Александр Катеров – Настенька. Повести (страница 16)

– Да, – согласился я, следуя за ним.

– Ничего, Витя, что-нибудь придумаем. Есть у меня одна задумка.

После обеда, как это у нас бывало, мы вышли во двор, чтобы посмотреть на вершину утеса, где обычно появлялся крест.

– Сегодня не увидим чуда, – объявил отец.

– Да, – согласился я, – облачно.

По небу проплывали облака. Зацепившись за верхушку горы, они собирались воедино, образовывая одну большую дождевую тучу.

– Вот и осень пришла, – сказал отец, присаживаясь на завалинку.

– Уже заморозки по ночам – скоро зима.

– Зима еще не скоро, – возразил отец, – береза стоит зеленая.

Я присел к отцу и продолжил разговор, начатый в избе.

– Батя, а почему ты раньше мне этого не рассказывал?

Он, как-то смутился, цокнул языком и ответил:

– Сначала ты был слишком мал, потом ждал подходящего момента, а потом я и вовсе засомневался в правдивости этой истории. Мы же, Витя, так и не нашли клад, хотя обыскали всю округу. Позже я убедил батю, что не стоит его искать, зачем нам это золото? Лес рядом, река близко, кров есть, чего еще надо? Только перед самой смертью батя заговорил о кладе. Вспомнил он, что кроме золота, книги там были необыкновенные – церковные реликвии. Очень он меня просил отыскать эти сокровища. Я, конечно, пообещал ему, что постараюсь, но все как-то некогда было, то одно, то другое, так и дотянул до сегодняшнего дня. Отец тяжело вздохнул и виновато опустил голову.

Мы помолчали, и он заявил:

– Этот незнакомец ищет клад.

Я подумал и высказал свою версию:

– А может он не один приходил, а может это разбойники?

– Нет, – возразил отец, – те не стали бы с нами церемониться. Здесь что-то другое, Витя. Давно я не встречал здесь людей, – продолжал размышлять отец, – да и откуда им здесь взяться? Ближайшая деревня верст за сто будет. Иртыш далеко и охотники здесь не ходят. Андриан Иванович – отец мой, царствие ему небесное, рассказывал, что, будучи еще пацаном, он встречал людей на болоте, то ли отшельников, то ли старообрядцев. Но это было так давно – лет сто назад.

Отец поднялся с завалинки и тихонько пошел по двору. Я последовал за ним, стараясь не пропустить ни слова из его рассказа.

Вскоре он продолжил:

– Хотя я тоже встречал людей на болоте, лет так десять назад.

Отец остановился и сказал:

– Позвал меня как-то батя к себе и говорит. Надо бы сынок на Иртыш съездить. Коня купить, да и провизией запастись. Износились мы с тобой. А тогда, я помню, много у нас скопилось всякого добра. Одних шкур соболя было пол избы. Да, и золотишко водилось. Первый самородок мы нашли в реке, а монеты во дворе, когда избу перебирали. В общем было с чем ехать, вот только на чем? Но батя мой был мужиком бывалым, настоящий таежник, он предложил свой план.

Придумал он такую схему. Сделать плот и на нем спуститься до Иртыша. Там у купцов купить все необходимое и обратно вернуться на лошади по берегу реки, чтобы не заблудиться. На все про все он давал месяц. План мы одобрили и стали собираться в дорогу.

Получив благословения отца, я на маленьком плоту отправился в путешествие по реке. Через неделю я уже был на Иртыше. И все вроде складывалось у меня хорошо. Я купил коня, ружье с арсеналом, много всякой провизии и хозяйской утвари. Пообщавшись с людьми и услышав последние новости, я отправился в обратный путь. Через пять дней я уже был в низовье нашей реки. Я продвигался вдоль ее русла и замечал, как подрастали ее берега. Вскоре она стала вилять средь лесов и полей, а ее берега обрастали ивняком и непроходимым буреломом. Двигаясь по руслу извилистой реки, я накручивал много лишних километров. Я терял много сил, застревая в прибрежных болотах.

Обдумав новый маршрут, я стал срезать углы, проходя некоторые участки пути напрямик через лес. Так я сокращал расстояние и берег силы для дальнейшего продвижения. Таким образом я прошел много верст и по моим подсчетам до дома оставалось три дня пути. Но я ошибался, так как сбился с намеченного курса. Река куда-то исчезла и я, разыскивая ее берега, больше уходил от нужного направления. Я запаниковал, бесполезно мотаясь по лесу. Я ругал себя за то, что ослушался отца и поменял маршрут, за свою поспешность и самоуверенность. Но потом я взял себя в руки, и вспомнил все, чему меня учил отец. Бог не оставил меня и к утру я определился с направлением. К вечеру того же дня я вышел к болоту, где и остановился на ночлег. На душе стало легче от того, что я был на правильном пути. Обогнув болото, я рассчитывал выйти к долине, где находилось наше жилище. До дома оставалось каких-то двадцать верст, и я уже предвкушал встречу с отцом и сыном. Но случилось непредвиденное.

