Александр Капков – Никто не в стороне (страница 5)

– Спасибо вам, мэтр! Не будь вашей помощи, я бы, боюсь, просто не справился. Оказывается, чтобы проводить в последний путь близкого человека, нужно знать, как это правильно сделать. Наверное, живя длительное время армейской жизнью, я позабыл насколько сложна она на гражданке.

– Не за что, Станислав. Не говоря уж о своем долге душеприказчика, я был по-настоящему привязан к вашему брату. Не скажу, что мы были друзьями, а вот приятельские отношения нас связывали. В вашем брате было море обаяния, он любил жизнь и умел ей наслаждаться. Поверьте, старику, это редкое умение, доступно в наши дни не каждому. Оно проявляется не в прожигании жизни и не в пользовании дорогими вещами, не в безумных тратах. Оно – в другом. Андрис много работал, любил риск, зато и отдыхал со вкусом. Прискорбно, что смерть настигла его в таком молодом возрасте. Подумать только, ему было всего тридцать восемь лет! И как многого он добился. Увы, смерть забирает всех – и успешных, и отчаявшихся, и лучших, и худших. В этом качестве она поистине демократична. Поэтому я рад, что хоть в такой скромной мере могу оказать помощь его брату.

Слушая адвоката, Стас подумал о том, что на самом деле мало интересовался жизнью Андриса. После его ухода в легион, их встречи можно пересчитать по пальцам одной руки, да и были они по инициативе старшего брата, частенько наезжавшего в Париж. Теперь он узнаёт то, что мог бы знать давно, прояви хоть каплю любопытства, чем жил его брат. А вышло так, что со смертью матери, он уложил все былые привязанности на самое дно чемодана, который не собирался открывать, но зачем-то держал в своем шкафу. Стасу стало немного стыдно за свой эгоизм и душевную черствость. У Андриса всегда все отлично! Этот рефрен завистливо звучал в его душе, позволяя ограничиваться пустыми словами ежегодных поздравлений с днем рождения, Рождеством и Новым Годом.

Пообедав, причем адвокат не позволил Стасу расплатиться, они расстались у конторы Цируса. Прощаясь, тот сказал:

– Завтра я заеду за вами в половину восьмого. У вас есть соответствующий костюм? – тут адвокат намеренно неодобрительно скользнул взглядом по твидовому темно-синему пиджаку Стаса в стиле кэжуал и зауженным джинсам. А ведь эти брендовые вещи были приобретены в Галерее Лафайет и обошлись в полторы тысячи евро. Именно брат приучил его к модной и дорогой одежде.

Стасу пришлось заверить мэтра в наличии костюма.

– Так, значит, одной проблемой меньше. На похоронах и поминках, которые пройдут в кафе, вполне вероятно может появиться и пресса. Ваш брат был довольно хорошо известен в журналистских кругах. Так что будьте начеку. Вам могут задавать разные неудобные вопросы. Лучше всего не давать никаких комментариев.

– Я так и поступлю. Тем более, что ничего и не знаю.

– Куда вы сейчас? – похоже, что Цирус полностью взял над ним шефство.

– Думаю прогуляться, освежить воспоминания, все-таки меня не было здесь одиннадцать лет. Многое изменилось. Хотелось бы понять, что именно. И, если уж совсем откровенно, я боюсь остаться наедине со своими мыслями.

– Тогда вам стоит прокатиться на теплоходе по реке. Вид открывается просто изумительный.

– Спасибо за совет. Обязательно им воспользуюсь. А не посоветуете заодно, где лучше поужинать? Чтобы не слишком шумно, но можно бы посидеть подольше.

– Попробуйте сходить в кафе «Светлячок». Там довольно тихо и играют музыку вживую. Студенческие неформальные группы. Андрис любил там бывать. Пешком от центра будет далековато, конечно, если вы любите длительные пешие прогулки. Иначе возьмите такси. И не забудьте наведаться в банк. Завтра вам может не хватить времени.

– Обязательно!

Стас тепло попрощался с адвокатом и, взяв такси, решил начать с посещения банка, раз Андрису было важно, чтобы он осмотрел его банковскую ячейку. Он так и сделает. Его немного удивило, что брат не просто арендовал ячейку, а и платил за нее по повышенному тарифу, обеспечивающему дополнительные меры безопасности. Особенно сильным было удивление, когда оказалось, что в ящике лежат только деньги. Причем, это была солидная пачка из купюр по сто и двести евро, упакованная в целлофан и перетянутая резинкой. Как в кино про гангстеров, право слово. И он, Стас, становится владельцем суммы в четыреста тысяч евро. С ума сойти! По недолгому размышлению, он оставил деньги в ячейке и добавил к ним флешку, чтобы не потерять. Попытка выяснить, что в ней находится, предпринятая еще в офисе адвоката, успеха не принесла. Там было просто запредельное количество файлов, причем многие на национальном языке, в котором Стас был не настолько силен, чтобы быстро прочитать многостраничные тексты. В общем, вступление в интеллектуальное наследство требовало много свободного времени и сил. Займусь этим после похорон Андриса, решил Стас.

