Александр Иванов – Земной Ад (страница 4)
– Но все же… – Инженер жестом показал на поле. – Идите по моим следам. Метрах так в пятнадцати от меня. И скажите барышень… держать за руки. Но лучше, конечно, на руках.
Он обернулся и бросил свой коронный клоунский взгляд на Лизу и «Принцессу», скалясь в ухмылке. – А то тут такое… бабахнет – и все, новые платья понадобятся. А с этим, я слышал, нынче напряженка.
– Выполняй, клоун, – беззлобно бросил Волков.
Козлов кивнул и, перекинув через плечо свой ящик с инструментами, пополз вперед. Он двигался с поразительной уверенностью, будто видел невидимые нити, натянутые между смертями. Он замирал, что-то рассматривал, потом делал следующий шаг. Его спина была единственным ориентиром в этом поле смерти.
– Слышали? – тихо спросил Волков у отряда. – Идем цепочкой. Без разговоров. Караев, ты везешь «Принцессу». Зимин, «Фиалку» – на себя. Если ошибешься – винить будет некого.
Сильный дагестанец без лишних слов подхватил «Принцессу». Та вскрикнула от неожиданности, но он лишь сурово цыкнул на нее: «Тише. Хочешь жить – не шевелись». Зимин, буркнув что-то про «легкий вес», взвалил Лизу на плечо, как мешок с картошкой.
Отряд, как призраки, потянулся за Инженером. Каждый шаг был пыткой. Земля под ногами, казалось, вот-вот взорвется. Волков видел, как Козлов то и дело останавливался, аккуратно перерезал проволоку или извлекал из земли маленькое, смертоносное устройство, бормоча себе под нос: «А вот и птичка… Сейчас мы тебе хвост подрежем».
Они прошли так уже больше половины пути, когда Инженер замер перед очередным подозрительным бугорком. Он медленно обернулся, и на его лице не было ухмылки. Была сосредоточенность.
– Стой! – его голос прозвучал как щелчок затвора. – Не шевелиться. Тут серьезный сюрприз.
Все застыли. «Принцесса» зажмурилась, уткнувшись лицом в плечо Караева. Лиза, вися через плечо Зимина, смотрела на Инженера со странным восхищением.
Волков наблюдал, как его сержант, не дыша, провел пальцами по земле, а потом, с хирургической точностью, воткнул в нее тонкий щуп.
– Фугас… – прошептал он. – Нажимного действия. Очень хитрый. Еще и с защитой. Прямо на тропе.
Он посмотрел на Волкова. В его глазах читался вопрос. Обойти? Или обезвредить?
– Твое решение, сержант, – тихо сказал Волков, полностью доверяя его профессионализму.
Козлов кивнул, и в его глазах вспыхнул азарт охотника, столкнувшегося с достойным зверем.
– Сейчас, командир… Сейчас мы его… развеселим.
Он уже собирался развернуться, чтобы продолжить свой смертельный танец с минами, как сзади, из багровых сумерек, донёсся нарастающий грохот и дикое улюлюканье.
На дорогу позади них выкатилось нечто, что когда-то было «буханкой» УАЗиком. Теперь это была адская колесница: вся испещрена углем и кровью, обмотана колючей проволокой, на боках и капоте были намалёваны те самые кощунственные символы. Из её окон высовывались истерично кричащие фигуры в самодельных балахонах.
– Инженер, шевелись! – коротко бросил Волков, его голос был как удар клинка. Потом он обернулся к отряду: – Всем замереть на месте! Не сходить с тропы! Целиться в тех, у кого оружие дальнего боя! Видите ствол – валите без жалости! Если только дубины – плевать, пусть бегут.
В голове у Волкова, пока он поднимал автомат, пронеслась одна горькая мысль: «Ну почему этим тварям так везёт? Найти машину, ещё и на ходу, с бензином… Когда ж мне так повезёт?»
Цепочка замерла. Бойцы, не сходя с узкой безопасной тропы, вскинули оружие. Впереди, не обращая внимания на шум, сержант Козлов продолжал свою работу, склонившись над смертью. Сзади на них несся рёв мотора и вопли.
В машине было четверо. Трое с дубинами и ножами. И один – на пассажирском сидении – с пистолетом. Он высунулся по пояс, размахивая оружием и что-то выкрикивая.
– Старик, пистолет, – тихо сказал Волков.
Выстрел Уйгурова прозвучал почти как щелчок. Голова культиста с пистолетом дёрнулась, и он беспомощно повис. Машину на секунду повело.
И тогда оставшиеся трое, видя мёртвого лидера, впали в ещё большее безумие. Водитель, с искажённым яростью лицом, резко вывернул руль, направив свой уродливый УАЗ прямо на застывшую цепочку солдат.
У Волкова даже мелькнула надежда – сейчас они заглохнут или свернут… Но нет.
УАЗ с рёвом сорвался с дороги, подпрыгнул на кочках и…
Ослепительная вспышка, оглушительный взрыв. Переднее колесо машины угодило точно на одну из мин.
Колесницу культистов подбросило, она перевернулась в воздухе, разбрасывая обломки, клочья тряпья и куски плоти, и рухнула на бок, объятая пламенем. На секунду воцарилась тишина, нарушаемая только треском огня.
