Александр Измайлов – Тайна Укокской принцессы (страница 11)

Мужчины были поражены речами Нигирь, её спокойствием и уверенностью в утверждениях. Они молча обдумывали сказанное.

Первым нарушил молчание Радул.

– Если верить твоим словам, Нигирь, то марсины уже давно готовы к нападению. Мужчин в поселении Пагуст мало. Тотун со своими воинами доберётся до поселения только за сутки. За это время марсины успеют уйти в свои земли. Хорошо они всё продумали! Десять лет не было, между нами, стычек, значит, решили поживиться на чужих землях вместо того, чтобы растить и умножать свои стада на степных просторах. Но их чёрные замыслы не сбудутся!

Радул не на шутку разошёлся в своём возмущении. Он уже принял в душе предупреждение Нигирь и вынашивал план встречи врагов. Предводитель отрядов сжал кулаки.

– Я знаю, где нужно сделать засаду! – вмешался в разговор Тотун. – Я хорошо знаю реку, все её повороты. Там есть одно место – узкое, но длинное ущелье с отвесными склонами. Река петляет по его дну, а по сторонам склонов высятся деревья.

Молодой воин помолчал, прикидывая расстояние, и торопливо выпалил:

– Несколько тысяч шагов длится это ущелье. А шириной не больше одной сотни шагов. Лучшего места для засады не сыскать! С высоких каменистых краёв ущелья можно метать копья и пускать стрелы.

В этот момент полог откинулся, и в землянку вошли два воина. Они принесли для гостей нехитрое угощение: в горшке дымилась похлёбка с пшеном и луком, а в деревянной чашке лежали куски жареной дичи.

Проголодавшиеся Радул и Нигирь ненадолго прервали разговор. Девушке хватило несколько ложек похлёбки, чтобы насытиться. Радул и Тотун ели долго и неторопливо, наслаждаясь горячей пищей. У них, как и у других воинов, было незыблемое правило – при возможности есть и отдыхать «в запас», потому что неизвестно, когда это удастся в следующий раз.

Нигирь продолжила разговор, чтобы не терять драгоценное время:

– Нужно взять с собой побольше прочных верёвок, послать за ними гонца в Пагуст. И ёще будут нужны топоры…

– Что ты задумала? – удивлённо перестал жевать Тотун.

– Когда приедем на место, расскажу, – уклончиво ответила девушка.

Сборы отрядов были быстрыми. Всего несколько воинов остались в лагере. Радул отправил двух гонцов в Пагуст, тщательно нарисовав для них на земле место, куда должно прибыть ополчение киртов.

К середине следующего дня отряды достигли русла реки Тарибон. Обмелевшая река даже не прикрывала большие валуны. К вечеру, двигаясь по руслу реки, отряд приблизился к ущелью. Радул дал команду расположиться на небольшой поляне на берегу и выслал разведчиков к границам земель марсинов. Ночь на ковре из благоухающих трав прошла без происшествий. Под лёгкий шум воды речки воины быстро заснули безмятежным сном. Заснула и Нигирь, полюбовавшись свечением ярких звёзд на тёмно-синем небе. Никто не потревожил бдительных дозорных. Только редкие крики ночных птиц да потрескивание костров нарушали безмятежную тишину у реки.

Рано утром Тотун, Радул и Нигирь поехали вперед по руслу реки. Они хотели сами убедиться в правильности своего замысла, а потом уже всё разъяснить своим воинам. Словно некий Дух рассёк скалу боевым топором, и река устремлялась в узкий проход в скалах. Дальше она текла наклонно вниз, ускоряя свой бег, гневно пенилась, обтекая большие валуны на своём пути. Мелкие овальные и скользкие камни под ногами коней затрудняли движение. Склоны вздымались высоко над головой, в ущелье было сумрачно и прохладно. Воздух здесь был гуще из-за влажности от воды, которая казалась в этом месте мутной. Ещё один поворот, и река вновь стала совсем узкой и непокорной. Пришлось ехать прямо по воде. По бокам ущелья громоздились каменные стены в четыре человеческих роста. Вверху по обе стороны, как щупальца неведомых чудовищ, свисали оголившиеся и скрученные корни гигантских елей, растущих по краям ущелья. Лучи солнца едва достигали в этом месте берега реки, может, поэтому воины, сопровождавшие Нигирь, были с утра в мрачном настроении.

– Проклятье марсинам! Не дают спокойно жить нашему племени. Разве не хватает им сочных трав в долинах? Хотят кровью обагрить живительные воды горных рек. В лесах обитает много оленей, зайцев и других зверей. Почему не хотят охотиться, если их дети и жёны голодают? Ждут лёгкой наживы! Ведь живёт же племя уручей в лесах и научилось многому у нашего племени. Из-за нападения марсинов не сможем вовремя собрать урожай, – ворчал всю дорогу Тотун.

