Александр Горин – Менталист 2 (страница 8)

Агриппина обернулась на пороге, ее губы тронула холодная улыбка.

— Лада пришла в себя час назад. И первым делом спросила о тебе.

Глава 5

— Идем, зятюшка, — сказала Агреппина. — Не заставляй жену ждать.

Мое тело помимо моей воли мгновенно вскочило, лицо осветилось восторженной улыбкой.

— Конечно! Ведите меня к ней!

Так. Лада пришла в себя. Это и плохо, и хорошо одновременно. Плохо, что она могла повредиться рассудком и выдать Багрецовым, что мы были в родовом архиве. Хорошо, что, если она осталась прежней, то поможет мне вернуть контроль над сознанием и телом.

Надо выбираться отсюда. Сейчас.

Я стал скалой, как говорил отец, а дальше, по инструкции Строганова, мне нужно стать пустотой, а потом прорасти. Хорошо, только прорастать плавно я не буду.

Я собрал в кулак все, что осталось от меня, и сжался тугой пружиной. И в тот миг, когда тело сделало первый шаг за Агриппиной, я выстрелил.

Огонь!

Я взорвал свое ядро изнутри, и моя “скала” сознания рванула на поверхность, как снаряд.

Стекло, отделяющее меня от реальности, треснуло.

Я почувствовал свое тело, я стал им. Ощутил тяжесть ног на паркете, прохладу воздуха, давление кафтана на плечах, услышал звук шагов. Спина Агриппины встала перед мои взором уже как обычно, а не как мутная картинка где-то вовне.

Есть контроль.

Я отклонил корпус назад и поднял подбородок, нарушив подобострастную осанку. Изменил походку на уверенную, свою.

Только вот длилось это буквально секунды. Силы, потраченные на этот рывок, мгновенно иссякли и контроль ускользнул, как песок сквозь пальцы.

Я упал назад, в темноту.

Чужой Ярослав, получив обратно управление, споткнулся и чуть не упал. Агриппина обернулась, вскинула брови вверх и вопросительно посмотрела на меня. Мое чужое тело сделало еще шаг и застыло в почтительной позе, лицо снова осветилось пустой радостью.

— Простите, матушка, — услышал я приторно сладкий голос. — Споткнулся. От нетерпения, наверное.

Агриппина смерила меня долгим взглядом, потом медленно кивнула и повернулась, чтобы идти дальше.

В этот раз сознание удалось сохранить. Получилось! Хоть не надолго, но я вернул контроль. Соберу силы и ударю еще раз.

Агриппина привела меня в покои дочери. Лада сидела в кресле у окна, укутанная в плед.

Мой эмпатический радар сейчас был недоступен, и я не знал, что она чувствует. Это она или ей сейчас командуют предки — или с кем я там дрался в архиве? Я пойму это по глазам. Посмотри на меня, Лада.

Она обернулась. Ее глаза расширились, в них я увидел и радость, и тревогу одновременно. Я выдохнул — она.

— Вот твой муж, доченька, — сладко произнесла Агриппина. — Посмотри, как он по тебе скучал.

Мое тело немедленно шагнуло вперед, опустилось на колени у кресла и взяло ее руку. Голос слащаво зазвучал :

— Лада! Свет мой! Ты вернулась! Я молился...

Что за театр? Лада слегка отстранилась, я увидела как ее пальцы дрогнули в моей руке, которую я совсем не чувствовал.

— Мама, я хочу поговорить с ним. Наедине.

Агриппина замерла. Ее взгляд скользнул с дочери на меня, выискивая подвох.

— Ты еще слаба, дитя. Он может тебя утомить.

— Пять минут, — настойчиво повторила Лада. — Пожалуйста.

Агриппина медленно кивнула, ее лицо оставалось непроницаемым.

— Хорошо, пять минут. Я буду за дверью.

Она вышла, оставив нас одних. Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь тиканьем часов.

Тело сразу затараторило:

— Ты не представляешь, как я волновался! Каждую секунду думал о тебе...

Лада молча смотрела в мои глаза. Внимательно смотрела: она искала что-то во мне и, кажется, не находила. Ее собственный взгляд с каждой секундой тускнел, уголки губ стали опускаться.

Лада медленно потянула к себе руку, чтобы высвободить ее из хватки моего тела, но в последний момент перевернула ладонь и крепко сжала мою руку.

— Ярослав, — прошептала она глядя в глаза. — Где ты?

И в тот же миг от ее пальцев в мою ладонь хлынул поток ее чистой и нежной энергии, которая заполнила пространство вокруг моего ядра.

Сейчас! Всей сжатой в пружину волей я рванулся навстречу.

Стекло разбилось. Прорвался снова.

Контроль нахлынул оглушительно и болезненно. Я почувствовал, как ее пальцы впиваются мне в руку, увидел ее широко открытые глаза.

— Я здесь, — хрипло сказал я, пытаясь справиться с головокружением. — Времени мало, слушай внимательно.

Лада замерла и кивнула. Контроль держать было крайне сложно, я начал соскальзывать обратно. Нужно успеть.

Я говорил быстро, выжимая из имеющихся секунд все:

— Передай моему отцу, чтобы он забрал нас отсюда. По брачному договору о совместном проживании. Пусть приедет с юристами и вытащит нас на исполнении пункта договора. Поняла?

Она кивнула снова. Силы кончались. Темнота засасывала обратно, сжимая горло.

— Я вернусь, — успел выдохнуть я. — Держись...

И — обрыв. Я провалился в глухую, беспамятную мглу.

Пришел в себя от прикосновения к ядру сознания осторожного и настойчивого щупа. Он скользил по граням спрятанной «скалы», как бы стуча в нее.

Я попытался сфокусировать мутную картинку. Мир плыл и покачивался. Мутные окна, грохот колес по булыжнику. Карета. Резкость постепенно возвращалась.

Рядом с своим бесчувственным телом я увидел Ладу. Она крепко держала мою руку в своих, а ее взгляд был прикован к моему лицу. Напротив, на кожаном сиденье, сидели отец и Владимир. Отец смотрел на меня жестким, сфокусированным взглядом. Его ментальный щуп все еще вился вокруг меня.

Багрецовых нет, куда-то едем. Семья и Лада здесь. Значит, получилось. Отлично. Осталось получить контроль над телом.

Тело, чувствуя мое пробуждение, попыталось зашевелиться и залепетать что-то слащавое: «Отец, брат, как я рад... мы едем...» Григорий Вячеславович резким жестом оборвал этот поток. Он наклонился вперед, его пальцы сжали мое колено.

— Ярослав. Лада передала твое послание.

Его щуп сменил тактику. Он перестал сканировать и начал внедряться словно отмычка. Он нашел трещину, оставленную моим собственным рывком и энергией Лады, и применил резонансный импульс, настройку на ту самую частоту «скалы», о которой он говорил. Это был зов, призыв родной крови.

— Твое тело еще не твое, — произнес отец, и его лицо стало жестче. — Времени терять не будем.

Он перевел взгляд на Владимира и Ладу.

— Помогите энергией. Все, что можете дать, посылайте мне — я перенаправлю.

Владимир, не говоря ни слова, положил ладонь на плечо отца. Лада тоже положила свои тонкие пальцы на запястье старшего Нестерова и закрыла глаза.

Отец снова впился взглядом в меня. Его собственная воля, усиленная их энергией, сгустилась в острие и создала мост прямо к моему ядру.

— Ярослав, — его голос загремел в моем сознании. — Рви ко мне. Сейчас!