Александр Князев – Чужой костёр (страница 4)

— Он ушёл, — выдохнул Лоран, опуская копьё. — Но это был не просто волк.

— Ты прав, — согласился Элви, глядя в темноту. — Страж. Или вестник.

Он оглядел товарищей: все целы, лишь Вел получил царапину на плече.

— Идём дальше, — сказал Элви твёрдо.

Охотники молча кивнули. Даже Ара, несмотря на страх, выпрямилась и шагнула ближе к отряду.

Некоторое время они стояли молча, слушая тишину — не отпустила ли их ночь. Но лес молчал. Только потрескивали угли костра да где-то в вышине возилась потревоженная птица.

Элви первым поднялся.

— Идём. Раненый отдыхает в движении, — он бросил взгляд на Вела, прижимавшего ладонь к плечу. — Сможешь?

— Смогу, — коротко ответил тот.

Они погасили костёр и двинулись дальше. Тропа забирала вверх — постепенно, едва заметно, но с каждой сотней шагов ноги чувствовали это всё сильнее. Деревья редели. Между стволами начали проглядывать скалы.

Спустя долгое время — луна уже поднялась высоко — они вышли на небольшую возвышенность. Впереди, в её холодном свете, вырисовывались очертания ущелья — тёмная трещина в скалах, из которой поднимался лёгкий туман.

— Мы на месте, — сказал Элви, глядя на мрачные скалы. — Теперь главное — не ошибиться.

Он обернулся к товарищам:

— Тарк, Вел — проверьте левый склон. Инар, Лоран — правый. Сир — обойди вдоль кромки леса, посмотри, не подходит ли кто к нам сзади. Ара, останься здесь, у камня, — следи за тылом. Если что-то покажется подозрительным — кричи.

Охотники разошлись. Элви остался один, всматриваясь в тёмный зев ущелья. Где-то там, за каменными стенами, ждали ответы.

Но теперь он знал: волк не был случайной встречей. Это было предупреждение. И они его поняли.

* * *

Стоя перед ущельем, Элви вспомнил слова оракула — те самые, что слышал ещё мальчишкой у священного костра.

«Помни, Элви: зверь не всегда враг. Иногда он — испытание. Иногда — предупреждение. Смотри не на клыки, а в глаза. В них отражается истина».

Волк не пытался убить — он проверял. И они выдержали.

«Сила — не в ярости, а в спокойствии. Когда сердце бьётся ровно, а взгляд ясен — ты видишь то, что скрыто от других. Ты видишь путь», — звучал в голове голос оракула.

Элви медленно выдохнул, отгоняя остатки напряжения. Он обернулся на товарищей, начавших осмотр склонов. В их движениях ещё чувствовалась настороженность — но паники не было.

Взглянув снова в глубину ущелья, Элви твёрдо произнёс:

— Мы найдём их.

Глава 2

Ночь отступала медленно. Сначала где-то высоко, над верхними кромками скал, небо начало терять свою глубокую черноту — будто кто-то понемногу разбавлял её водой. Потом проступила полоса серого. Потом — слабого розового. Звёзды над ущельем гасли одна за другой.

Элви сидел на камне у самого входа в ущелье — там, куда его перенесла мысль ещё затемно и откуда он не двинулся с тех пор. В ладони он держал тот самый браслет: клыки на красной нити, чёрный камень с резьбой. Палец машинально обходил его по кругу — узор за узором. Чёрная спираль внутри. Точка в центре, как глаз.

Он подобрал этот браслет ещё накануне, у восточной поляны, когда отряд только начал поиск. Сначала промолчал — не хотел смущать остальных лишним предметом, пока сам не понял, что это. Весь день искал минуту, чтобы заговорить, — и не находил: то след, то спор, то привал. Теперь, в холодных предрассветных сумерках, он смотрел на камень и чувствовал: вещь не случайная. Её обронили — но как роняют что-то, что хотят, чтобы нашли.

Со стороны лагеря послышалось движение. Тарк, поднявшись первым, подкинул в угли веток. Огонь потянулся вверх неохотно — будто и он успел продрогнуть к утру.

Ара зашевелилась под плащом, открыла глаза. Сначала непонимающе, потом — резко, словно вспомнив всё разом. Села. Огляделась. Увидела Элви на камне и успокоилась — он был там же, где и вечером.

