Александр Капков – Никто не в стороне (страница 6)

– Да-а-а-а, – восхищенно протянул Гил. – Не слишком ли она молода для такой должности?

– В самый раз. И не обманывайся на счет ее юной внешности. Уверен, она имеет искусственное происхождение. Но меня больше интересует брат журналиста. Он стоит рядом с Цирусом, адвокатом покойного. Как-то я с ним сталкивался в суде. Всю печенку проел. Тот еще старикашка.

– Высокий парень в черном костюме с армейской стрижкой?

– И с замазанной ссадиной. Вчера вечером на него напали в гостинице, прямо в номере. Вот и скажи мне, зачем? Если он недавно приехал и вроде бы не при делах?

– А просто грабители?

– Возможно. Он ведь у нас прибыл из Франции. Там же богач на богаче, наши воры в очередь встают. Ерунду не пори, профессор! Кто-то загодя камеру слежения отключил, шокер опять же. Совсем не похоже на обычных «гопстопников». И пока наш малый пребывал в отключке, его вещи хорошенько обыскали. Это притом, что у них было мало времени. Горничная подняла шум почти сразу. Потерпевший утверждает, что у него забрали портмоне с наличными и часы, якобы дорогие, швейцарские. И все, больше ничего не взяли. Оставили карточки, мобильник. А это был айфон последней модели, вот как у тебя. Ну ладно, карточки не всякий сможет использовать. Но телефон? Если они пришли грабить? Итак, Холмс, каков вывод? Включай свое дедуктивное мышление!

– На основе этого факта можно сделать вывод, – повторил Гильберт, как примерный ученик, – о том, что ограбление осуществлялось для отвода глаз. Видимо, они считали, что у брата покойного хранилась некая важная информация или какие-то документы, имеющие значение для нападавших. Вопрос лишь в том, заполучили они ее или нет. Если да, то хорошо бы узнать какую. Если нет, то они придут еще раз.

– Выражайся проще, Гил, и менее многословно. Но, по сути, ты прав. Вот я и хочу поболтать с ним накоротке, после похорон, разумеется. Может единоутробный брат прольет свет на смерть господина Вазовича. Навестим его сегодня, ты не против?

– Я – за. Только будет ли это уместным в такой день? Или вы подозреваете, что он замешан в убийстве?

Гильберт обращался к напарнику на «вы» не из-за возраста (Алекс был старше двадцатипятилетнего Уйма всего на десять лет) или более высокого звания, а по причине глубочайшего уважения к одному из лучших сыщиков управления.

– Я никого не подозреваю без достаточных оснований, Холмс, – отрезал инспектор. – А на счет уместности, так мы проявляем заботу о нем. Вдруг он забыл что-то рассказать полицейскому патрулю и те не внесли в протокол важную улику.

– Ясно, шеф, – бодро откликнулся Уйм.

– Какая уж тут ясность, – Алекс усмехнулся. – У нас до сих пор нет четко обозначенного подозреваемого. Так, муть одна. Есть одна уверенность в убийстве.

– Да уж, человек не станет сам себе устраивать неисправности. Кто-то это сделал. Чтобы понять кто, нужны мотивы, – поддакнул «Усердный Гил».

Алекс покосился на мальчишескую фигуру младшего инспектора.

– Друг мой, Гил, проживи в полиции с мое, и ты поймешь, как бывает. Самые сложные дела раскрываются, благодаря какой-нибудь мелочи, взгляда под другим углом или просто случайности. Надо только копать глубже. Вот мы и копнем. Ты всех снял?

– Всех и в хорошем качестве! Вы думаете, что нам они пригодятся, эти фото?

– Конечно! Вдруг среди них затесался убийца. И по его гримасе ненависти, которую запечатлел твой несравненный айфон, мы его тут же узнаем.

– Вам бы только дразнить меня, шеф!

Между тем церемония прощания с покойным журналистом подходила к своему завершению. Все, кто желал, уже произнесли надгробные речи, и закрытый гроб опустили в яму. Священник стал читать молитву, а гости потянулись к могиле прощаться и бросать цветы на гроб.

– Смотри, сейчас к яме подошла девушка в темных очках. Это Ирма Прельшт, невеста покойного. И женой ей уже не стать.

– Красивая! – снова искренне восхитился Уйм, по причине застенчивости держащийся от девушек на расстоянии. – Слушайте, очень знакомая фамилия. Кого-то мне напоминает. Прямо вертится на языке.

– Неужели мистер Шерлок Холмс может забывать? Это прямо откровение!

– Вспомнил! Генерал Эдуард Прельшт, начальник штаба наших Вооруженных Сил. Она его родственница?

– Дочь. Вот в каких сферах порхал наш журналист перед тем, как сверзиться с моста.

И знаешь, что? Поехали отсюда, поскорей. В два часа в ресторане при доме прессы будут поминки. Я рассчитываю попробовать там крабов. А до того мне нужно наведаться в одно местечко.

Алекс повернулся, проскользнул между двумя тесно стоящими надгробиями и широкими шагами устремился по дорожке к выходу с кладбища. Гильберт догнал его на середине пути.

– Я с вами?

– На кой? Я довезу тебя до метро и высажу. Поезжай в управление и пиши отчет. Будет реальная польза.

На стоянке автомобилей, когда полицейские садились в опель инспектора, их окликнули:

–Ба! Ребята из уголовки. И вы здесь? Ну и что у вас новенького?

