. Медленно, не поворачиваясь спиной, — шаг за шагом ушёл в тень. Ещё раз рыкнул — уже не угрожающе, а скорее разочарованно. Затем развернулся и растворился в зарослях.

Тишина. Только тяжёлое дыхание охотников и треск костра.