Александр Харонов – Миллиардер по ту сторону (страница 5)

Точно. Без колебаний.

У Макса задрожали пальцы.

Это был момент, когда последняя линия обороны рухнула.

Он медленно опустился на стул напротив призрака.

– Значит, – сказал он тихо. – Либо я окончательно поехал…

Он посмотрел Рокфеллеру прямо в лицо.

– …либо ты правда здесь.

Рокфеллер слегка наклонил голову.

– I prefer the second option. (Я предпочитаю второй вариант)

Макс закрыл глаза.

Не для того, чтобы проснуться.

А для того, чтобы собраться.

Потому что если это правда – жизнь только что перестала быть прежней.

А если нет – ему очень скоро понадобится помощь.

Языковой барьер

(с чёрным юмором и облегчением для читателя)

Макс сидел напротив призрака и вдруг понял, что устал бояться.

Не потому, что страх исчез. А потому, что страшнее уже не станет.

– Подожди, – сказал он, поднимая ладонь. – Один важный вопрос.

Он говорил на английском, медленно, подбирая слова, как человек, который несёт в руках хрупкий предмет и боится уронить грамматику.

– You… know Russian?

Рокфеллер прищурился. В его взгляде мелькнула тень усмешки – почти человеческой.

– A little, – ответ пришёл с ленивой иронией. – Very little. (очень мало)

Макс напрягся.

– How little? (насколько мало?)

– Let me think. (Дай подумать…)

Рокфеллер сделал паузу. Демонстративную.

– Balalaika.

– Уже неплохо, – кивнул Макс.

– Vodka.

– Ожидаемо.

– Bear. А… э… medved… medved’ (уже мягче повторил он, словно пробуя это слово на вкус)

– Классика.

– And… na zdorovie.

Макс закрыл лицо ладонью.

– Отлично, – сказал он. – Просто отлично. У меня в квартире сидит призрак миллиардера, который знает русский на уровне туристического магнита.

– I believe this covers most situations, – невозмутимо заметил Рокфеллер. (я думаю это применимо в большинстве ситуаций)

Макс рассмеялся. Коротко и нервно.

– Ладно, – сказал он. – Тогда так. Мы говорим по-английски. Медленно. Очень медленно. Как будто я… – он поискал слово, – intellectually damaged.

– You are not damaged, – спокойно ответил Рокфеллер. – You are undertrained. (Вы не травмированы, – – Вы недостаточно тренированы)

– Спасибо, – буркнул Макс. – Очень поддержал.

Он вдруг понял ещё одну вещь и хмыкнул:

– Слушай… Джон.

– Yes?

– А ты вообще понимаешь, где ты сейчас?

Рокфеллер оглядел комнату. Но не как призрак, а как деловой человек, оценивающий помещение.

– This is not my house, – сказал он. (это не мой дом)

– Уже хорошо.

– The objects are unfamiliar. (Эти предметы мне незнакомы)

– Это двадцать первый век.

– …and you are poor. (и вы – бедны)

Макс поперхнулся воздухом.

– Эй!

– I do not mean it as an insult, – уточнил Рокфеллер. – Merely an observation. (– Я не хотел вас оскорбить. Это просто наблюдение.)

Макс задумался.

– Знаешь, – сказал он. – Когда призрак миллиардера называет тебя бедным… это как-то особенно мотивирует.

– Then perhaps this situation is not entirely unfortunate, – заметил Рокфеллер. (Тогда, возможно, эта ситуация не такая уж и неудачная)

Макс посмотрел на него. Впервые – не с ужасом, а с подозрением.

– Только не говори, что ты пришёл меня учить жить.

Рокфеллер слегка улыбнулся.

– I came because you invited me. (Я пришёл, потому что ты меня пригласил.)

Пауза.

– But I might stay… because you need me (– Но я могу остаться… потому что я тебе нужен).

Макс вздохнул и откинулся на спинку стула.

– Ну всё, – сказал он. – Теперь точно психушка.