Александр Харонов – Миллиардер по ту сторону (страница 6)

– Why?

– Потому что у меня в голове сидит Рокфеллер и предлагает наставничество.

– That sounds like a missed opportunity, – спокойно ответил тот. (Похоже, это была упущенная возможность)

Макс посмотрел на него долгим взглядом.

– Ладно, Джон, – сказал он наконец. – Но сразу предупреждаю.

– I am listening.

– Если ты попробуешь заставить меня продать квартиру и вложиться во что-нибудь гениальное – я начну пить.

– Vodka?

– Именно.

Рокфеллер усмехнулся.

– Then we shall avoid that scenario (Тогда мы сможем избежать такого сценария).

Макс вдруг понял: он больше не думает о том, сошёл ли он с ума.

Он думает о том, что с этим делать.

А это было гораздо опаснее.

Небольшая договорённость с читателем

Прежде чем продолжить, автор считает нужным предупредить: все дальнейшие диалоги между Максом и Джоном ведутся на английском языке.

Однако, чтобы не перегружать русского читателя ломаным английским Макса, мысленными попытками вспомнить времена Present Perfect и сносками размером с диссертацию, автор берёт на себя смелость давать перевод реплик сразу на русский.

Да, при этом теряется часть языкового колорита.

Зато сохраняется читатель. А читатель нам ещё нужен живым и в здравом уме.

Глава 3. Все только начинается.

Макс накинул старый свитер и пошёл на кухню, стараясь не делать резких движений – не потому, что боялся, а потому что утро и так уже пошло не по плану.

Призрак шёл следом.

Вернее, перемещался – без шагов, без звука, но почему-то строго по траектории Макса, как воспитанный гость, не желающий заглядывать в чужие комнаты без разрешения.

Кухня встретила их честно и без прикрас.

Маленький стол.

Две кружки.

Газовая плита, которую давно пора было отмыть.

Подоконник, заставленный банками с чем-то сушёным, подозрительно травяным и явно не из супермаркета.

Джон медленно огляделся.

– Скромно, – сказал он после паузы. – Но, по крайней мере, чисто. Это редкое сочетание.

– Я стараюсь, – буркнул Макс и полез в шкафчик. – Чай будешь?

– Чай? – Джон приподнял бровь. – Ты не пьёшь кофе?

– Не пью.

– Почему?

– Потому что хочу дожить до старости без тремора рук и ненависти к человечеству.

Джон усмехнулся.

– Смелая цель.

Макс достал чайник и налил воду.

– Это не обычный чай, – добавил он, будто оправдываясь. – Зверобой.

– Зверо… что?

– Трава такая.

– Конечно, – кивнул Джон. – В моей молодости люди тоже пили травы. Обычно потому, что другого выбора не было.

Макс бросил взгляд на банки.

– Мама собирала. Говорит, полезно для нервов.

– Сочувствую твоей матери, – сказал Джон, разглядывая подоконник. – Если она решила, что тебе это нужно.

Макс хмыкнул.

Он поставил чайник, достал две кружки и автоматически поставил одну перед стулом, на котором… никто не сидел.

Он замер.

Посмотрел на кружку.

Потом на Джона.

– А ты вообще… – он замялся, – пьёшь?

– Иногда, – ответил тот. – Но не так, как ты предполагаешь.

– Отлично, – вздохнул Макс. – Тогда просто… символически.

Он налил чай.

Аромат зверобоя тут же заполнил кухню – тёплый, чуть горький, домашний.

Макс осторожно пододвинул кружку ближе к Джону.

– Вот.

Джон посмотрел на неё с интересом.

Потом протянул руку.

Рука прошла сквозь кружку.

Кружка, не встретив сопротивления реальности, накренилась, задела край стола и с глухим звуком упала на пол.

Чай разлился тёмной лужей.

Они оба посмотрели вниз.

– Ну… – сказал Макс после паузы. – По крайней мере, ковра нет.

– Ты очень спокойно реагируешь, – заметил Джон.