Ночью я проснулся от громкого ржания коня. Он бил копытами, фыркал и тряс головой. Костер уже погас, и я в полумраке подошел к нему. Он был мокрым от пота, тело его лихорадочно вздрагивало, и он пятился от меня натягивая уздечку. Конь чувствовал беду, где-то совсем рядом скрывался зверь. Попытки его успокоить закончились неудачей, конь освободился от привязи и ускакал в темноту. Я кинулся за ним, но очень скоро угодил в болото, где увяз по самое горло.

Отец перевел дух и продолжил:

– Находясь в вязкой жиже болота, я почувствовал, как дно уходит из-под моих ног. Я цеплялся за ветки деревьев, которые выскальзывали из моих мокрых рук. Я погружался все глубже и глубже в это отвратительное месиво. Наконец-то, мне удалось зацепиться за какую-то корягу, которая помогла мне удержаться на плаву. Но силы меня оставляли, судорога сводила ноги, тело сдавливала болотная грязь, а ее газ сильно затруднял мне дыхание. «Это конец!» – Подумал я тогда, когда заметил, что мои пальцы стали отпускать спасательную корягу. Из последних сил я закричал, взывая Бога о помощи. Что было дальше я не помню. Очнулся я на поляне. Вижу рядом стоит конь в полном снаряжении, тут же пожитки мои, а впереди большой утес.

Позже, когда батя стал расспрашивать меня о моих приключениях, я вспомнил, как лежал маленькой избе абсолютно голый. Как баба с точкой на лбу натирала меня зельем, а старуху с трясущимися руками, проводила ритуал, шепча мне на ухо незнакомые слова.

– Вот такая история приключилась со мной, – закончил отец.

– А я видел эту женщину с точкой, – заявил я.

– Это где же ты ее видел? – Удивился отец.

– Сегодня ночью. Во сне!..

Глава 3.

Уже третий день я брожу по лесу, собираю грибы и ягоды. Все это я делаю попутно так как главная моя задача выманить на себя незнакомца. Мы считали, что именно клад являлся причиной его появления у нас в долине. Отец придумал план, по которому мы сейчас и работали. Он был уверен, что незнакомец наблюдает за нами и, что он ждет подходящего момента, чтобы осуществить задуманное.

Моей задачей было привлечь к себе внимание. Поэтому я бродил по округе, выманивая незнакомца на встречу. Мы надеялись, что он, заметив меня, как-то себя проявит и покажет. Но этого не срабатывало, и я петлял по лесу, умышленно оставляя следы. Я расставлял ловушки и подолгу сидел в засаде, выслеживая непрошенного гостя.

Отец незаметно вел наблюдение за двором и округой. Провоцируя незнакомца на контакт, он показывал ему всю свою немощь. Двигаясь по двору, отец громко кряхтел и часто останавливался на отдых. Но все наши труды не приносили успеха. Незнакомец так и не проявил себя. Мы были в отчаянии, но сдаваться не хотели. Вечером мы подводили итоги и высказывали свое мнение по поводу задуманного.

– Он нас раскусил, – заявил отец, – он совсем не глупец.

– Да, – согласился я. – А может его нет? Может он ушел.

– Как нет? Куда ушел?

– Туда, откуда пришел! Время-то прошло сколько? Ответил я.

– Может ты и прав, – согласился отец и замолчал.

Уже ближе к вечеру, когда мы сидели на завалинке, отец сказал:

– Я тут подумал, сынок, и решил. Зачем нам этот незнакомец? Пусть он ищет себе эти сокровища. Мы, что бедно живем?

Я согласился, но все же высказал свое мнение:

– Так-то оно так, только охота узнать откуда он взялся и за чем?

– Узнать бы хотелось, подержал меня отец и продолжил, – батя мой – Андриан Иванович говорил, что о кладе он слышал еще от своего отца, когда был юношей. Это еще до его пленения было. Посчитай, сколько прошло годков? А связь с деревней была утеряна лет семьдесят назад, а то и сто. Кто знает, что случилось с деревней за это время? Что тут происходило? Вспомни, что мы здесь увидели, когда сюда пришли? Руины и развалины. А куда девался крест с утеса, который служил оберегом этой долины? Я думаю, Витя, что этого мы никогда не узнаем. Так что давай заканчивать с этим мутным делом.

Отец замолчал, а я спросил:

– А может этот человек из этих мест? Может его предки здесь проживали? А может дело вообще не в кладе, – не успокаивался я.

– Хватит! – оборвал меня отец и указал на гору.

На небе у вершины утеса появилась небольшое облако, которое стало плавно преображаться в крест. Подкрашенный лучами солнца, он закрепился на вершине горы, и мы встали с завалинки. Помолившись, мы заметили, что солнце спряталось за тучу, и крест исчез.

– Это осень. Теперь так и будет, – заявил отец.

– Спасибо и за это, – добавил я.

Мы поблагодарили Бога и пошли в дом.

Уже перед самым сном я вспомнил, что забыл покормить волка.

Я стал собираться во двор, а отец меня остановил:

– Успокойся, его уже ворон покормили.