Остальные просыпались по одному. Вел проверил повязку на плече — рана за ночь подсохла, ничего страшного. Инар уже сидел у огня, точа нож с тем же ровным, монотонным движением, с каким делал это всегда, когда думал. Сир, прислонившись к стволу, дожёвывал последний кусок вяленого мяса со вчера. Лоран ещё спал, тяжело дыша.

Когда первые лучи коснулись верхушки утёса, Элви наконец встал.

— Будем смотреть, — сказал он негромко. — При свете увидим больше.

* * *

Перед самым ущельем, чуть в стороне от тропы, лежала небольшая открытая поляна — последнее место, где лес сдавался камню. Именно здесь похитители, судя по всему, останавливались — то ли на короткий отдых, то ли чтобы решить, как идти дальше. Земля была примята. Трава — местами вытоптана, местами сломана так, как ломается под тяжёлым шагом.

Элви поднял руку — сигнал к остановке. Его взгляд медленно скользил по знакомой картине: следы насилия читались здесь так же ясно, как и у восточной поляны накануне.

— Расходимся, — тихо, но твёрдо произнёс он. — Тарк, Вел — левый сектор, от вон того дуба до камней. Инар, Лоран — правый, вдоль кромки леса. Сир — на тропу за нами, оттуда дозором. Ара — со мной. Идём шаг за шагом.

Охотники молча кивнули и разошлись. Каждый знал своё место. Они двигались осторожно, будто боялись потревожить пространство, в котором ещё держалось эхо чужого присутствия.

Ара стояла рядом с Элви, сжимая пальцами край туники. Дыхание частое. Глаза широко раскрыты — не от страха, а от того напряжения памяти, какое бывает, когда пытаешься удержать в голове каждую деталь, чтобы не упустить ничего важного.

— Они тут стояли, — сказала она вдруг, указывая на участок примятой травы. — Не долго. Видишь, как трава смята с одной стороны — будто они сидели на корточках?

Элви присел, провёл рукой по траве.

— Хороший глаз.

Ара слабо улыбнулась — впервые за всё это время. Похвала Элви отозвалась в ней теплом — маленьким, но настоящим.

* * *

Работа пошла. Каждый делал то, что умел лучше всего.

— Здесь волочили что-то тяжёлое, — произнёс Тарк, указывая на полосу смятой травы. — Земля вдавлена сильно. Не один человек тащил — двое, может, трое.

Вел присел у тропы:

— Стебли сломаны не как попало. Один поломан в одну сторону, следующий — в другую. Так не получается, если просто идёшь. Так получается, если хочешь, чтобы было видно.

Элви провёл пальцем по сломанному стеблю, посмотрел на валуны впереди, где следы обрывались.

— Они нас ведут, — тихо сказал он. — Но не всех.

Ара подняла бровь:

— Как это — не всех?

— Смотри. Вот ясная метка: ветка сломана так, что не пропустишь. А вот — следы исчезают на камнях. Они хотят, чтобы мы шли. Но только те, кто умеет читать. Остальные просто запутаются и пройдут мимо.

Инар, не выпуская копья из рук, подошёл с другого края поляны. На раскрытой ладони у него лежал клочок чего-то длинного и грубого.

— Шерсть. С плаща.

Тарк взял клочок, поднёс к глазам.

— Не медвежья. Грубее. Подшёрсток какой-то волокнистый.

Вел понюхал — лицо его дрогнуло.

— От неё пахнет дымом. И солью.

Элви взял клочок последним. Ворсинки на ощупь были не просто длинными — местами скрученными в тонкие жгутики, будто кто-то намеренно их сплетал.

— Это не шкура, которую набросили, чтобы не мёрзнуть, — медленно сказал он. — Этот плащ собран рукой. Стянут, плетён, подогнан. И не для тепла. Для вида.

— Для какого вида? — нахмурился Лоран, подошедший с правого края.

— Чтобы внушать страх. Или чтобы скрыть лицо так, как нельзя скрыть просто плащом.

Лоран, всмотревшись в край шкуры, вдруг указал пальцем:

— А вот это — точно не случайно. Видите? Узор из узелков. Три узла, пропуск. Снова три.