Александр Фролов – В сетях времени (страница 6)

Животные умчались, и наступила зловещая тишина.

Дети покинули своё убежище. Около дерева лежали изувеченные останки удава. Даша носком сапога попинала его расплющенную голову и высказалась:

– Длапающие звели… плевлатили удава… в длинный лваный блин.

Рома поддержал её тему:

– Ты это верно подметила. Если бы мы не пошли посмотреть огород, то нас также, как этого бедолагу-удава, растоптали бы мамонты с носорогами. Смотри-ка, они все кусты поломали, а кратер от метеорита вообще сровняли с землёй. Однако мы ведь так и не выяснили, от кого они так драпали. Какое-то у меня предчувствие плохое, тяжёлое. Нам надо срочно уезжать отсюда, пока не поздно. Идём-ка поскорее к машине – поедем до башни.

Подростки вышли на тропу из хвоинок. Она была сильно перепахана и нетронутой осталась только на пригорке: животные по склону не бежали.

И вдруг Рома и Даша увидели, как на пригорке появилась и стала к ним быстро приближаться по этой хвойной тропе, сохранившейся в целости на склоне, плотная колонна огненно-рыжих муравьёв; размер каждого из них составлял дециметр. Это был лишь их отряд головного дозора, так как через пять секунд на спуск верхней террасы – по всей её ширине – высыпало несметное скопище таких же рыжих муравьёв, и они огненной рекой потекли вниз по склону.

Рома выхватил из кармана баллончик с антикомарином и принялся распылять спрей навстречу надвигающейся колонне головного дозора, крича при этом:

– Даша! Вот от кого бежали мамонты! Это муравьи-убийцы! Я читал о них на каком-то сайте в Интернете. Они одним движением жвал перекусывают ветку или палец, как секатором! И бегают они очень быстро! Живо – к машине! А не то через пару минут от нас останутся два обглоданных скелета.

Дети со всех ног бросились к мобилю. А муравьи головного отряда, учуяв в воздухе аэрозольные пары́ неизвестного им вонючего вещества, резко остановились. По их команде встала, как вкопанная, вся армия. Но, через несколько секунд, разобравшись, что эта вонь для них безопасна, муравьи всем скопом стремительно понеслись вдогонку за детьми. Однако этих секунд муравьиного замешательства хватило подросткам, чтобы первыми домчаться до машины.

Они с ходу запрыгнули в салон; Рома сразу глянул на третий тумблер – тот был включён; «Чул, мы в домике!» – выпалила запыхавшаяся Даша и схватилась за веник; Рома стал разворачиваться, и в этот момент их настигло полчище огненных муравьёв; они вмиг окутали в три слоя защитный экран мобиля. В машине стало темно – Рома включил первым тумблером свет в салоне; это не помогло: видимость отсутствовала напрочь. Даша принялась энергично обметать веником лобовину экрана, но эти алчные насекомые вновь и вновь мгновенно залатывали своими телами образующиеся бреши в их заграждении. Ехать было можно, но с опаской: обзор был очень маленьким и кратковременным.

– Дашуля, за веник – спасибо, – похвалил сестру Рома. – Нам бы до арки добраться, а там мы от них оторвёмся. Только будь осторожна: не высовывай руки или голову за пределы защитного поля, помни, что у них челюсти, как бритвы.

Они уже ехали по пологому спуску прибрежной полки. Видимость стала резко ухудшаться, и Рома вёл мобиль практически вслепую.

– Лома, мулавьи… съели веник, только… лучка осталась, – встревоженно сообщила Даша.

И тут машину затрясло. Рома, держа руль левой рукой, взял у Даши огрызок веника в правую руку и начал быстро-быстро размахивать им перед собой и стряхивать о правый борт. Видимость появилась.

– Чёрт побери! Мы с дороги съехали! – воскликнул паренёк. Он перед самым поворотом успел-таки вырулить на дорогу и вписаться в левый поворот; и уже потом, продолжая тем же способом разбрасывать и стряхивать муравьёв, проговорил: – Это ж надо, метров двадцать проехали на батарейке от бензопилы! Вон, только три квадратика осталось. Хорошо, что двигались с горки, в горку аккумулятор пилы не потянул бы. И нам ещё повезло, что успели выехать на дорогу до поворота: трёх квадратиков не хватило бы, чтоб вернуться обратно на дорогу с такого большого расстояния.

Впереди показалась арка. Машина, облепленная толстым слоем рыжих муравьёв-убийц, за семнадцать секунд преодолела триста метров до арки и на полной скорости прошла сквозь её очищающее поле. Всех муравьёв как ураганом сдуло. В салоне стало светло, даже солнечно.

Не отрывая глаз от дороги, Рома передал Даше огрызок ручки веника и, ведя машину, не сбавляя газу, облегчённо произнёс:

– Уф-ф! С горем пополам доехали: на огрызке веника да на «плавленом сырке». А если бы мы пошли в посёлок пешком, то эти муравьи сожрали бы нас с потрохами, как пить дать, – а потом он спросил: – Так что там с муравьями? Гонятся ещё за нами?

