Александр Калмыков – Олег Попов. Невыдуманные истории из жизни «Солнечного клоуна» (страница 12)

И тогда Фидель Кастро, будучи человеком прямым, обратился к Хрущеву: «Что происходит? Мы дружим с Советским Союзом, а наш главный враг получает лучшие цирковые программы! А мы, ваши друзья, так любим цирк и не имеем возможности увидеть замечательных артистов!»

Срочно было принято решение перенаправить всю программу на Кубу. Но поскольку между Кубой и США не было никаких отношений, то посольство СССР в США погрузило весь реквизит и всех артистов на корабль, который должен был зайти сначала в Венесуэлу, а потом, на обратном пути, на Кубу, чтобы не получилось прямого рейса из США. Этого не допустила бы ни американская, ни кубинская сторона.

И вот все артисты во главе с Олегом Поповым прибыли на Кубу. Их поселили в самой лучшей гостинице «Гавана Либра», которая еще совсем недавно была «Хилтоном». Им предложили работать в спортивном зале, который тоже когда-то был крупнейшим американским спортивным залом. Там они и работали с огромным успехом.

Это был 1961 год. В середине гастролей началась война в «Заливе свиней» (Кочинос). Американцы на десантных кораблях высадили группу «бывших кубинцев». Это были настоящие головорезы. Их отправили, чтобы не вводить на Кубу армию США, что привело бы к прямому конфликту с Советским Союзом. Якобы это была личная инициатива кубинских эмигрантов. Вооруженные до зубов, они высадились на берегу, и там началась серьезная боевая операция.

Фидель Кастро распорядился поставить «под ружье» все население. И мужчин, и женщин. Все, кроме детей, надели форму и взяли в руки оружие. Ему задали вопрос: «Здесь советская цирковая программа. Что делать с ними?» Фидель, не задумываясь, сказал: «Выдать форму и оружие».

И все наши артисты, включая Олега Попова, получили кубинскую форму и автоматы Калашникова. Правда, находились они далеко от первой линии атаки, но были готовы к боевым действиям, защищая независимость дружественной Кубы.

Золотой век советского цирка

Уже к 60-м годам в отечественном цирке сложился настоящий рынок зарубежных гастролей.

Во главе этого рынка были «вожделенные» для артистов самые преуспевающие страны — Япония, Австралия, ФРГ, США. Среди социалистических стран — Югославия и Чехословакия, потому что там можно было купить мечту советских людей — автомашину «Волга». Гастроли в другие соцстраны ценились значительно меньше.

Рынок диктовал свои условия: для того чтобы поехать в желаемую страну и заработать, нужно было иметь хороший цирковой номер. Это было непременным условием того времени.

В те же самые годы началось колоссальное строительство новых стационарных зданий цирков во всех крупных городах СССР. Увеличение количества цирков автоматически привело к увеличению количества цирковых номеров.

Тогда-то и появились в советском цирковом искусстве целые «очереди» конкурентов — идентичных номеров в одном жанре. Например, «акробаты с подкидной доской» — эти «безбашенные» парни, которые взлетали на высоту шести-восьми метров, чтобы выкрутить несколько крутых сальто-мортале для удовольствия публики. Или номера «джигитов», которые на бешеной скорости исполняли опасные трюки на лошади и под ней, наводя своей кавказской экзотикой оторопь на публику. И этих номеров также возникали десятки, как и номеров с собачками, воздушных «вертушек» и хулахупов.

В каждом жанре шла жаркая битва за первенство. И если в одной труппе акробат выкручивал три сальто-мортале, то другая уже готовила новый трюк — например «тройное сальто с пируэтом».

Победителю доставался приз в виде гастролей в самую богатую страну. Так, путем рыночной конкуренции, или «социалистического соревнования», в отечественном цирке возник высочайший уровень цирковых номеров, который бесконечно улучшался и совершенствовался.

Клоунов, конечно, оценивали по смеху в зале и по умению «раскачать» публику не только у нас, но и за рубежом.

В эти годы Олег Попов придумывает огромное количество реприз.

К нему приходят партнеры с особыми комическими данными. Достаточно назвать Якова Моисеевича Шехтмана, который работал свой, не похожий ни на кого номер. Это был «человек-фонтан». Он мог выпить 10–12 литров воды, а потом, нажав на живот, выпустить из себя фонтан чистейшей воды.

Олег очень часто использовал этот трюк в своих репризах. У него были разные партнеры. Вместе с ними он создавал и изготавливал реквизит. Он первым построил клоунскую машину и ездил на ней по манежу. Потом машина разваливалась, а он безуспешно пытался собрать ее.

