Александр Калмыков – Олег Попов. Невыдуманные истории из жизни «Солнечного клоуна» (страница 50)

Выход был более чем странным для советского человека. Фирма, через которую ее владельцы Хаанс Мартенс и Вильям Шмидт до сегодняшнего дня проводила гастроли во Франции, называлась «Монументал Интертеймент». Именно она проиграла в суде, и она должна была выплатить 120 миллионов франков госпоже Рунге.

Но эта фирма в одночасье прекратила свое существование, передав все свои права новой фирме «Голден Цирк Продукцион». Хозяевами абсолютно новой фирмы стали те же Вильямс Шмидт и Хаанс Мартенс.

И эта новая фирма приняла на себя обязательства продолжать дальнейшие гастроли в Голландии. Никакие долги «Монументал Интертеймент» она выплачивать и не собиралась!

Так, провалившись благодаря «стараниям» «малых голландцев», программа Попова вынуждена была снова вернуться сначала в Бельгию, а потом в Голландию.

Экономическая ситуация в цирке была ужасной. Выплачивать зарплату артистам в полной мере голландцы уже не могли. Тогда они упросили Олега и директора временно, пока не начнутся хорошие сборы в Бельгии, выплачивать в неделю всего один день работы. Ведь все артисты получают трехразовое питание, страховку и прочее, прочее. Артисты согласились, они как бы дали рассрочку этим голландским организаторам, с тем чтобы те смогли погасить свои долги.

Рассрочка оказалась очень длинной. Сначала в Бельгии дела не заладились. Там, конечно, было не так плохо, как во Франции. Но полученных денег на самом деле хватало только на ежедневные расходы, и зарплата тоже выплачивалась теперь регулярно. Но выплачивалась зарплата сегодняшняя, а та задолженность, которая составила почти два миллиона евро, не выплачивалась.

Потому что не было аншлагов. Голландцы обещали: «Если зал будет битком, то мы, конечно, будем выплачивать сегодняшнюю зарплату и погасим долги». Но этого не произошло. Наступили очень плохие времена. Директор с помощью Олега должен был буквально вымогать деньги, которые импресарио были должны артистам программы.

Голландцы пытались как-то выкрутиться. Говорили: вот сегодня, пожалуйста, выплатите зарплату и долг Олегу Попову. А артистам долг мы заплатим в другой раз. Но директор платил в первую очередь артистам. И когда Олег об этом узнавал, то поддерживал друга.

Хозяин негодовал, но тем не менее долгих два года регулярно выплачивался этот астрономический долг. Возвращение долгов поссорило директора программы с голландскими хозяевами. Они воспринимали его действия как рэкет.

Олег понимал, что выбора нет. И проявление мягкости по отношению к импресарио невозможно. Потребовалась жесткость для получения от голландцев собственной зарплаты.

Габи

Как глупы бывают прогнозы на чужую жизнь.

— Эта пара не проживет вместе и года! Слишком они разные!

— Она выходит за него замуж по расчету. Только из-за денег! Заберет его денежки и будет такова! Это же видно невооруженным глазом.

— У них слишком большая разница в возрасте. Через пять лет он станет совсем старым, а она еще будет в полном соку!

— Неужели он сам не видит, что его просто обманывают!

А потом эти злые языки просто забывают о сказанном и забывают взять свои слова обратно, когда ни один из их прогнозов не сбывается. Когда пара из разного «круга», с очень большой разницей в возрасте, назло всем проживает вместе большую и счастливую жизнь, заставляя задуматься о превратностях любви.

Постепенно Габи стала частью нашего коллектива, частью программы. Она жила с Олегом в большом красивом караване и стойко переносила все тяготы цирковой жизни. Потому что каждые две недели надо было укладывать все вещи в кемпинге, привязывать к полкам всё, что могло побиться в дороге, часть вещей укладывать в автомобиль и отправляться в путь — переезжая на 300–400, а иногда и больше километров.

Приезжали на новую площадку, порой не очень чистую. Не всегда просто было подключить воду. Но главное, подключить розетку к генератору с электроэнергией, потому что, как уже было сказано, генератор в цирке — это сердце шапито. От него зависел свет в кемпинге, от него зависело тепло в кемпинге, от него зависела горячая вода в кемпинге, от него зависела электроплита в кемпинге, от него зависел телевизор со спутниковой антенной. В общем, от этой электрической розетки зависела вся жизнь артистов.

Часто этот генератор приезжал с опозданием, потому что был установлен на очень старой и разбитой машине, как большинство грузовиков Хаанса Мартенса.

Эта машина очень медленно ехала по немецким автобанам, часто попадала в коллизии, когда ее останавливали, требовали предъявить «тюф», то есть удостоверение, что машина абсолютно технически исправна. А была она абсолютна неисправна. Артисты, которые приезжали на площадку своим ходом, мерзли в своих кемпингах без света и отопления, ждали, когда наконец на площадку приедет генератор.

