Александр Кифф – Рок-соната: "Баркентина Кейф". Part 1. Allegro. Стая белых облаков (страница 9)

— Все «Уралы» с характером.

— Зато их любят панки из Австралии, — подскочил Игнат. — Они без примочек такой перегруз выдают.

Прибывший посмотрел на него, как мне показалось, с долей уважения.

Я первым делом подумал — работник ДК. Но что-то не клеилось. Он оценивал содержание, а не форму.

— Дмитрий, — представился парень.

Голос спокойный, немного хрипловатый. Рукопожатие — без попытки передавить, но твердое.

— А отчество? — спросил Игнат.

— Зачем? — удивился Дмитрий.

— Если так официально, значит, нужно отчество. Сказал бы: Димка, ну, ладно, Дима.

— Ты по объявлению? — перебил Игната Серж.

Рыжий продолжал смотреть на нашего беспокойного товарища, потом кивнул Сержу и сел прямо на комбик:

— Давно занимаетесь?

— Достаточно, чтобы понять: мастерство не в количестве лет, а в количестве ошибок, которые успел осознать. — выдал Игнат, а я, честно говоря, охренел.

— Игнат, да успокойся ты уже, — одёрнул его Серж, потом усмехнулся и повернулся к Диме:

— Он у нас философ, правда доморощенный, но играет хорошо.

— А ты на чем играешь? — спросил я, когда наконец вышел из ступора от сентенции Игната.

— «Peavey», — коротко сказал он. — Американка. — И махнул рукой в угол сцены, где у стены стояла гитара в чехле.

— Можно? — подскочил Игнат.

Дмитрий немного замялся:

— Только аккуратно.

Игнат рванул к гитаре. Мы с Сержем с интересом наблюдали со своих мест.

Гитара — белая, не новая, но видно — ухоженная.

— Ни фига себе, — Игнат провел по струнам. — Гриф — стрела, струны как шелк. Это ж не гитара, это... женщина. Только цветы не просит и не обижается, если на ней не играешь.

— Потому что не «Урал», — усмехнулся Дима.

Игнат вздохнул, погладил деку и вернул инструмент хозяину.

— Эх, — сказал он. — Женщины, они такие. Хорошие — всегда не твои.

После этого отряхнул руки, будто избавляясь от наваждения.

— Слушай, — заговорил Серж, обращаясь к Дмитрию, — а ты сейчас вообще где играешь? Или так, в свободном полете?

— Играл. Сейчас ищу, с кем.

— Мы через три месяца на фестиваль едем. Дальневосточный. Хочешь с нами?

Дима посмотрел на него. Потом перевел взгляд на меня, Игната, аппаратуру. На «Урале» задержался чуть дольше.

— А вы понимаете, что это за Фест? — спросил он спокойно.

— А какое это имеет значение? — напористо спросил Серж. — Нас же пригласили.

— Просто, я смотрю... — он сделал паузу, будто решая, стоит ли продолжать. — У вас нет опыта. Совсем. А на фестиваль съезжаются люди, которые готовились годами.

— У нас есть три месяца, — встрял Игнат.

Дима молча повернулся к нему и так посмотрел… что даже мне стало не по себе. Игнат, кажется, ничего не почувствовал.

Да, Дмитрий был прав. Мы — новички. Может, он и есть тот, кто нам нужен? Интересно, почему Серж молчит?

— Дима, а ты не против нам помочь? — я отложил бас.

Он нашёл какую-то точку на сцене и изучал её.

— Я не уверен, что мы подходим друг другу, — сказал, наконец, и опять замолчал.

Сидел, думал, но не уходил. Мы ждали. Потом встрепенулся, посмотрел на свою гитару:

— Покажите, что там у вас есть.

Все разом ожили. Мы с Игнатом взяли инструменты. Серж поправил микрофон:

— Звезда, — объявил он и сразу начал играть.

Мы подхватили. Играли коряво, сбиваясь, но старались. Краем глаза я следил за Дмитрием. В некоторых местах песни он, едва заметно, поджимал губы. Когда закончили, повернулись к нему.

— Ну, в целом... не безнадежно, — сказал Дима и стал подключать гитару к свободному комбику.

— Давайте еще раз. Я покажу, как можно сделать.

И мы начали снова. Дима не просто играл — он объяснял, показывал, поправлял. Где нужно прибавить, где, наоборот, сбавить, где сделать паузу, а где врезать так, чтобы стены задрожали.

— Слишком громко, — говорил он, когда Серж заводился.

— Слишком тихо, — когда я пытался скрыть свои косяки.

— Слишком быстро, — когда Игнат ускорялся.

— Слишком медленно, — когда мы все вместе тормозили.

— А есть что-то, что не «слишком»? — спросил его Серж, когда мы остановились перевести дух.

Дмитрий задумался. На секунду в его глазах мелькнуло что-то похожее на улыбку.

— Есть, — сказал он. — Но до этого ещё расти и расти. И, судя по всему, не один год.

Мы выдохнули. Эти слова не обижали, а наоборот — хотелось доказать, что мы можем.

— Завтра приду, если вы не против, — Дмитрий начал укладывать гитару. — Поработаем ещё.

— Конечно, Дима. Приходи, — Серж был доволен. — Сам видишь — место есть.

Дмитрий прищурился:

— Свои называют меня Гром, — и направился к выходу.

Я смотрел, как он уходит — невысокий, чуть сутулый, с гитарой за спиной. Он всё же согласился? Интересно, почему?

По дороге домой Игнат произнёс:

— Ну что? Похоже, у нас появился наставник.

— Если завтра не сбежит, — усмехнулся Серж.

— Не сбежит, — я поёжился от ветра и поднял воротник пальто.