Александр Горбачев – Не надо стесняться. История постсоветской поп-музыки в 169 песнях. 1991–2021 (страница 55)
Мама-курица
Любимым детищем Аллы Пугачевой в постсоветскую эпоху стали «Рождественские встречи» – сборные концерты, в которых она дала волю своим режиссерским амбициям и желанию помогать молодым артистам. С 1988-го по 2001-й она проводила их почти каждый год, сделав паузы только во время двух лет творческого отпуска после свадьбы с Филиппом Киркоровым. Это и был Театр песни Аллы Пугачевой, о котором она мечтала всю свою карьеру.
За это время в «Рождественских встречах» приняли участие десятки артистов и групп, выбравших самую разную траекторию: от того же Киркорова и Николая Расторгуева, которому Алла Борисовна удачно подобрала гимнастерку, до гибельной рок-дивы Наталии Медведевой и еще не ушедшего в раста-андерграунд Децла, от «Чайфа» и «Би-2» до украинских панк-пионеров «Братьев Гадюкиных» и забытого хэппи-хардкор-проекта «Президент и Амазонка». Для многих участников «Встреч» – например, для Валерия Меладзе, Лолиты Милявской и Леонида Агутина – эти выступления стали счастливым билетом в шоу-бизнес. Некоторых из них не вспомнят и самые дотошные архивариусы отечественной поп-музыки. Взятый целиком лайнап «Рождественских встреч» представляет собой честный и показательный срез происходившего с российской поп-музыкой в бурные 1990-е.
С течением времени вокруг Аллы Пугачевой сложился клан артистов, с которыми ее связывают семейные и дружеские отношения, что неизбежно для человека, который не разделяет работу и личную жизнь.
В какой-то момент в ее адрес посыпались упреки о том, что поддержка молодых талантов Пугачевой в «Рождественских встречах» – это всего лишь часть макиавеллиевского плана по устранению соперников, не вошедших в «семью». «Я слышал какие-то слухи о том, что Пугачева создала свою мафию – мол, своих тащит, а кого-то не пускает и задвигает, – комментирует эту теорию заговора Артемий Троицкий. – Я думаю, что это верно ровно наполовину. Она действительно очень любила выступить в роли мамы-курицы – собрать интересных артистов и дать им возможность выступить по телевидению в своих “Рождественских встречах”. Ей это очень нравилось. Я был свидетелем, как она смогла продвинуть некоторые весьма достойные музыкальные проекты. Артистов совсем никудышных и бездарных она не продавливала. И уж точно никого не задвигала. В этом смысле она сыграла абсолютно позитивную и уникальную роль среди всех наших попсовых авторитетов».
В полном соответствии с духом времени первые «Рождественские встречи», снимавшиеся в декабре 1988-го в «Олимпийском», представляют собой музыкальный спектакль с философским подтекстом и уклоном в социальный рок – режиссер и продюсер Алла Пугачева держала руку на пульсе эпохи. Шоу открывалось балетом о борьбе добра со злом под увертюру из «Иисуса Христа – суперзвезды», потом на сцену выходил Крис Кельми в красном камзоле с золотыми позументами и вскидывал подбородок под пацифистский рок-гимн. В центре программы звучал скорбный «Афганский реквием» в исполнении участника «Рецитала» Александра Левшина, который посвящался не только советским солдатам, но и жертвам стихийных бедствий и техногенных катастроф (Чернобыль, землетрясения в Армении). В финале во время своего выступления Алла Пугачева вдохновенно обращалась к залу, апеллируя и к политической риторике тех лет, и к появившемуся запросу на возрождение духовных традиций: «Не то что нам перестраивать что-то нужно, а надо построить новое – то, что мы разрушили».
С тех пор многое поменялось – и в российском обществе, и в его духовных запросах. Последние «Рождественские встречи», прошедшие в декабре 2012-го в том же «Олимпийском», представляли собой типичный гала-концерт разномастных артистов с премьерой новых песен хозяйки бала и традиционным финальным парадом-алле. Однако Пугачева и в этот дивертисмент встроила немного гражданской лирики, исполнив свой самый радикальный номер в новом веке «Где же ты, любовь» – вещь, которая и по тексту, и даже по аранжировке могла бы появиться в репертуаре «ДДТ», – и добавила чуточку сатиры, доверив (в этом ирония) петь песню об объединяющей народ любви к деньгам своему экс-стилисту Алишеру, усердно пытавшемуся стать поп-звездой. Несмотря на все перемены, произошедшие за 20 с лишним лет с обществом и с поп-музыкой, режиссер Алла Пугачева оставалась верна высокой мессианской традиции русского искусства – не просто развлекать слушателя, но нести разумное, доброе и вечное.
