Александр Харин – Оливер Фрай: Причал грёз. Книга 1 (страница 1)
Александр Харин
Оливер Фрай: Причал грёз
Глава
Часть 1
Глава 1
Я закрыл глаза и вдохнул тонкий, терпкий аромат мандариновой кожуры. Пальцы нащупали неровность, и в воздух брызнула струя сока. Сидя на подоконнике, я медленно очищал фрукт, позволяя долькам падать в миску. За окном не переставая шел дождь. Капли чертили на стекле прозрачные дорожки, торопливо сбегая вниз. Август на дворе, а у погоды осеннее настроение.
На холме справа от нашей горы, вдоль всего горизонта, светлячками растянулась трасса. В детстве я мог часами сидеть вот так вечерами, провожая взглядом огоньки машин. У меня была своя игра: выбрать самую отстающую машину и болеть за нее, чтобы она обогнала всех до самого края земли, пока трасса не кончится. Взрослея, про игру забываешь, но сегодня, глядя на бегущие огни, я снова поймал себя на том, что выбираю "свою".
В этот раз азарт захлестнул с новой силой.
Я всматривался в фары, летящие сквозь дождь, как вдруг сознания коснулась мимолетная, почти неуловимая картинка. Я замер, пытаясь удержать ее в фокусе, выловить из темноты подсознания.
Воспоминание? Или… сон?
Глаза распахнулись. Сегодня утром на кухне упала кастрюля, и я резко проснулся, а последний кадр так и застрял где-то в лабиринтах памяти, занозой. На картинке была зеленая, залитая солнцем поляна и люди. А одна из них – девушка с огненно-рыжими волосами. Я помнил это совершенно точно. И с тех пор этот образ, словно навязчивый мотив, то и дело вспыхивал перед глазами, выныривая из ниоткуда в самых разных ситуациях.
Хм. Странно. Но больше я не помнил ничего. Ни лиц, ни голосов. Только это приятное, тягучее послевкусие, с которым не хотелось расставаться.
– Интересно, – произнес я.
Мысли о сне заставили желудок напомнить о себе. Я сполз с подоконника и отправился на кухню на поиски съестного. Пришлось красться по темному коридору, нащупывая путь, пока пальцы не наткнулись на заветную дверную ручку. В ящике Пандоры, он же холодильник, меня ждал кусок ветчины. Я жадно проглотил его и довольный нырнул обратно в постель.
Но среди ночи проснулся. Просто открыл глаза, не понимая, что меня разбудило. Сквозь шторы пробивался бледный, тусклый утренний свет, рисующий на полу размытые полосы. Часы показывали 3:38. Черт. По ощущениям было уже часов шесть, и скоро вставать.
В памяти ворочались обрывки какого-то мутного сна: люди в доме, они что-то искали. Бессвязный набор картинок. Я сходил на кухню, выпил воды и снова упал в кровать, глубже зарываясь в подушку.
Лежа, провел рукой по волосам, и это простое движение вызвало странное, щемящее чувство. Будто несколько часов назад я точно так же проводил рукой… по чему-то другому. По густой, упругой траве.
Сон подкрался незаметно, обволакивая, как течение горной реки. Сначала ты барахтаешься, пытаешься ухватиться за берег, отчаянно работаешь руками, но поток неумолимо уносит тебя, картинки мелькают с бешеной скоростью, не давая сосредоточиться. А потом ты сдаешься, теряешь контроль над телом, и вот уже плывешь спокойно, отдавшись на волю течения. И тогда, в этой тишине, краски становятся ярче, появляются запахи, и ты чувствуешь каждую травинку под собой. Сон становится чем-то большим…
В этот раз я снова оказался на той самой солнечной поляне. Только теперь лежал в траве на своей собственной кровати, задрав голову к небу. Абсурдность ситуации не смущала. Солнце мягко касалось лица, ветер перебирал волосы, принося с собой густой, пьянящий аромат цветов и свежескошенной травы.
Я приподнялся на локтях, запустил пятерню в волосы – они, как всегда после сна, торчали в разные стороны.
Взгляд упал на небо. Там, в вышине, парил воздушный змей. Нить, уходящая от него вниз, терялась за холмом. Я поднялся и пошел туда. Трава доходила почти до колен, мягко касаясь ног. Взобравшись на холм, я увидел мальчика. Он сидел, скрестив ноги, на примятой траве и читал книгу, а веревка от змея была привязана к небольшому колышку рядом. Мальчик поднял голову и улыбнулся мне, как старому знакомому, поманив рукой.
Подойдя ближе, я попытался разглядеть его черты. Светлые, чуть взлохмаченные волосы трепал ветер. Джинсовый комбинезон на лямках, красная рубаха. Но лицо… лицо ускользало. Словно я смотрел на несколько лиц одновременно, наложенных друг на друга. Улыбка широкая, искренняя была отчетливой. Веснушки на щеках собрались в смешные кучки. На руках я заметил свежие царапины и темное пятно, похожее на засохший клей.
Парень отложил книгу. Я попытался прочесть название, но буквы расплывались, прыгали с места на место. Обложка была странной: ровно половина белая, половина – черная, а посередине красовался треугольный знак, которого я никогда раньше не видел и незнакомые символы.