Волков медленно опустил автомат. Надежда завладеть машиной растворилась в дыму вместе с останками культистов.
– Ну вот… – раздался спереди невозмутимый голос сержанта Козлова, не отрывавшегося от работы. – Проехали. Продолжаем, командир? До ворот рукой подать.
Волков кивнул, снова глядя вперёд, на базу. Одна угроза миновала. Но они всё ещё были в самом сердце минного поля. И тишина вокруг была обманчивой.
Пока сержант Козлов с хирургической точностью обезвреживал последние мины на пути к воротам, в застывшей на тропе цепочке бойцов происходило свое, не менее напряженное действо.
Девушек быстро, почти не глядя, передавали по цепочке с конца строя в его середину – подальше от края поля и возможных новых гостей. Действовали солдаты молча, но сам процесс выглядел абсурдно.
«Принцессу» несли почти на руках. Она была бледна как полотно, дрожала и, оказавшись в относительной безопасности между массивными спинами, начала захлебываться словами:
– Ой, спасибо вам, огромное спасибо! Я вам так благодарна! Я… я никогда не забуду! – она всхлипнула, пытаясь привести в порядок свои растрепанные волосы. – Я обязательно всех вас упомяну! Как только все закончится, я сделаю про вас пост! Миллионы просмотров, я обещаю! Вас все узнают!
Взвод замер на секунду, а потом по нему прокатилась волна сдавленного смеха. Кто-то фыркнул, кто-то покачал головой.
– Слышишь, Караев? – не оборачиваясь, сказал Зимин. – Ты скоро звездой станешь.
Лиза же, которую передавали чуть более грубо, восприняла это как личное оскорбление. Ее лицо покраснело не от страха, а от ярости.
– Да я сама могу! – прошипела она, когда ее буквально перебросили в следующие руки. – Отстаньте! Я не какая-то кукла! Со мной можно не так обращаться!
Ее пытались пристроить рядом с «Принцессой», но Лиза вырвала руку.
– Я не хочу с ней стоять! Я хочу быть полезной!
Волков, наблюдавший за этим цирком краем глаза, когда вся его концентрация была на Козлове и возможных новых угрозах, резко обернулся. Его голос не гремел, но в нем была такая стальная хватка, что все смешки и возмущения мгновенно смолкли.
– Тихо! – это прозвучало как щелчок затвора. Он посмотрел на Лизу. – Ты станешь полезной, когда научишься выполнять приказы, а не истерить. А пока ты – груз. Понятно?
Его взгляд скользнул по «Принцессе».
– А ты убери свою благодарность. Здесь платят только патронами. И то – редко.
Обе девушки замолчали, притихшие. Напряжение немного спало, сменившись тягостным молчанием.
В этот момент сержант Козлов поднялся во весь рост, отряхнул колени и обернулся к отряду. На его лице была та самая, знакомая всем, дурацкая ухмылка.
– Ну, всё, командир. Проход чист. Можно идти, как на курорт. Только санки с собой не брать – снега, я смотрю, не предвидится.
Цепочка медленно, все еще соблюдая дистанцию, двинулась за ним. Последние метры до ворот базы были самыми долгими. Вот они – ржавые, распахнутые настежь ворота с обрывками колючей проволоки. За ними – пустынный плац, молчаливые ангары с зияющими дверями и казармы с выбитыми стеклами.
Ни души. Ни движения.
Отряд вышел с минного поля и замер перед входом. Тишина была оглушительной. База была цела, но мертва. Защитников, которые так яростно минировали подступы, здесь не было. Только ветер гулял по опустевшим коридорам, принося с собой запах ржавчины, пыли и чего-то давно угасшего.
Волков медленно провел рукой по лицу. Они дошли. Но что они нашли? Не убежище, а еще одну гробницу.
Глава 3: Эхо пустой крепости
Ворота со скрипом захлопнулись, и щелчок засова прозвучал оглушительно громко в мёртвой тишине. Волков мгновенно оценил обстановку: огромное открытое пространство плаца, по периметру – здания, сотни окон, как чёрные глазницы, смотрящие на них.
– Внимание всем, – его голос, приглушённый, но чёткий, нёсся по цепи. – Разбиваемся на двойки. Проверяем склады, арсенал, штаб, столовую. Всё, что на первом этаже. Цель – еда, патроны, любая полезная информация. Двигаемся как в зоне поражения. Предполагаем, что везде противник. Любой контакт – доклад по рации мгновенно. На связь каждые пять минут. Зимин, Караев – арсенал. Козлов, Новиков – склады ГСМ и продовольствия. Остальные – штаб и казармы.
Отряд, не теряя ни секунды, бесшумно рассыпался, исчезая в тёмных проёмах зданий. Плац опустел за несколько секунд.
Волков жестом указал на массивную бетонную трибуну для построений, стоявшую у края плаца. – Старик, с нами. Девушки, за трибуну. Не высовываться.
Уйгуров молча занял позицию у угла трибуны, его СВД легла на бетонный парапет, накрывая всё пространство перед ними. Волков прислонился к стене, его автомат на груди, взгляд постоянно сканировал площадь и здания.