Александр Харонов – Миллиардер по ту сторону (страница 8)

Макс удивлённо моргнул.

– Двадцать третье.

Рокфеллер медленно кивнул.

– Девяносто семь, – сказал он. – Значит, не хватило трёх лет.

Он задумался, словно прикидывая проценты упущенной прибыли.

– Обидно, – добавил он наконец. – Но не катастрофа.

Повисла пауза.

– А… – Макс почесал затылок, – вас… как хоронили?

Вопрос был неловкий. Из тех, которые в обычной жизни не задают. Но обычная жизнь, кажется, временно вышла из чата.

– Спокойно, – ответил Рокфеллер. – Без цирка.

– Без золотого гроба?

– Я бы этого не одобрил, – усмехнулся он. – Деньги должны работать. Даже после смерти – хотя бы в виде примера.

– Людей много было?

– Достаточно. Но я просил без пафоса. Похороны – это для живых, не для мёртвых.

Он сделал паузу.

– Где?

– Кливленд. Lake View Cemetery.

Рокфеллер кивнул ещё раз, уже удовлетворённо.

– Хорошее место. Тихое. Я его выбирал.

Он снова посмотрел в окно. Снег всё падал.

– Значит, – сказал он наконец, – я мёртв уже почти девяносто лет.

Макс невольно усмехнулся.

– Если вас утешит, вы всё ещё очень известны. Вас до сих пор вспоминают, изучают, ругают, цитируют.

– Это нормально, – ответил Рокфеллер. – Плохих забывают быстрее.

Он повернулся к Максу и впервые за всё утро улыбнулся – не призрачно, а почти по-человечески.

– Что ж, – сказал он. – Похоже, у меня осталось всего три года.

– В смысле? – не понял Макс.

– До ста, – пояснил Рокфеллер. – Я не люблю незакрытые цели.

Макс посмотрел на призрака. Потом на мокрое пятно на полу. Потом снова на призрака.

– Вы вообще понимаете, – сказал он тихо, – что это теперь моя проблема?

– Конечно, – спокойно ответил тот. – Именно поэтому я здесь.

Макс поставил на плиту сковородку. Яйца нашлись. Хлеб тоже. Мир, несмотря ни на что, позволял завтракать.

Это немного успокаивало.

Он нарочно делал всё медленно: разбил яйцо, посмотрел, как желток растекается, посолил. Включил вытяжку. Запах был самый обычный – домашний, утренний. Такой, каким пахнет жизнь, когда она ещё не окончательно съехала с рельс.

Рокфеллер стоял у стола и наблюдал.

– Ты продолжаешь есть, – заметил он.

– А что мне остаётся? – буркнул Макс. – Если перестану, это будет уже совсем подозрительно.

Он сел, откусил хлеб.

И тут зазвонил телефон.

Макс вздрогнул так, будто звонок был выстрелом.

Он посмотрел на экран.

Дима.

– Только этого не хватало… – прошептал он и, бросив быстрый взгляд на призрака, прижал телефон к уху.

– Ну что, магистр потусторонних наук, – бодро раздалось в трубке. – Как тебе вчерашний шабаш? Душу Рокфеллера в итоге вызвали или он в налоговой застрял?

Макс сглотнул.

– Нормально, – сказал он осторожно. – Поржали.

– Вот! Я же говорил.

– Угу.

– Медиум твоя – огонь. Как она там объясняла? Про прямую загрузку мыслей из астрала?

Макс машинально кивнул, забыв, что его не видят.

– Да, что-то такое.

Рокфеллер тем временем подошёл ближе. Он смотрел на телефон с неподдельным интересом, слегка наклонив голову.

– Ты сейчас разговариваешь… – сказал он тихо, – с кем-то отсутствующим в помещении?

Макс поднял палец, жестом прося тишины.

– Подожди, – прошипел он.

– Макс, ты там вообще жив? – продолжал Дима. – Ты какой-то… не такой.

– Я… завтрак готовлю, – быстро ответил Макс. – Всё нормально.

– Один?

– Один, – соврал он и тут же почувствовал себя идиотом.

– Ладно, – хмыкнул Дима. – Если вдруг начнёшь слышать голоса – звони. Я знаю отличного врача.

– Очень смешно, – сказал Макс и нажал «сбросить».

Он положил телефон на стол и выдохнул так, будто только что пересёк минное поле.

– Это было близко, – сказал он.

– Интересно, – произнёс Рокфеллер, глядя на устройство. – Что это?

– Телефон, – ответил Макс автоматически. – Смартфон.