Радул сосредоточенно молчал. Оба воина были в полном боевом снаряжении. Нигирь тоже была вооружена луком, с колчаном стрел и коротким ножом, висевшем в ножнах на поясе. Она никогда не хотела быть воином и знала о тяжести воздаяния за убийство. Стрельбой из лука она овладела для охоты, но предпочитала больше наслаждаться общением с обитателями леса. Лук применяла только, когда требовалось защититься в лесу или когда шаман Морок просил что-нибудь добыть для пропитания. У тел убитых животных Нигирь подолгу просила прощения у Духов леса и гор. Так заведено во Вселенной – «низшее существо» жертвует собой ради «высшего»: камень-минерал жертвует себя растению, растение – животному, а животное обеспечивает пищу человека. Человек тоже должен жертвовать «высшему» – безвозмездно отдавать часть своей духовной энергии Высшим мирам. Горе тому, кто забывает об этой жертвенности…

Лошади шли размеренным шагом, Нигирь и воины достигли выхода из ущелья. Река вновь стала ровной, как озеро, вода, раздвигая берега, разливалась широко и свободно.

Радул, прикрыв глаза ладонью, вновь оглядел склоны ущелья и первым предложил свой план действия отряда:

– Я уже с вечера отправил разведчиков вниз по реке, чтобы вовремя предупредили о приближении марсинов. Здесь действительно удобное место для засады.

– Только не здесь, а на входе в ущелье, – нетерпеливо перебил его Тотун. – Мы поставим воинов с луками и копьями по краям ущелья.

Радул согласился.

– Я тоже так считаю. А ближе к выходу из ущелья надо перегородить его стволами деревьев и ветками, чтобы лошади марсинов не прошли дальше. За этим укрытием тоже можно спрятать войнов.

Воины оживлённо, перебивая друг друга, обсуждали план засады. Нигирь молчала, не вмешиваясь в разговор бывалых воинов. Тахая, чуть замедлив шаг, немного отстала от других коней. Нигирь напряжённо думала, пытаясь представить будущую битву. Перед глазами проплывали лица воинов отряда, кому-то из них суждено погибнуть… Сострадание сжимало сердце девушки, в воздухе уже витал запах смерти. Избежать битвы было нельзя, но необходимо было всё продумать так, чтобы уменьшить потери. Силы были неравны. Марсины собрали около тысячи воинов. Их должны были встретить только три сотни киртов. Остальные воины из ополчения должны были подойти, но когда?

Нигирь продолжала всё обдумывать, чуть приотстав от Радула и Тотуна, пока они возвращались назад, к входу в ущелье. Перед последним поворотом она догнала воинов.

– Прошу меня выслушать, уважаемые предводители отрядов! Ваш план хорош, но ещё есть, о чём подумать.

Воины остановились под нависшей скалой, ожидая предложений девушки. Они оба интуитивно уже всецело доверяли её прозорливости.

– Давайте попробуем избежать прямой схватки с марсинами! Их много, и потери будут большими…

– Но как избежать этого? – недоумевая, спросил Радул, не сразу поняв суть замысла девушки.

– Посмотрите! – Нигирь показала на обе стороны ущелья с нависшими скалами. – Это самое узкое место в ущелье, здесь и надо встречать врагов. Деревья наверху можно подрубить и обрушить на марсинов, добавляя к ним крупные камни. Это место не видно из-за поворота, и враги не сразу заметят нас.

Воины оглядывали стены ущелья и слушали девушку, не перебивая.

– У входа в ущелье надо сделать на реке небольшую запруду. Её можно открыть, когда все воины войдут в ущелье. Поток воды затруднит движение их коней. Вход и выход можно завалить несколькими толстыми брёвнами.

– Но колонна их воинов будет растянута по всему ущелью, – неуверенно возразил Тотун.

– В этом месте – под скалами, мы их разъединим упавшими деревьями. Они окажутся в ловушке и не сразу придут в себя в суматохе. Они будут метаться, а их будут настигать стрелы наших воинов.

Радул тоже вмешался со своими сомнениями:

– Впереди марсинов будут идти разведчики. Они могут предупредить остальных об опасности, поэтому их надо всех уничтожить.

Нигирь первая тронула Тахаю к выходу из ущелья, где их уже ждали все воины сводного отряда.

Воины переглянулись и кивнули, в очередной раз доверившись дару предвидения девушки. Тотун на ходу поделился своими соображениями:

– Радул, я займусь запрудой. Когда подойдут мужчины из Пагуста, они мне помогут. Ты можешь начать валить деревья у середины ущелья. Жаль, что топоров у нас мало…

Радул кивнул и стал подробно объяснять воинам их расстановку по краям ущелья в его самом узком месте. Половина отряда Тотуна занялась запрудой, а другая осталась с Радулом. К середине дня подошло ополчение из Пагуста. Мужчин было больше сотни. Их привёл уже знакомый всем высокий Шемах. Он сразу смог понять замысел воинов, и его люди включились в работу по подготовке запруды. Многие из ополчения были вооружены топорами, которые очень пригодились. Воины трудились день и ночь, сменяя друг другу. Нигирь тоже нашлось дело. В одну из ночей, когда мрак сгустился, она удалилась от воинов подальше к лесу и разожгла ритуальный костёр. Ей предстояло выполнить всё, чему научил её Морок. Несколько раз она прошла, пританцовывая, вокруг костра, входя в особое состояние. Нигирь предстояло говорить с Духом воды. Костёр пылал очень ярко, блики его играли на раскрасневшемся лице девушки. Нигирь коснулась руками своего лба, потом вознесла руки к небу.