Александр Калмыков – Олег Попов. Невыдуманные истории из жизни «Солнечного клоуна» (страница 51)

Жених и невеста пришли в зал, уселись в специальные парадные кресла в ожидании церемонии. Свидетелем со стороны Габи был Ирбек Кантемиров, со стороны Олега — директор коллектива. А потом обер-бургомистр в торжественном костюме под звуки орга`на вышел и записал их в книгу регистрации браков, официально объявив мужем и женой.

Там произошел интересный эпизод во время фотографирования. Жених и невеста стояли вдвоем, Олег в черном костюме с клетчатой бабочкой, Габи в изумительном винтажном платье с букетом, и более тысячи человек стремились запечатлеть этот момент. Отталкивая друг друга, они фотографировали Олега и Габи. Только один фотограф взял и зашел за спину молодым. А потом позвал их:

— Олег, Габи!

Они обернулись к нему через спину — так возник тот изумительный снимок, когда жених и невеста оборачиваются на вас, а за их спиной вы видите армаду фотографов, сотни объективов со вспышками.

После свадебной церемонии отправились в ресторан, который заказал Олег. Там все впервые увидели отца и семью Габи.

Это был очень красивый ужин с шампанским, с поздравительными тостами. А после традиционного торта вся церемония передвинулась в цирк. Поскольку ушлые голландцы торговали всем, чем могли, то и фотокорреспондентов, прибывших со всего мира, и журналистов в цирк пускали не просто так, а за деньги. Габи тоже понимала в коммерции. Когда голландцы попросили у нее разрешения проводить всякие коммерческие мероприятия на ее свадьбе, она сказала:

— Поскольку вы на мне зарабатываете, я хочу тоже на этом заработать.

Голландцы удивились. Им всегда казалось, что зарабатывать должны только они.

— Да, Габи, конечно, это ваша свадьба. Что вы хотите?

— Я хочу подарок от вас. Мне хочется иметь пони.

— Пони?

— Да, пони.

Ну что же, вздохнув, они подарили изумительного пони, которого вывели под музыку оркестра на манеж. Вся эта церемония на манеже тоже была своеобразным шоу.

Здесь же исполнялись какие-то цирковые номера, шли тосты, поздравления. Поздравления от импресарио, от артистов, от города, от журналистов.

Артисты скинулись и купили Олегу и Габи в подарок машину BMW. Правда, Габи не очень любила эту марку, но подарок приняла. Его тоже выкатили в манеж, все посмотрели и порадовались. Машина была хоть не совсем новая (на новую артистам цирка денег не хватило), но в прекрасном состоянии.

Габи приняла на себя часть обязанностей, которые прежде исполнял директор программы. Она вела переговоры с импресарио по поводу всех вопросов касательно быта Олега: его проживания, комфорта, переездов, следующих городов, рекламы, страховки.

Директорские функции были несколько уменьшены, к радости самого директора, поскольку импресарио всё чаще и чаще обращался к Габи. Им легче было найти общий язык. Голландия и Германия — страны-соседи с близким языком, поэтому здесь Габи стала настоящей подругой, настоящим лидером рядом с Олегом. Постепенно ей захотелось выходить на манеж вместе с Олегом.

Надо сказать, что Габи вместе со своей сестрой Сильке окончила клоунскую школу «Клоуны Димитрия». Эта школа достаточно популярна в Германии. Ее основал один из клоунов Восточной Европы, который давно переехал в Германию. У Габи была даже некоторая практика. Вообще ей была свойственна постоянная тяга к работе в цирке.

Конечно, главной ее привязанностью были лошади. Габи держала у себя дома нескольких лошадей. А теперь у нее появился пони, с которым она носилась как с ребенком. Она его вычищала, следила за ним, вызывала ветеринаров. Она его гоняла, потому что лошадок надо гонять, чтобы у них не застаивались ноги.

Однажды Олег предложил снять репортаж о Габи:

— Знаете, друзья, так много репортажей обо мне. Давайте снимем о ней. Ведь это очень интересно для немецких зрителей видеть, как немецкая женщина ездит с русским цирком.

И тогда приехали два корреспондента с центрального немецкого телевидения ZDF. Они приехали рано утром и начали интервью. Габи приготовила им кофе, встретила очень доброжелательно, с удовольствием отвечала на вопросы. А без пяти одиннадцать начала нервничать. Интервью длилось уже почти два часа, а вопросы к ней не заканчивались. Олег, конечно, сразу понял, почему она нервничает — в одиннадцать у нее репетиция в манеже — прогон лошадей. Но цирк в это время пустой, и репетицию легко перенести на час, или на вечер, или на другой любой день — когда хотите, это наш цирк.

Олег сказал:

— Габи, не нервничай, мы перенесем репетицию.

— Нет, — отвечала Габи. — Всё, господа, спасибо большое, но я вынуждена идти, потому что это моя работа.