Остаток дня он провел, следуя советам и пожеланиям мэтра. Покатался на теплоходе, и потом долго сидел в кафе, слушая песни в стиле фолк-рок, исполняемыми симпатичными парнями и девушками. Стас даже представлял себе будто бы сидящего напротив него Андриса. Если за все время его пребывания в кафе представительницы противоположного пола лишь пару-тройку раз сделали пристрелочные выстрелы в его сторону, то брат заставил бы их стрелять глазками безостановочно, причем длинными очередями. Андрис, Андрис, что же с тобой случилось? Почему так неожиданно закончилась твоя жизнь? И очень-очень странной выглядит смерть. Особенно учитывая то, что ты раньше занимался автоспортом и просто виртуозно умел водить автомобиль. Конечно, бывает всякое, но странность все же присутствует. И никуда ее не денешь.

Стас просидел в кафе до девяти часов вечера, затем вызвал такси и отправился в отель. Получив у девушки-портье ключ-карту и немного поболтав с ней о погоде, он вспомнил о костюме.

– Мне нужно погладить костюм, можно это устроить? – спросил он.

– Да, нет ничего сложного. Когда горничной удобно будет к вам зайти, чтобы забрать его?

– Через десять минут. Спасибо.

Стас поднялся на второй этаж. Его номер находился почти в середине коридора. Отель был современный, и коридорные на этажах не дежурили. Их роль выполняло видеонаблюдение. Люди привыкли к тому, что их поведение в общественных местах и на улицах отслеживается и не обращают внимание. А вот Стас заметил, что красный огонек на камере не горит, и позлорадствовал, что не все в отеле отлажено как надо. Далеко, ребята, вам еще до Европы, как не пузырьтесь.

С другого конца коридора, ему навстречу шел парень в наушниках и сосредоточенно жал клавиши телефона. На парне был толстый свитер и защитного цвета штаны. Сунув руку с телефоном в карман, он зачем-то отвел другую назад. Они сошлись у двери в номер Стаса, он как раз вставил карточку в замок и собирался открывать ее, когда парень, шагнув к нему, приставил к его спине электрошокер. От электрического удара сознание Стас не потерял, но способность к сопротивлению упала до нуля. Он стал заваливаться назад, парень придержал его и втащил в номер. В комнату вошел еще один человек и аккуратно закрыл за собой дверь. Пока один держал Стаса, прислонив к стене, другой прошелся по его карманам, бросая все на пол. Они переговаривались между собой, но Стас ничего не понимал, он ошалело водил глазами и пытался что-то сказать, беззвучно открывая рот.

Глава четвертая

День похорон журналиста Андриса Вазовича выдался солнечным и относительно теплым.

– Хорошее местечко для успокоения, – заметил инспектор криминальной полиции Алекс Кристианс. Он стоял под деревом в стороне от большинства присутствующих на похоронах. Сопровождавший его младший инспектор Гильберт Уйм только покачал бритой головой. По указанию Алекса он сосредоточенно водил своим айфоном по всему периметру, стараясь заснять на камеру как можно больше людей. Зато инспектор, засунув руки глубоко в карманы фасонистого плаща, имел время и желание для замечаний, пропитанных, как ему самому казалось, тонкой иронией. Действительно, кладбище одним своим крылом огибало сосновый лес, а другим выходило к морскому берегу и с места, где выкопали могилу, было видно море.

– Многолюдно, одних репортеров целая куча, – заметил «Усердный Гил», таково было прозвище Уйма в управлении уголовного розыска. Он пришел в полицию год назад после окончания магистратуры юридического факультета столичного университета. По мнению коллег, он был слишком хорошо образован для полицейского, что в сочетании с отсутствием опыта приводило иногда к непредсказуемым последствиям. Алексу «Усердного Гила» три месяца назад навязало вышестоящее начальство. По началу он пытался избавиться от не в меру резвого сотрудника, а потом свыкся.

– Если хоронят журналиста, кому же еще здесь быть? Вазович – парень известный. Он был постоянным участником криминального шоу на ТВ, забыл, как называется.

– «Отражение», – подсказал младший инспектор, бывший отличник и вообще эрудит.

– Вот-вот. А публика знает лишь тех, кто мельтешит в телевизоре. Из официальных лиц, кстати, всего двое: мэр городка и замминистра культуры.

– Вижу только мэра.

– А вон ту фигуристую даму слева? В белом пальто? Ее нельзя не заметить, глаз не пропустит. Это и есть замминистра. Очень отрадное зрелище, сразу понимаешь, что культура у нас на высоте.