Большинство «стариков» того времени его по-прежнему не принимали, потому что он был очень молод. И, конечно, их злил его успех.

Да, они видели, что Олег труженик, а это главный комплимент для циркового артиста. Труженик — это человек, который репетирует и утром, и вечером, и перед представлением. Но ведь к Олегу успех пришел «слишком рано», ему уделялось слишком много внимания со стороны прессы, правительства, импресарио. Это неприятие было замешено на зависти.

Но приезжая в цирк со своей командой и начиная работать с программой, Олег регулярно доказывал, что является настоящим «генералом» цирка, не меньшим, чем они.

В частности, в день премьеры обычно составляется последовательность будущей цирковой программы. В этом процессе обычно принимают участие инспектор манежа и клоун. Хороший инспектор, или «шпрех», расставляет, режиссирует программу по темпоритму, чтобы не потерять интерес зрителей. Также он учитывает все технические сложности подготовки к номеру. Клоун же расставляет имеющиеся у него в арсенале репризы в тех паузах, которые технически необходимы. Если, например, идет снятие сетки, воздушного полета, или установка этого же полета; если устанавливается тяжеленная «центральная» клетка из железных секций вокруг манежа, чтобы могли работать хищники, — эти многоминутные паузы в представлении требовали от клоуна достаточно больших усилий.

Когда множество людей бегает по манежу, это отвлекает. Клоун должен найти точку в зале или вокруг манежа для того, чтобы зритель практически не замечал этих мельканий, а сосредоточил все свое внимание на нем. Клоун в любой ситуации должен находить возможность занимать и веселить публику. Очень часто в составление программы грубо вмешивались звездные «гастролеры». Они заслуженно считали, что это их программа, и «рулили» ею по своему усмотрению.

Такими цирковыми «богами» были Филатов, Дуровы, Кио и некоторые другие. Эти «генералы», как и Олег, возили за собой несколько номеров друзей и родственников. Поэтому в одной программе они часто сталкивались друг с другом. Одну группу привез с собой «гастролер», другую — Олег. А ведь в программах Олега Попова собирали только лучших артистов.

Однако так было не всегда. Иногда его просили поехать в Сибирь или на Дальний Восток, для того чтобы «взорвать кассу» и поднять интерес у публики в тех городах, где зрители перестали ходить в цирк. Тогда он приезжал с простой, очень недорогой программой, без «гастролеров».

Но в те годы возрастные и «звездные» артисты всегда «продавливали» свое мнение и доказывали, что программа должна быть такой, как им хочется. Часто это было вопреки, а иногда и просто назло клоуну.

Олег очень жестко спорил со старшими, доказывая правильность своей позиции. Это не было капризом. Олег выстраивал программу так, как было удобно для зрителей, для обслуги. А также для клоуна, чтобы показать себя в лучшем виде. Внутри общецирковой программы у клоуна имеется своя «клоунская программа»: от менее смешной к самой смешной репризе.

Старшие «гастролеры», как правило, не соглашались с его вариантами не потому, что он предлагал плохое, а потому, что они хотели показать свою власть. Показать, что они здесь хозяева и руководители. Нередко это приводило к закулисным скандалам.

Однако все уже знали, что Олег просто так свои позиции не сдает. Если речь шла о цирковой программе — главном деле его жизни, то он бился до последнего.

В 60-е годы еще большее значение приобретает для него семья. Саня становится артисткой цирка и с головой погружается в цирковую жизнь. Она берет на себя все тяготы цирковой семьи: переезды, упаковка-распаковка личных вещей. Цирковые неуютные кухни, контакты с женами партнеров и завистников, бытовые конфликты.

У Олега подрастает дочка Ольга. Когда ей исполнилось четырнадцать, ее отдали в цирковое училище — то же, которое заканчивал Олег. И жанр ей предложили близкий к тому, что делал Олег Попов. Она стала готовить номер «Танцы на проволоке». Девушка была миловидная и успешно окончила училище. Работать начала, конечно, в программе отца.

В это время в советском цирке на манежах блистали несколько изумительных жонглеров экстра-класса. Таких как Аберт, Сергей Игнатов. Одним из лучших в те времена был молодой выпускник циркового училища Евгений Беляуэр. Высокий, стройный, черноволосый парень носил прическу, как у «Битлз». Он буквально «зажигал» зал своим жонглированием. В финале номера виртуозно жонглировал тремя предметами и при этом энергично крутил головой. В него влюблялись многие девушки. Влюбилась и Ольга. Когда они поженились, многие друзья Евгения, шутя, дразнили его, говорили, что он женился на «золотом мешке». Многие были уверены, что для него это был брак по расчету. Евгения это очень задевало. Ведь у них с Ольгой действительно были настоящие чувства.