Алекс обернулся. Позади стоял представительный мужчина в кожаной куртке и давно не стираных джинсах. Улыбка на его моложавом лице больше напоминала болезненную гримасу.

– А что забыл на кладбище гроза организованной преступности? – спросил в свою очередь инспектор, усаживаясь за руль.

Старший инспектор Думп подошел и облокотился на капот.

– Я первый спросил, – сказал он, не обращая внимания на холодность Алекса.

– Я же веду дело об убийстве Вазовича. Достаточная причина?

– Не очень. Решил поотираться вокруг ближнего круга? Найти врага внутри, да?

– Ты сам и ответил на свои вопросы. Может и на мой ответишь?

– Ты сегодня злой, Кристианс. Не стану отвечать. Лучше скажу тебе другое. Ходит такой слушок, что ваш покойник был связан с криминалом. Каково?

– Понимаю. Он работал киллером, и все заказные убийства последних лет его рук дело. А потом и его убрали, потому что много знал. Руки убери, железо помнешь.

– Я серьезно. Он кормился из рук наших мафиозо.

– А мне это зачем? Мафия – твоя тема. Тебе прекрасно известно, если его убрал криминал, то убийц мы не найдем. Пока!

Алекс вывернул руль и тронул автомобиль с места. Гильберт оглянулся назад. Думп смотрел им вслед.

– И что вы думаете, шеф? Зачем он здесь появился?

Алекс ответил не сразу. Казалось, что он полностью сосредоточился на управлении, но Гильберт уже достаточно изучил сыщика и ждал продолжения разговора.

– Слушай, парень! – инспектор начал неожиданно и резко. – Говорю один раз. Олли Думп – грязный полицейский. Карьерист и взяточник. Нет такого дерьма, которым от него не пахло бы. Изображает из себя рубаху-парня. Это фикция. Он скорее похож на рептилию, ни чувств, ни привязанностей. И если он подойдет к тебе ближе, чем на полметра, жди неприятностей. Уяснил? Учти, я не шучу. А теперь отвечу на твой вопрос. Я думаю, что Думп вынюхивает что-то конкретное. Значит, имеет наводку, а нас посчитал конкурентами и захотел увести в сторону. Его словам грош цена. Убей Вазовича мафия, нашего Олли ты бы вблизи не увидел. Вот кто ест и пьет из их рук.

– Тогда почему его не арестуют?

– Арестуют? – Алекс усмехнулся. – Доказательств нет. Думп – хитрая скотина, улик не оставляет. Что загрустил, Холмс? Добро пожаловать в реальность.

Уйм потер щеку в раздумье. Он не вчера родился и имел четкое представление о коррупции, но осознание того, что человек, прикрывающий твою спину, может сам в нее и выстрелить, давалось ему с трудом.

Алекс предпочитал напористый стиль вождения. Не нахальный, а именно напористый. Без явных нарушений правил дорожного движения, зато с использованием любой самой малой возможности проскочить вперед. В случае необходимости, он не стеснялся включать сигнальный маячок, обосновывая это тем, что настоящий полицейский всегда на работе, даже если едет на природу жарить шашлыки. Вот и сейчас он быстро преодолел десяток километров и оказался в городе за несколько минут. На улицах ему пришлось сбросить скорость, но на его удачу на них было свободно. Поэтому не успел Гильберт и глазом моргнуть, как инспектор уже тормозил возле входа на станцию метро.

– Вылезай, ты приехал, – сообщил он. – И помни про отчет. Он должен быть готовым сегодня.

Гильберт все же сделал попытку изменить свою судьбу.

– Я тоже хочу крабов, шеф!

– Нет, мальчик, так дело не пойдет. Во-первых, есть крабов, ты не вышел чином, во-вторых, мне надо встретиться с информатором, как ты должен понять, без свидетелей. Так что не гунди и дуй дальше на трамвае.

Бросив жалобный, пропавший втуне взгляд на шефа, Гильберт выбрался из автомобиля. Впрочем, уже в следующую минуту он быстрым шагом шел к остановке с самым энергичным видом.

Глава пятая

После полудня погода резко испортилась. С моря подул холодный ветер и облака затянули небо. Дождь еще не начался, но точно был на подходе. К тому времени, когда Стас появился в ресторане, где должны были пройти поминки, он казался самому себе выжатым лимоном. Вчерашнее нападение и его последствия, конечно, не вывели кадрового военного из равновесия, но спать он лег очень поздно.

Сегодняшний же день с самого утра выдался чрезвычайно насыщенным. Сначала было отпевание и прощание с покойным в католическом храме. Оказалось, что Андрис был активным прихожанином. Затем, на кладбище, ему пришлось вытерпеть долгие соболезнования, сохраняя при этом скорбное выражение лица. Все это не понравилось Стасу и заставило отступить вполне объяснимую скорбь. А тут еще адвокат с его неуемным любопытством. Цирус держался и не приставал с вопросами лишь до того момента, пока они не покинули кладбище и не сели в автомобиль. Тут и началось. Адвокат так скрупулёзно выспрашивал подробности нападения, что оставил полицейских далеко позади. И хотя Стас сказал ему, что оставил банковский ключ в сейфе отеля, тот и не думал прекращать расспросы. Стасу пришлось очень подробно отчитаться за весь предыдущий вечер.