Затем мальчик потянулся к колышку, отвязал веревку и протянул ее мне. Я взял ее, не раздумывая и тут же почувствовал легкий, но уверенный рывок вверх. Воздушный змей взмыл, натягивая нить, и я, не ощущая ни грамма тяжести, оторвался от земли.
Через несколько секунд подо мной уже расстилалась вся долина: бескрайний луг, холмы, справа темнел лес, слева блестела гладь пруда или реки, а впереди, в дымке, виднелся небольшой город. Змей плавно и неуклонно нес меня прямо туда.
Когда мы приблизились к городу, я начал медленно снижаться, получив возможность рассмотреть детали. Он оказался небольшим, скорее деревня, но с добротными каменными постройками. В центре возвышалась площадь с высокой, устремленной в небо башней.
Внезапно снижение ускорилось, и через несколько секунд я уже стоял на каменной брусчатке прямо в центре площади. Едва отпустил веревку, змей мгновенно взмыл обратно в небо и исчез в облаках.
Я огляделся. Площадь была пустынна. Тишину нарушало лишь монотонное журчание воды в старом фонтане. Мой взгляд привлекло кафе с интригующей вывеской: «Тебе сюда». Сделав несколько шагов, я толкнул дверь. Над головой приветливо звякнул колокольчик.
Внутри тоже было пусто. Лишь за самым дальним столиком сидели три парня и девушка. Одного я узнал сразу – тот самый светловолосый мальчик в комбинезоне. А рядом с ним…девушка с огненно-рыжими волосы. Внутренний голос закричал: это она! Та самая картинка из моей головы, люди с поляны!
Пока я рассматривал их, один из компании заговорил:
– Ну, наконец-то! Ты где был?
– Э-э… Летел сюда на воздушном змее.
– Да это понятно. Мы тебя раньше ждали. Давай, садись, присоединяйся.
Он указал на свободный стул. Я послушно сел, чувствуя себя не в своей тарелке под их изучающими взглядами.
– Знакомься. Это Грим, – он кивнул на светловолосого в комбинезоне. – Это Леон, а это Джулия. Ну, а меня зовут Трикс.
Я кивнул, лихорадочно пытаясь запомнить имена – с этим у меня всегда были проблемы. Грима я уже видел, поэтому переключился на остальных. Лица по-прежнему было трудно разглядеть, словно сквозь мутное стекло, поэтому я сосредоточился на деталях.
Леон был самым высоким и, казалось, старше остальных. Темные волосы аккуратно зачесаны назад, на висках серебрилась легкая седина – то ли возраст, то ли груз ответственности. Строгий костюм, безупречная осанка выдавали человека важного. Джулия, напротив, была небольшого роста, с длинными рыжими волосами, которые крупными волнами спадали на плечи. Когда она чуть повернула голову, я заметил на носу и щеках россыпь едва заметных веснушек. Одежда простая, повседневная: джинсы и футболка. Трикс сидел тише всех. Темно-серый свитер под горло, и единственное, что привлекало внимание – треугольный значок на груди. Его лицо, как и у остальных, ускользало от взгляда, оставаясь размытым пятном.
– А где мы? – наконец выдавил я из себя.
– Мы в городе Сомербун, – ответил Трикс.
– В городе? Хм… А где все люди?
– Они здесь. Вокруг тебя. Сидят за столиками, ходят по улицам за окном.
– Но я никого не вижу и не слышу, – я обвел взглядом пустой зал.
– Ты еще не осознал. Это придет позже.
– А почему я вижу вас?
– Мы, скажем так, отличаемся от остальных.
– А что это за мир? – забрасывал я вопросами.
– Если коротко, это мир грез. Ты ведь понимаешь, что сейчас спишь в реальности, у себя на кровати?
Осознание ударило, как обухом по голове. Сон. Все это сон.
И в ту же секунду реальность вокруг меня взорвалась. Сначала донесся отдаленный гул, затем резкий лязг посуды, и через мгновение помещение наполнилось какофонией звуков: сотни разговоров, смех, крики, звон вилок – все слилось в невыносимый шум. В нос ударил одуряющий запах свежей выпечки, кофе, пота и духов. Мир замерцал, искажаясь. Кафе то исчезало, уступая место размытым картинкам других мест, то возвращалось обратно, но уже заполненное людьми. Лица, мебель, стены – все плыло, менялось, наслаивалось друг на друга.
Я вскочил, вцепившись руками в стол. Голова раскалывалась от боли, перед глазами все мерцало, запахи смешались.
– Трикс, он еще не готов, – раздался сквозь шум спокойный голос Леона. – Его сейчас выкинет.
– Слушай мой голос! – Трикс говорил четко и властно. – Смотри на меня!
– А-а-а, что происходит? – закричал я, сжимая виски. – Моя голова… Я не могу на тебя смотреть! Я даже лица твоего не вижу!
Я изо всех сил попытался сфокусировать взгляд на Триксе, но его лицо расплывалось, как акварель под дождем. Комната вокруг то исчезала в черноте, то возникала вновь, меняя очертания.