Александр Измайлов – Тайна Укокской принцессы (страница 12)
– О, Великий Дух воды, услышь меня! Я знаю, что твой голос звучит в потоках рек, в струях дождя и каплях росы. Яви себя! Пошли дождь в верховья реки Тарибон на благо племени киртов! Даруй им длинную жизнь и здоровое потомство, как даруешь жизнь земле, орошая её живительной влагой! Мы чтим тебя!
После ритуального восхваления и просьб девушка бросила в костёр лоскутки голубой материи, символизирующей чистую воду.
Огонь с жадностью набросился на свёрток, запахло палёным.
Провидица просила у Духов дождя в верховьях реки, и дождь прошёл где-то далеко, где начиналось русло, но уже к утру запруда начала заполняться мутной водой, постепенно превращаясь в большое озеро.
Утром над отрядом киртов только плотно сгустились тучи, но дождя не было. Вскоре появился один из разведчиков Радула и сообщил:
– Вечером вражеское войско пересекло нашу границу и вошло в пределы восточных земель. Враги идут по руслу реки и будут здесь к середине дня или раньше, – торопливо доложил он, соскакивая с коня.
Больше всех был поражён всем происходящим Радул. Только он один был свидетелем всей цепи предсказаний Нигирь, начиная от Совета старейшин и до этого дня. Он верил предсказаниям, но в глубине души надеялся, что они не сбудутся. Эта внутренняя противоречивость не помешала ему хорошо продумать встречу с врагом. Предсказания подтвердились.
– Что могло произойти, если бы Совет старейшин не внял бы моей просьбе – обратить внимание на предостережения девушки? – роились мысли в голове старого воина. – Сколько жизней мы сегодня спасаем, во всеоружии встречая врага!
Радул был уверен в победе над марсинами. Пусть они имели численный перевес, но внезапность нападения киртов должна была обеспечить им успех в сражении. Каждый из воинов знал свою задачу, все быстро разошлись по своим местам и затаились.
Ущелье замерло в преддверии битвы. Слышен был только шум прибывающей с верховья воды, она продолжала наполнять запруду. Воины наблюдали со скал, не издавая ни одного звука. Каждый молча готовился встретить врагов: кто-то молился Духам, кто-то мысленно разговаривал с родными, кто-то напряжённо всматривался в русло реки.
В середине дня появился первый отряд марсинов, около пятнадцати всадников-разведчиков. Они осторожно двигались двумя колоннами «след в след» по обеим сторонам реки. Это были опытные воины. Пока они, не спеша, осматриваясь, приближались к скалистым уступам самого узкого места в ущелье, кирты перекрывали им путь к отступлению. Воины Радула при помощи веревок, закреплённых за деревья, быстро и бесшумно спустились позади отряда марсинов. Десятки пар глаз лучников, десятки наконечников стрел были нацелены на колонну врагов.
Раздался гортанный крик одного из разведчиков. Марсинов насторожила свежая высокая запруда впереди, перегородившая узкий вход в ущелье. Предчувствуя засаду, отряд начал поворачивать назад. Это послужило сигналом для киртов. В марсинов сверху полетели копья, стрелы и камни. Надо было быстро уничтожить отряд, пока враги не подняли шума и не прорвались назад. Марсины в панике, озираясь, беспорядочно отстреливались из луков. Двое из них попытались прорваться назад по ущелью, но воины Радула встретили их тучей стрел. Бой закончился очень быстро.
Радул дал команду убрать все следы скоротечной схватки, пополнив вооружение копьями и стрелами врагов. Трое кочевников оказались ранеными. Воины хотели с ними расправиться, но Нигирь остановила убийство. Она попросила Радула сохранить им жизнь и при помощи трёх ополченцев унесла их поглубже в лес – осмотреть раны. Радул был недоволен замешательством с пленными, но всё же разрешил девушке так поступить. Двое из кочевников, покрытых кровью и пылью, уже расставались с жизнью, сделать что-либо было невозможно – по телам их пробегали предсмертные конвульсии. Третий, молодой парень, дышал в изнеможении открытым ртом. Девушка дала ему напиться из деревянной чашки, и он жадно припал к её краям окровавленными губами. Стрела попала ему в шею, а копье поранило руку. От кочевника исходил сильный запах крови. Одной рукой он пытался зажать рану на шее. Воина била крупная дрожь от страха смерти, он затравленно смотрел на девушку и воинов, сопровождавших её. Его соплеменники не оставляли пленных врагов в живых, их казнили медленно и мучительно.
Нигирь осторожно отодвинула его руку и предложила сесть, прислонившись к дереву. Юноша послушался и что-то хрипловато произнёс, склоняя голову.
– Вот они – воины марсинов… Смуглые, с растрёпанными степными ветрами тёмными волосами, простые и жестокие люди. Душегубство – их работа, – мысленно рассуждала Нигирь, омывая водой его рану. – Они отличаются силой и выносливостью и умеют только убивать. Но попросит ли этот воин в отчаянии прощения? А если останется в живых, не вернётся ли снова в эти леса?
