Александр Казанцев – Пустоши Альтерры, книга 3 (страница 14)

Илья двигался осторожно, ощущая, как пространство сжимается и давит вниманием. У входа стояли двое охранников: один с кривым перебитым носом, второй коротко стриженый, с тяжёлыми цепкими глазами сторожевого пса. Оба быстро оценили незнакомца: руки без мозолей, лицо чистое, явно не местный.

– Тебе чего тут? – спросил один, шагнув чуть вперёд.

– Перо здесь? Сказали, его можно найти.

– Сказали, – передразнил охранник, скалясь. – Кто сказал-то, парень?

Вектор выдержал паузу и просто посмотрел ему в глаза, без извинений и суеты. Спину держал ровно, голову чуть выше обычного и смотрел так, будто перед ним стояло пустое место – без грубости, без лишнего интереса, как на препятствие, которое уже оценил и сразу отмёл.

– Подожди тут, – буркнул второй охранник и скрылся внутри.

Илья замер у входа. Прозвище «Перо» сразу вызвало неприятные ассоциации – скользкое, двусмысленное слово. То ли клерк, вечно склонённый над бумагами, то ли убийца, точно знающий цену одному движению ножа. Скорее всего, и то и другое. В Краегоре клички зря не давали, каждая была тщательно подобранной маской, за которой пряталось настоящее лицо.

Охрана повела Илью наверх по узкой винтовой лестнице. Ступени истёрты до блеска, стены покрыты густой копотью от давнего пожара. Поднимались молча, и шаги глухо отражались от металлических стен, напоминая удары по жестяному барабану.

Коридор оказался широким, застеклённым с одной стороны. Сквозь мутные стёкла с трудом пробивался тусклый свет, приглушённый слоями застарелой грязи. Охранник не стал стучать – дверь распахнулась сама, и он лишь молча отошёл в сторону, пропуская Вектора вперёд.

Предчувствие его не обмануло. Перед ним сидел человек, одетый чиновником: безупречно выглаженный костюм, серо-голубая рубашка с чистым воротником, жилет с перламутровыми пуговицами, на пальцах массивные кольца – тёмные, тяжёлые, без лишнего золота и показухи. На первый взгляд идеальный служащий, если не смотреть в глаза.

А глаза были другими. Холодные, цепкие, внимательно ищущие уязвимую точку, в которую можно одним точным движением воткнуть заточку. Обычно такие бывают мутны от скучной повседневности, но сейчас горели лихорадочным, нездоровым блеском.

Хозяин кабинета не встал и не поприветствовал гостя, ограничился коротким движением подбородка в сторону стула напротив и одним словом:

– Говори.

Вектор не стал тратить время и чётко изложил суть: партия деталей под одну машину, модификация боевая, оплата крупными купюрами, качество важнее скорости. Перо слушал молча, не перебивая, внимательно изучая лицо гостя, фиксируя каждое движение губ, едва заметные жесты и эмоции, словно собирая информацию для какого-то внутреннего отчёта.

Ответа он не дал сразу. Медленно положил на стол ручку, сложил перед собой пальцы и с заметной ленцой проговорил:

– Партия мелкая. Много возни.

– Понимаю, – спокойно ответил парень.

– Выгоды ни шиша, – продолжил авторитет, сверля его глазами.

– Возможно, – подтвердил Илья без тени эмоций.

Он уже готов был услышать отказ, а Перо всё медлил: что-то в госте зацепило, вскользь, занозой под кожу, мелочь, на которую стоит обратить внимание позже. Во взгляде на миг мелькнул азарт – короткий, едва уловимый, – но Вектор успел его ухватить. Бандит решил поиграть, посмотреть, дрогнет ли этот странный парень в неподходящий момент.

– Допустим, мена, – произнёс Перо лениво, постукивая пальцами по столу. – Бабки-то при тебе?

Как током ударило. На мгновение Вектор почти коснулся кармана, где лежали купюры, но вовремя перехватил движение, прежде чем оно стало очевидным. Сердце стукнуло, замерло, потом снова ожило. Илья медленно откинулся на спинку стула и усмехнулся, изображая безразличие.

– Конечно нет, – ответил ровно. – Если договоримся, принесут.

Бандит задержался на нём чуть дольше, чем требовалось, и смотрел не на лицо, а чуть ниже, туда, где заметил едва уловимое напряжение в плечах. Промолчал. Было ясно: сама сделка его мало интересует.

Его интересовал юноша. Странная, немаркированная деталь, объект, который нужно изучить и классифицировать. Перо чуть улыбнулся уголками губ, оставаясь неподвижным. В делах Краегора действовала своя хитрая политика, и отпускать парня, не разобравшись в раскладе, было бы глупо.

Разговор тянулся медленно. Перо задавал вопросы лениво, без видимого интереса, а Илья отвечал осторожно, двигаясь по тонкому льду: от любого неверного слова могла пойти трещина, и сделка рухнула бы в пропасть, увлекая за собой, возможно, и самого Вектора.

