Александр Фролов – В сетях времени (страница 5)

– Хорошая почва, жирная. В земле много хвойных иголок – нападали с секвой. О! Я нашёл большущего короеда! С мизинец! А вот ещё два, и ещё! Дашуль, поищи что-нибудь, чтобы короедов складывать. Кур нет, зато есть короеды. На обратном пути съездим на Бурную, наберём воды и рыбы наловим – у меня в сумке есть коробка с рыболовными снастями – в башне-то вряд ли нас покормят.

Сестра где-то нашла (или оторвала) большой кусок коры, и Рома стал складывать на неё короедов – личинок жука медведки.

И вдруг Даша сорвалась с места и стремительно помчалась к секвойе, громко крича на бегу:

– Булундук! Он забежал… в делево! Он в делеве!

– Даша, стой! Там могут быть змеи! – крикнул Рома ей вдогонку.

Но она могла и не услышать его из-за собственного вопля, особенно его последнюю фразу, на которой она уже скрылась в чреве секвойи, проникнув туда через щель меж корневых наростов дерева.

Через миг из дупла донёсся её душераздирающий визг.

Рома со всех ног бросился к секвойе. Он на ходу включил фонарь, выхватил финку из ножен и ворвался внутрь дерева. Его глазам предстала ужасающая картина: на дне довольно ёмкого дупла, изнутри покрытого мхом, лежала вопящая Даша, обвитая толстыми кольцами тела огромного удава; и тот уже приготовился накинуть на неё последнее удушающее кольцо.

Парень был далеко не дурак. Он понимал, что сейчас и его жизнь висит на волоске: такой огромный удав даже зубра одолеет играючи, а тут всего лишь каких-то два подростка, которых тот мог задушить одновременно, а потом проглотить по очереди. Но у паренька даже в мыслях не было, чтобы убежать, бросив сестру на съедение.

Рома зажал фонарь зубами и, направив луч света в глаза удава, тем самым слепя его, теперь уже двумя руками крепко-накрепко обхватил рукоять финки. В диком прыжке он изо всех сил вонзил свой нож в голову удава и сразу же принялся яростно кромсать головной мозг рептилии, дёргая рукоять из стороны в сторону и меняя наклон лезвия.

В этот момент снаружи раздался оглушительный грохот, как будто рядом взорвался пушечный фугас; по стволу дерева чем-то с треском хлестануло, словно трёхпудовым зарядом картечи; секвойя вздрогнула, закачалась, да так сильно, что заскрипели её корневые колонны.

Однако Роме сейчас было не до картечи с фугасами: он отчаянно боролся за жизнь своей сестрёнки, орудуя финкой и воинствующе крича: «На сестру мою позарился?! Врёшь, не возьмёшь! Сдохни, гад ползучий!»

И паренёк одержал победу в этом сражении! Глаза удава помутнели, его могучее тело обмякло, хватка колец ослабла. Но война ещё не закончилось. Предвидя, что у змея могут начаться судороги, Рома стал быстро стаскивать толстые змеиные петли с Даши, которая на протяжении всей битвы пронзительно визжала от ужаса.

Его опасения оправдались. Он уже поднял с земли сестрёнку и уже отряхивал мох с её курточки, как вдруг все мышцы удава внезапно напряглись и его тело вмиг свернулось в тугую спираль – это у него началась предсмертная агония. Давление мышечных тканей было настолько велико, что в некоторых местах даже полопалась его узорчатая кожа.

Вскоре удав, наконец-то, перестал конвульсировать и безвольно вытянулся. Рома пучком мха тщательно протёр финку и вложил её в ножны.

– Да, сеструха, вовремя я подоспел к тебе на помощь со своей финкой, – проговорил он с улыбкой. – В противном случае этот удав задушил бы тебя и съел. Ты-то как? Цела?

– Я-то цела. Спасибо тебе, Лома, … что ты успел, а то мне… совсем не нлавится… такой плотивный случай. – Даша обняла братца, поцеловала его в щёку и спросила: – Чтобы спасти меня, ты… убил его?

– У меня не было иного варианта. Тут ведь так, в этом мире: либо мы – его, либо он – нас, – ответил брат.

– А тебе… не стлашно было… с ним слажаться?

– Конечно страшно, но потерять тебя мне было во сто крат страшнее, – промолвил Рома. Он поправил шапочку на голове сестры и вдруг, подмигнув, предложил: – Слушай, а давай измерим длину этого змея?

– Давай! – обрадовалась Даша. – Как в моём любимом мультике… пло малтышку.

Удав был очень тяжёлый. Ребята с большим трудом вытащили его из дупла; для этого им пришлось, часто перехватываясь, перемещать его – фрагмент за фрагментом. Они даже запыхались.

Рома шагами измерил рост удава, растянутого во всю длину.

– Десять метров и ещё полступни, – констатировал он.

– А в попугаях-то удав голаздо длиннее, – проговорила Даша и весело расхохоталась.

Рома тоже рассмеялся и сказал:

– Раз уж пошла такая тема про мультики, то хочу упомянуть фразу Пятачка: «Интересно, а что это так бумкнуло?» Вот и мне интересно, что же там так бумкнуло, когда я воевал с рептилией? Как будто бомба взорвалась. Пойдем, глянем?