Юноша истекал кровью. Нигирь достала из мешочка, прикреплённого на поясе, серовато-зелёный порошок. Как только он коснулся кожи шеи кочевника, кровь стала запекаться и останавливаться. Воины-кирты заворожено наблюдали за действиями девушки.
К поляне подошёл Радул. Он был хмур и сосредоточен.
– Свяжите его и оставьте здесь, пока женщина делает свою работу, – приказал он воинам. – Потом решим, как с ним поступить, он пришёл сюда убивать, – добавил Радул, поймав встревоженный взгляд Нигирь. Предводитель воинов тряхнул седыми волосами. Одним ударом кинжала в грудь он мог бы лишить врага жизни, отомстить за сына… Но Радул не убивал ради убийства.
– Он умрёт позже, – голос предводителя воинов был сух и твёрд.
Радул пошёл к ущелью, следом за ним, последовали три воина, не задавая лишних вопросов. Связанный кочевник остался лежать под деревом, глядя на Нигирь с отчаянием и болью.
Глава 7
Битва в ущелье
Полуденное солнце раскалило склоны ущелья. Радул рассредоточил своих воинов так, чтобы колонна марсинов находилась под обстрелом по всей протяжённости ущелья. Нелегко было растянуть цепочку лучников по длине ущелья в несколько тысяч шагов. Четырёхсот воинов заметно не хватало. Весть о приближении врагов принесли птицы, потревоженные появлением людей.
Для марсинов начавшийся день не предвещал ничего опасного, и они, пустив коней шагом, двигались по руслу реки. Вскоре воины-китры увидели авангард вражеского войска. Враги были так близко, что можно было разглядеть их лица. В плотном строю двумя колонами кочевники входили в ущелье. Впереди на гнедом жеребце выделялся их вождь Миромхэ. Его отличал остроконечный бронзовый шлем с пучком конских волос и блестящий щит, несущий на себе следы усердного употребления. Кроме этого, его тело защищали бронзовые оплечья и нагрудник из толстой кожи. В руке он держал тяжёлый и острый смертоносный бронзовый меч. Это был низкорослый, крепкий мужчина средних лет, его смуглое мужественное лицо было покрыто шрамами. Остальные марсины отличались простотой в одежде и вооружении: деревянные щиты, обтянутые кожей, луки, копья, на поясах висели короткие мечи. Не знающие гребней чёрные волосы, достигающие плеч, были перехвачены кожаными обручами, а смуглые тела прикрывали грубо выделанные овчинные куртки-безрукавки. Только у марсинов побогаче были полудоспехи, и лошади их были защищены кожаными накладками на груди и боках. Поток воинов, входящих в ущелье, не прерывался. На пыльных широкоскулых лицах блестели белки глаз, цепко оглядывающих скалы.
Всадники прошли в глубь ущелья и приблизились на расстоянии полёта стрелы от поворота к запруде. Радул терпеливо ждал, когда каменная клетка будет заполнена марсинами. Он уже был готов к схватке, хотя в глубине души не желал больше ощущать запах войны, запах смерти.
«Никто вас не звал сюда, сами пришли за своей смертью. Несдобровать надменному Миромхэ и его своре», – недобро усмехнулся своим мыслям предводитель воинов-киртов.
Пройдя за выступ ущелья, вождь марсинов увидел запруду из брёвен, перегородившую реку от одного берега до другого.
Миромхэ почувствовав опасность, издал боевой клич, останавливающий движение кочевников, это и послужило для киртов сигналом к бою. Сражение развернулось по всему ходу ущелья. Несколько десятков марсинов пытались вырваться назад, но Радул предусмотрел и это, завалив выход из ущелья срубленными деревьями. Затрубил рог киртов. Одновременно по всей длине ущелья со скал в марсинов густо полетели стрелы и копья. Лошади марсинов ржали и вставали на дыбы, пытаясь избежать укусов стрел. Кричали и ругались кочевники, чьи кожаные одежды легко пробивали стрелы. Десятки всадников рухнули с коней. Для спрятавшихся в засаде воинов-киртов враги были как на ладони. Облачённые в кожаные панцири, они то вставали во весь рост, то прятались за камнями и деревьями. Одни бросали длинные копья и камни, другие – стреляли из луков. Марсины заметались. Раненые подталкивали других вперёд, а упавшие лошади перекрывали путь к отступлению. Самое большое замешательство произошло в узком месте ущелья. Некоторые марсины, гарцуя на конях, открыли ответную стрельбу из луков. Однако ответные стрелы кочевников не наносили большого вреда, поскольку кирты ловко прятались за каменистыми стенами ущелья. Большинство врагов только пыталось укрыться, прижимаясь к стенам ущелья и скрываясь за валунами, но сверху на них посыпались камни. Попавшие в засаду враги разразились пронзительными криками и в страхе метались, сшибая друг друга с коней, затаптывая под копытами упавших.