Здесь сработало, конечно, ее немецкое чувство абсолютной дисциплины, аккуратности в отношении к работе. Корреспонденты уехали, предварительно засняв ее на репетиции. Получился очень милый репортаж на телевидении о жене великого артиста.

Со временем Габи решила попробовать себя в качестве артистки в интермедии вместе с Олегом. Она придумала интересную репризу. У Габи была аллергия на грим, и она не могла гримироваться. В репризе она должна была изображать большую, высокую куклу, с которой играет клоун, и она надевала на себя маску, чтобы не мазать лицо гримом.

И вот в манеже появились Олег и высокая белая кукла, чем-то напоминающая Пьеро, с большими красными пуговицами. Олег начинал жонглировать этими пуговицами, которые срывал с клоунского балахона Габи. А пуговицы всё не кончались и не кончались. В этом был трюк. Это было очень забавно. Реприза была милая, как, впрочем, и всё, что впоследствии делала Габи на манеже.

С годами, когда она уже освоилась, они с Олегом выпустили несколько реприз, в которых играли вдвоем. Габи прекрасно понимала, что в один прекрасный момент импресарио может остановить большую цирковую программу, сказать, что не в состоянии платить такие деньги и возить большой коллектив.

У Олега всегда был постоянный партнер Володя Фесенко, а для новых клоунад требовался партнер особый. Новые клоунады Габи были очень своеобразными. Она прекрасно чувствовала время. Как-то они заспорили с Олегом по поводу известного клоуна Перино. Олег говорил, что он не смешной, а Габи отвечала на это:

— Зато он наивный.

Олег заспорил:

— Но клоун должен быть смешным.

— Клоун должен быть наивным.

Габи высказывала точку зрения современной цирковой публики Европы. Там нравятся не только те клоуны, которые вызывают резкий, животный хохот, но и персонажи не от мира сего, странные люди, странные человечки-фрики. А клоун Перино был именно таким человечком, и он был симпатичен европейской публике. Репризы, которые делала Габи, были очень интеллигентными и трогательными. Сам Олег в них выглядел совсем по-другому. В них сказывалось новое, другая культура.

Олег был воспитан в лучших традициях уличной, карнавальной культуры. Если клоунада — то хохот. Если дружба — то навек. Нравственные законы были «отчеканены» пацанами во дворах и на «барахолке». Он знал, что за товарища надо заступаться, что если на вас напали, то надо стоять спиной к спине, что нельзя предавать друзей. Предательство он считал высшим грехом.

Однажды директор программы, раздав всем зарплату, завертелся и забыл выплатить деньги Олегу Попову. Забыл, бывает. Поздно вечером Олег пришел в кемпинг к директору, уселся и стал молча смотреть на него. Директор не понял, что случилось. Он наливает «Солнечному клоуну» чаю. Олег выпивает чай с булочкой. Он предлагает коньячку — Олег выпивает коньячку. И наконец директора осеняет: «Боже мой, я забыл отдать сегодняшнюю зарплату»:

— Олег, извини ради бога. Вот зарплата. Вот ведомость, извини.

И тут Олег произнес фразу, которая отражает самую суть его натуры, его мышления:

— Ничего, я могу и сам подойти. Ты был очень занят сегодня. «Сено к лошади не ходит».

Таков был Олег Попов.

Резерв

Огонь, вода и медные трубы… Эти испытания пролегают через жизнь очень многих. И если «медные трубы» — это власть и слава — экзамен, который мало кто выдерживает, то вот деньги — это искушение, которое преследует нас с ранней юности до самой смерти. Кажется, человек уже давно состоялся и твердо знает, что чужого брать нельзя, что воровать у государства — тоже нельзя, обманывать ближнего — грех. И всё равно воруют, «тащат», грешат.

Особенно трудно, когда перед тобой лежит огромная сумма «чужих денег» и никто ее не проверяет, не пересчитывает. А внутренний лукавый голос без конца шепчет: «ну, возьми!», «ну, возьми!».

Как важно в этом случае твердо помнить мамин урок: «Чужого брать нельзя!!!»

Наступило время директору прощаться с программой, прощаться с Олегом и уезжать в Москву. Все его функции были выполнены: программа работала как часы, долг, который несколько лет не отдавал Хаанс Мартенс, с большим скандалом и с огромным трудом был возвращен. А вот собственные дети директора уже подросли, и требовалось срочное возвращение домой к нормальному обучению. Иначе они так бы и выросли, как все дети зарубежных артистов цирка, «цыганятами» между колесами грузовиков.

Директор пришел к Олегу и сказал ему об этом. Олег очень расстроился. За эти многие годы они привязались друг к другу. У них были добрые, братские отношения.

Сначала он решил, что директор просто хочет увеличить свою зарплату, и предложил:

— Я сейчас пойду к хозяину и потребую, чтобы тебе увеличили зарплату.