Авторитет, казалось, вовсе не собирался договариваться. Откидывался на спинку кресла, лениво перебирал пальцами тяжёлые кольца и спрашивал не ради дела, а будто бросая камешки в воду и наблюдая, как далеко разойдутся круги. Илья ощущал себя марионеткой, вынужденной натянуто улыбаться, когда нити до боли впиваются в кожу, и давно бы уже ушёл, если бы не цеплялся за малейший шанс довести дело до конца.

Разговор плавно, сам по себе, перетёк на тему рейдов.

– Что последнее водил? – спросил Перо, глядя куда-то за окно, будто и не слушая вовсе.

– Суда гнали, – спокойно говорил Вектор. – Через Грейвилл шли, встретили Грифов.

Авторитет едва заметно повернул голову. Илья продолжил, подбирая слова, без суеты и без лишних подробностей:

– Уткнулись в Крикуна. Грифы его разбередили, и там срубило всех.

Он сделал паузу, вспоминая то, что предпочёл бы забыть.

– Караван целиком лёг сразу. Людей в кабинах выворачивало наизнанку, кровь из ушей, из глаз. Вытаскивали выживших на верёвках, тащили по земле, цепляли за ноги, за воротники, пока сами не начали сходить с ума.

Илья говорил без запинки, история лилась ровно и гладко, пропитанная настоящей пылью пустошей, и с каждым словом парень втягивался в рассказ, не замечая, как в глазах авторитета испаряется прежняя скука, тихо и незаметно, высыхает каплей воды на раскалённом металле.

Теперь во взгляде появилась осторожная внимательность. Перо вдруг понял, что перед ним сидит совсем не шут на потеху. А Илья продолжал говорить, не понимая, что разговор уже давно вышел за рамки сделки.

Вектор замолчал, обдумывая, как продолжить, чтобы случайно не упомянуть Мрака – слишком много нитей вело к нему, и лишние вопросы были ни к чему. Он нарочно тянул паузу, делая вид, что подбирает слова, но хозяин кабинета вдруг встрепенулся и перебил его, впервые за весь разговор посмотрев прямо и остро:

– Погоди-ка, родной, – оживился он, и тон стал внимательным и холодным. – Это вы Косу из-под Грейвилла выдернули?

У Ильи внутри что-то дрогнуло, пальцы едва заметно повело, но внешне он остался неподвижен. Перо продолжил уже резко и цепко:

– Этот балбес недавно у меня был, мозги пудрил, почему с грузом задержался. Мямлил что-то невнятное про «непредвиденные обстоятельства». Я думал, его где-то на боковушке прижало, а он говорит – мол, Крикун прямо на трассе, и какая-то парочка дёргала на канатах народ прямо из-под удара. Я тогда посмеялся, конечно. Крикун на трассе – такое и не придумаешь. А теперь ты слово в слово повторяешь ту же байку. – Перо наклонился вперёд, глаза сузились. – Ты, дружок, эту сказочку в забегаловке поймал и теперь мне втюхиваешь? Или как?

Слова были резкими, шилом под рёбра. Вектор на мгновение замер, и в груди стало холодно и тесно. Совпадение становилось опасным – ещё чуть-чуть, и он превратится в простого болтуна, а таких в Краегоре не терпят.

Но отступать было поздно. Илья медленно выдохнул, коротко качнул головой и без дрожи в голосе ответил:

– Мы были. Если сомневаешься – спроси у Косы сам. Или меня спроси что-нибудь такое, чего в кабаке не расскажут. Отвечу сходу.

Парень ступал по лезвию ножа. Коса мог соврать или просто скрыть что-то важное, но шаг назад сделать было уже невозможно. Бандит молчал, глядя на него пристально, и в глазах вдруг появился огонёк, уже не злости и недоверия, а холодного интереса.

– Ну ладно, дружок, – медленно проговорил Перо, сложив пальцы в замок, и слегка прищурился, изучая Илью взглядом, похожим на тонкое лезвие. – Вопрос простой. Во что Коса был одет в том рейде?

Внутри Вектор ощутил короткий всплеск победы, а внешне остался спокоен, даже слегка безразличен. Он помнил. Очень хорошо помнил.

Дорога до Грейвилла заняла добрый час, и за это время Илья невольно разглядывал спасённого, отмечая каждую мелочь. Куртка, застёжки, штаны, ботинки, снаряжение – всё впитывалось его технарским любопытством и намертво откладывалось в памяти. Особенно запомнился странный погон на левом плече – тёмный, потёртый, со знаком, похожим на змею, обвивающую треугольник. Тогда парень отмахнулся, просто отметил необычную деталь, а позже, уже в пути, узнал: такие погоны носят только свои, внутренняя ячейка Грифов. Клановый знак, сродни командирской повязке в Гильдии Перевозчиков, – если видишь его на человеке, вопросы задавать не стоит. В рейде такой человек командует и решает, кому жить, а кому лечь в песок.

Илья без лишних эмоций начал описывать:

– Куртка тёмно-серая, старая, с утеплённой подкладкой. Швы слегка подточены, одна застёжка латунная, отличается от остальных по цвету. На штанах усиления на голени, ботинки обычные, на левой щиколотке пряжка чуть оттопырена. Погон на левом плече, тёмный, почти неразличимый знак. Похож на кольцо или змею…