– Пойдём, – согласилась Даша. – Мне тоже… интелесно.

Дети подошли к тому месту, где они совсем недавно, стоя на четвереньках, копали короедов. И теперь, точно на этом месте, зияла шестиметровая воронка, с метр глубиной. Над её центральным углублением клубился столб дыма и пара.

Рома, оглядевшись по сторонам, заметил, что кора у основания ствола ближайшей секвойи, в дупле которой произошла схватка с удавом, была изрешечена камешками, скорее всего, выброшенными из воронки и вонзившимися в дерево. «Так вот откуда взялся этот хлёсткий стук картечи», – осенило его. Другим деревьям, стоявшим неподалёку, тоже досталось от града камешков гравия.

Он поднял с земли обломок толстой ветки, спустился в воронку и стал ею раскидывать дымящуюся почву. Вскоре показался металлический округлый предмет светло-серого цвета. Он был очень горячий: при соприкосновении с ним ветка сразу начинала дымиться. Парень подкопал вглубь вокруг странного объекта и попробовал выковырнуть его своей палкой, используя её в качестве рычага, но тот даже не шелохнулся. Зато ветка вспыхнула, как факел. Рома затушил её, уткнув в землю.

Пока брат занимался раскопками, Даша изучала свежие дыры в дереве, ощупывая их и засовывая в них пальцы. И вдруг она увидела припечатанный к корневому наросту тот самый кусок коры, на который они складывали короедов. Она отлепила его и поднесла брату.

– Лома, посмотли: наша кола плилипла к делеву.

Брат оглядел кору, обляпанную с внутренней стороны слоем вязкой слизи, и сказал:

– Это её ударной волной отшвырнуло и влепило в дерево, превратив наших короедов в сопли. Теперь понятно почему дерево зашаталось, аж корни заскрипели.

– Почему? – спросила Даша.

– Тогда слушай. Это не просто какая-то воронка, а настоящий кратер, который образовался от удара метеорита, прилетевшего сюда с огромной скоростью из космоса. Отсюда и звук взрыва, и разлетевшийся гравий, и ударная волна, раскачавшая секвойю и размазавшая наших короедов, – доходчиво объяснял сестре Рома. – Теперь самое интересное – метеорит! Можно было бы сказать, что это от космоса «камень в наш огород», но нет: метеорит не каменный. И – тем более – он не ледяной. Это металл, серого цвета. Но это не олово, не свинец и не сурьма: они бы расплавились, потому что этот метеорит очень-очень горячий. Далее. Он имеет форму шара, диаметром около тридцати сантиметров. Метеорит очень тяжёлый; это значит, что у него большая плотность: наверняка более двадцати грамм на кубический сантиметр. Из всего сказанного я могу предположить, что упавший в наш огород метеорит – платиновый. Данный экземпляр весит около трёхсот килограммов. Платина очень дорого стоит – дороже золота. Этот метеорит – целое состояние! Для справки: температура плавления платины – под 1800 градусов Цельсия, тогда как у чугуна – 1250.

Даша внимательно слушала брата, глядя на него с умилением.

– Я так люблю, когда ты… что-нибудь лассказываешь! Такие класивые… слова говолишь: клател метеолита из космоса и… сульма на кубический сантиметл Цельсия, – произнесла она.

Рома улыбнулся и сказал:

– Мне сейчас пришла в голову любопытная мысль. Кабы не бурундук, то нас с тобой разнесло бы в клочья метеоритом. А так мы оказались в надёжном укрытии. Но если бы в дупле не оказалось удава, то ты не закричала бы, тогда погиб бы только я; и что было бы потом с тобой, мне даже страшно представить.

Из окружающего леса всё также доносились визги, истошные крики, голоса птиц и песни цикад. И вдруг всё стихло и замерло, даже цикады перестали петь свою звенящую песню – одну на всех и на всю жизнь.

Вдалеке послышался быстро нарастающий шум: треск, хруст и тяжёлый топот. Вскоре меж стволов замелькали приближающиеся силуэты.

Рома крикнул:

– Даша! На нас несутся какие-то очень крупные животные! Живо – в дупло секвойи!

– Плекласная мысль, блатец! – прокричала в ответ сорвавшаяся с места сестра. – И там, к моей ладости, … уже нет никаких удавов.

Дети укрылись в спасительном дупле. Занятая позиция позволяла им наблюдать из убежища за тем, что могло твориться снаружи.

И тут началось нашествие. Мимо ребят по «огороду» стремительно проносились бесчисленные стада – бизонов, гигантских шерстистых носорогов и громадных двадцатитонных мамонтов, покрытых шерстью бурого цвета.

– Лома, а куда они… все бегут? – вполголоса спросила сестра.

– Куда – это как раз-таки понятно: к реке Бурная, – также тихо ответил брат. – Меня больше тревожит вопрос: от кого они так драпают? И ещё вопрос: мы – где?! У меня такое ощущение, судя по мамонтам, что мы с тобой оказались в древнем мире – полмиллиона лет до нашей эры, или даже миллион. Полюбуйся-ка на живых мамонтов. В наше время их можно увидеть только в музеях, в образе чучел или скелетов.