– Нет, Лома. Все-все мулавьи… очень быстло… длапают облатно, – ответила сестра.

Рома остановил мобиль перед развилкой синих дорог и вышел из него. Даша тоже выскочила из машины и отбежала от дороги к ближайшим кустам.

Огромное полчище огненных муравьёв, и впрямь, мчалось в панике в сторону посёлка. «Что же могло их напугать так сильно, как они сами недавно напугали мамонтов?!» – удивлённо подумал паренёк и стал озираться по сторонам.

И вдруг он увидел напротив Левой горы волну, высотой метров двадцать, тёмно-бурого цвета, несущуюся по высохшему руслу протоки. «Да что ж за денёк-то такой выдался сегодня!» – снова подумалось ему.

Он сел в машину и крикнул:

– Даша! Всё бросай и пулей лети сюда! Пулей!

Сестра подбежала, поправляя штаны на скаку, и запрыгнула на сиденье. Она собралась было о чём-то спросить, но Рома вместо ответа показал пальцем на юг. Он врубил передачу и на полном газу погнал машину по трассе, ведущей к сети верхних дорог, а сестра с ужасом в глазах смотрела на стремительно надвигающийся на них грязевой вал.

– Извини, некогда было объяснять: в этой игре со смертью счёт идёт на секунды, а на кон поставлены наши жизни, – говорил брат, ведя машину на большой скорости по крутому подъёму. – По нижней дороге – навстречу волне – я не поехал. Там у нас не было ни единого шанса, и мы в эту секунду были бы уже мертвецами. Нам бы теперь до верхнего шоссе успеть. Не знаю почему, но предчувствие мне подсказывает, что с нижней дорогой что-то должно случиться, когда волна её накроет.

Ребятки всё-таки успели. И только они выехали на верхнюю трассу, как грязно-бурая ревущая волна, бешено клокоча и неся в себе груду поваленных деревьев, обломков стволов, корневищ и древесной коры, поравнялась с ними. Рома подрулил к самому краю прижима, и у них на глазах та дорога, по которой они только что ехали, просто исчезла. От неё не осталось ничего: ни слоёв отсыпки, ни ложбины, ни холмика.

– Пледчувствия тебя… не обманули, – подметила сестра и затем спросила: – Лома, а откуда взялась… эта глязная лека, и зачем в ней… делевья и длова?

Рома ей ответил:

– Когда-то давно в верховье протоки произошёл затор – это что-то вроде плотины. Теперь о деревьях. Во время наводнений река выходит из русла и начинает размывать береговые полки, покрытые лесом. Вода тащит эти деревья, землю, глину и где-то в узком месте весь этот материал год за годом складывает, спрессовывает, залепляет глиной, делая плотину водонепроницаемой. Вероятно, на Бурной сегодня случилось очень большое наводнение; поднявшаяся вода сорвала эту плотину и потащила по пересохшему руслу Щучьей протоки.

– Боблы тоже… стлоят плотины. Они глызут делевья, – щегольнула девочка своими познаниями трёхлетнего ребёнка.

Они поехали дальше – в сторону распадка с ручьём Звонким. На самом повороте Даша предложила перекусить. Рома остановил мобиль.

В этом месте склон Правой горы был абсолютно лишён растительности, поэтому ничто не мешало любоваться великолепным видом распадка и долины протоки. Только одно омрачало дивную картину – это грязевой поток в Щучьей.

Телефонная связь отсутствовала напрочь. Телефон не видел – ни социальных сетей, ни электронной почты; Интернет не открывался – вообще. Работала только телефонная камера; Рома снимал на неё всё интересное и где-то, в глубине души, сожалел, что ничего не может выложить в Интернет.

Дети устроили застолье на багажнике машины. Они доели оставшуюся от обеда еду, допили тёплый чай. Вода у них закончилась ещё раньше. До Бурной, куда они намеревались съездить за водой, они так и не доехали – из-за муравьёв; в Звонком воды попросту не было, а из протоки воду нельзя было пить ещё, как минимум, неделю – из-за грязи.

Подкрепившись, ребята тронулись в путь. Машина быстро скользила на своей магнитной подушке по-над синей дорогой с прожилками. Вокруг стоял смешанный лес: берёзовые рощи сменялись соснами и елями, а те – дубравами и осинником; кое-где встречались и лиственницы с тополями.

Трасса круто ушла влево, а через полкилометра повернула ещё раз налево – подростки уже ехали по склону Левой горы. И вдруг они увидели на правой полосе большой белый круглый валун. Рома мог бы его свободно объехать, но он остановил мобиль около камня и сказал:

– Непорядок. Надо устранить. Ну а как иначе? Мы пользуемся их машиной, ездим по их дорогам; должны же мы – в знак благодарности – хоть чем-то им посодействовать. Верно же?

– Велно, Лома, – согласилась Даша.

– Ты сиди в мобиле – я сам. Не девчачье это дело – камни катать, – проговорил братец.