Потом пьяный Андре, электрик, горевший когда-то от сигареты в машине с газовым двигателем, получивший ожоги почти на 70 процентов и начавший с той поры пить, выставлял специальную «кассету» — стенд с розетками, и все артисты — заслуженные, народные — стояли в очереди в холоде с вилками от своих кемпингов для того, чтобы успеть вовремя воткнуть их в эти дырочки. Как правило, кому-то одному не хватало одной розетки. И тогда надо было ждать еще, пока Андре выпьет немного пива и поставит дополнительную «кассету», только тогда появится свет. Впрочем, работу свою Андре знал хорошо, и артисты любили его.

Ко всему этому Габи привыкла. Конечно, в каких-то тяжелых ситуациях ей помогали ассистенты Олега, особенно Владимир Фесенко. Но ей, привыкшей жить у себя дома в комфортных условиях, многие бытовые моменты казались достаточно сложными. Иногда, очень редко, она просила хозяина, чтобы им сняли гостиницу в том или ином городе, чтобы она могла нормально помыться и привести себя в порядок. Да и немного отдохнуть от тягот кочевой жизни.

И вот наступил день, когда Олег объявил во всеуслышание, что собирается жениться на Габи. Надо сказать, что инициатива женитьбы принадлежала ему, а не Габи. Они жили очень счастливо. У них была настоящая любовь, были очень теплые и очень трогательные отношения. Олег сочинял песни в честь Габи. У них было все хорошо.

Но Олег, как человек из прошлого времени, полагал, что если он живет с этой женщиной уже длительное время, то необходимо узаконить их отношения. Необходимо, чтобы Габи стала его женой.

Надо сказать, что это вызвало разную реакцию у людей. Некоторые, особо циничные, улыбались, потому что там была приличная разница в возрасте. Большинство же артистов отнеслись к этому спокойно и хорошо. А нервничали два человека.

Во-первых, дочь Олега Попова Ольга. Она прибыла в Германию сразу после смерти матери. Ольга опекала отца и была главным для него человеком до прихода Габи. И она понимала, что речь идет не только о личных отношениях мужа и жены, но и о наследстве, то есть о деньгах и материальных ценностях, которые Олег теперь в первую очередь должен будет оставить своей жене, а уже во вторую — дочери.

Другим человеком был близкий друг Олега Густав Кемперт. Он не верил в искренность чувств Габи; ему казалось, что все это немного фальшиво, что Габи просто хочет быть поближе к славе и популярности Олега, а также к его деньгам. Но Олег отрицал это; он говорил, что Габи и без него богатый человек, у нее прекрасный дом, лошади, слуги и она ведет абсолютно независимый образ жизни. Да, конечно, и у Олега есть какие-то деньги, но никакого особенного материального выигрыша здесь быть не может.

Олег был очень дружен с Густавом, но в этой ситуации он его не слушал.

Наконец сговорились. Свадьбу решили сыграть в голландском городе Бреда. Там у цирка были очень хорошие отношения с мэром города и все было подготовлено.

Олег очень волновался. Они ездили вместе с Габи покупать ей платье, ему специальный костюм, бабочку в клеточку и такой же платочек. В общем, готовились по полной программе к этому важнейшему в их жизни событию.

Олег, человек романтичный и творческий, написал песню, которая называлась «Я люблю тебя, Габриэль». Он оркестровал эту песню и иногда исполнял ее прямо в манеже. Песенка была очень трогательная. Олег, словно маленький мальчик, в песне высказал свое признание в любви этой очаровательной женщине.

Поскольку Габи и Олег были разных вероисповеданий, то брак у них был светский. Их записали в ратуше города Бреда.

Ратуша эта — потрясающее сооружение раннего барокко с колокольней и каменной резьбой. Вообще ратуши в Бельгии и Голландии являются основными носителями всех архитектурных эпох. Эти страны отличаются тем, что у них от XIV–XV веков остались не только церковные сооружения, но и светские. В ратуше заседали бургомистр со своими помощниками и городской парламент.

Собралось огромное количество народа. Вильям Шмидт дал объявление о бракосочетании не только во всех газетах Голландии, но и практически во всех основных европейских средствах массовой информации и цирковых журналах. Прибыло огромное количество гостей. Только одних фотокорреспондентов было около пятисот человек. И вот вся эта огромная толпа вместе с женихом и невестой приблизились к ратуше. И вдруг колокола ратуши начали исполнять мелодию песни Олега Попова про Габриэль. Это был такой трогательный подарок, такая неожиданность, что молодые остановились и замерли от восторга. Песня о Габриэль, которую Олег пел с оркестром, была переложена на музыку колоколов.