Песни на бис
Остается вопрос – какие песни стала исполнять Алла Пугачева в постсоветской реальности, что с ней произошло как с певицей? У Артемия Троицкого на этот счет радикальное мнение: «Пик Пугачевой – это начало 1980-х годов. Ее творческие альянсы с Чернавским и Кузьминым – лучшее, что она сделала в своей карьере. После этого у нее глаз потух и азарт повыветрился. Все, что она делала дальше, в 1990-е и 2000-е, – она делала по инерции. Ей гораздо больше нравилась продюсерская деятельность. Это не говорит о том, что она пропила свой талант – ей это просто надоело».
В первой половине 1990-х действительно казалось, что Пугачева задвинула сольное творчество на второй или даже третий план. В 1990 году вышел ее десятый альбом «Алла», в который вошли студийные записи хитов концертных программ конца 1980-х – заканчивался он печальным «Монологом» на стихи Марины Цветаевой, которым певица прощалась с советской эпохой и интеллигентной публикой («Уж сколько их упало в эту бездну, / Разверзтую вдали! / Настанет день, когда и я исчезну / С поверхности земли»). Следующие несколько лет ее новые песни выходили на сборниках «Рождественские встречи», через которые она промоутировала участников своего Театра песни – от «А’Студио» до Сергея Челобанова, числившегося в ее фаворитах.
Творческий ренессанс Пугачевой наступает после свадьбы с Филиппом Киркоровым. В 1995 году она выпускает альбом «Не делайте мне больно, господа», который по первоначальному замыслу певицы должен стать последним – на компакт-диске планируется соответствующая наклейка, но уже перед сдачей альбома в печать певица меняет свое решение.[61] Спродюсированный Киркоровым и в основном написанный самой Пугачевой «Не делайте мне больно, господа» станет лекалом, по которому певица будет делать все свои дальнейшие альбомы. Он представляет собой бенефис великой актрисы, собравшейся на покой, – длинную вереницу номеров, в которых певица, меняя маски, показывает все, на что она способна. А способна она на многое. Жанровые комедийные сценки («Настоящий полковник») сменяются помпезными балладами о любви («Любовь, похожая на сон»), а мудрые наставления юности («Мэри») – приступами хулиганства («Так иди же сюда»). Танцевальный электронный бит для молодых («Да, да, нет, да») чередуется с ретро-номерами для их дедушек и бабушек («Большак»). К счастливому дуэту с новым мужем («Can no laditi») прилагается фирменный монолог-трагедия в духе Эдит Пиаф («Я тебя никому не отдам») – ее главную музыкальную героиню, с которой Пугачева, безусловно, сравнялась, а в чем-то даже и превзошла. Этот гала-спектакль дан как последний, на предельном напряжении эмоций и сил, но уже под занавес звезда решает спеть в уставший микрофон на бис – и прощание откладывается на неопределенный срок.
В это же время Алла Пугачева напишет песню, которую принято считать ее последней исповедью, откровенной и беспощадной – «Примадонну», повествующую о звезде на закате: «И своим усталым взором, / Коронованным слезой, / Глядишь ты в этот зал. / И словно видишь сон, / Но сон растаял». Она сочиняла ее не о себе, а о Людмиле Гурченко, и сама петь не собиралась. На конкурсе «Евровидение-1997» «Примадонну» должен был исполнить один из птенцов ее гнезда Валерий Меладзе, но не смог,[62] и руководство Первого канала уговорило Пугачеву выступить за честь страны. Спела она блестяще, но русская Пиаф в эпоху Spice Girls не вызвала большого интереса у международной аудитории – и песня заняла 15-е место из 25 возможных. Через год Алла Пугачева поставит версию «Примадонны» на французском языке, в которой она окончательно преобразилась в Пиаф, в эпилог своего альбома «Да!» (1998), тем самым отметив, какой из многочисленных образов ей дороже всего.
Другая знаковая песня сама нашла певицу в 1997-м – и ей суждено была стать главной песней Пугачевой в постсоветской реальности. «Позови меня с собой» была сочинена певицей и поэтессой Татьяной Снежиной из Новосибирска и записана на ее дебютном магнитоальбоме «Вспомни со мной». В августе 1995-го, накануне свадьбы и выхода «Вспомни со мной» на компакт-дисках, Снежина попала в автокатастрофу вместе с женихом-продюсером и погибла – ей было 23 года. После трагедии ее брат послал Пугачевой кассету с альбомом. Безошибочно определив среди двух десятков похожих между собой сочинений потенциальный хит, 48-летняя певица, собиравшаяся уходить со сцены, исполнила не подходившую ей по возрасту возвышенную балладу. Пугачева почти скопировала исполнение Снежиной, перевоплотившись в юную романтическую девушку: она поет «Позови меня с собой» не своим голосом и не в своей манере, но это не помешало песне уйти в народ.
Татьяна Снежина стала еще одним именем, открытым продюсером Пугачевой для российской публики: вслед за ней исполнять песни Снежиной стали другие отечественные поп-звезды – от Лады Дэнс и Татьяны Овсиенко до Льва Лещенко и Иосифа Кобзона. Вокруг рано ушедшей певицы и поэтессы возник культ: ей ставят памятники, издают сборники ее стихов, ее именем даже назвали горную вершину.