Александр Федоров – Башни Койфара. Хроники Паэтты. Книга VIII (страница 5)

– Всё в порядке, сударь? – встревоженно заглянул в открытую дверцу курьер. – Вам дурно?

– Вовсе нет, – чуть смущённо и удивлённо ответил Пайтор. – Почему вы так решили?

– Но вы не выходите из кареты.

Во время путешествия они почти не разговаривали. Пайтор был погружён в свои мысли, а курьер, понимая свою незначительность рядом с молодым дворянином, да ещё и, как выяснилось из их краткого знакомства – начинающим волшебником, не досаждал ему беседами, которые юный мессир наверняка счёл бы скучными и глупыми. Пайтор знал, что курьер направляется в Сады императора, и ему этого было достаточно, поскольку сам он направлялся туда же. И о подобном препятствии речь как-то не заходила. Курьер считал это само собой разумеющимся и, очевидно полагал, что любому подданному империи хорошо известна эта столичная особенность.

– Разве мы уже прибыли? – с удивлением оглядывая вполне приличные, но никак не шикарные особняки вдоль улицы, спросил юноша.

– Разумеется, – озадаченно ответил курьер. – Почтовый экипаж не может въехать внутрь без особого распоряжения. Мне нужно отпустить возницу, поэтому вам следует выйти.

– Хорошо, – растерянно ответил Пайтор, но безропотно выбрался из экипажа и вытащил свои пожитки.

Ему пришлось посторониться и едва не прижаться к стене одного из домов, поскольку на не слишком-то широкой улице развернуть экипаж было не так просто. Он заворожённо следил за умелыми манипуляциями возницы, и потому совершенно упустил из виду, что курьер, по-видимому, уже вошёл в ворота через небольшую дверцу. Когда карета задорно помчалась вниз к подножию холма, Пайтор заметил, что на улице перед воротами нет никого кроме двух неприветливых стражей, каждый из которых габаритами вполне мог бы соперничать со створками самих этих ворот.

– Позвольте мне войти, – сделав несколько шагов по направлению к стражникам, проговорил Пайтор.

Вообще он никогда не считал себя робким человеком, да и не был таковым, но сейчас он робел. Его давила нависающая стена, густо скученные, словно выводок цыплят, окружающие улицу дома, и эти два гвардейца, словно две башни, преградившие ему путь.

– У вас есть пропуск? – лениво поинтересовался один из них.

Стражи Садов императора повидали много важных персон на своём веку, и потому без особого пиетета относились к людям вроде Пайтора. Они, разумеется, не преступали границ приличий, но всё же, разглядев в пришедшем не шибко богатого и благородного провинциала, вели себя высокомерно ровно настолько, чтобы это нельзя было бы счесть грубостью.

– Я собираюсь искать место в Ордене чернокнижников, – пояснил Пайтор, словно и впрямь надеясь, что это вмиг откроет перед ним все двери. – Мне не назначено, но я направляюсь в башню Кантакалла.

– У вас должен быть пропуск, сударь, – услыхав, что имеет дело с магом, стражник всё же чуть убавил спеси в голосе. – Без пропуска никто не сможет пройти за стену.

– Но я прибыл без приглашения… – окончательно смешался Пайтор. – У меня нет такого пропуска, и я до этого момента даже не знал, что он может потребоваться.

– Правила для всех едины, сударь, – с явно ложным сочувствием ответил страж. – Вам нужен пропуск.

– Но как же мне получить его? – от накрывшего юношу чувства безысходности внезапно захотелось заплакать.

– Напишите письмо в секретариат чернокнижников, – посоветовал великан. – Если они будут заинтересованы, то пришлют пропуск на ваше имя.

– Благодарю вас, сударь! – воспрял духом Пайтор. – Вы очень любезны! Погодите, пожалуйста, я сейчас напишу письмо!

– Можете не спешить! – несколько меланхолично усмехнулся страж. – Я тут до самого вечера.

Пайтор суетливо принялся копошиться в своём мешке, сам не зная – зачем. Он знал наверняка, что у него нет при себе ни бумаги, ни пера, ни чернил. Будь у него хотя бы грифель – он, пожалуй, не пожалел бы вырвать лист одной из своих драгоценных тетрадей с записями. Но даже грифеля у юноши не было.

– Прошу прощения, любезнейший, – собравшись с духом, он вновь обратился к стражнику. – Не найдётся ли у вас бумаги и чернил?

– Мы стражи, а не писари, сударь, – осклабились оба гвардейца. – Вон там есть трактир. Видите, на углу стоит голубой дом? Поверните там и пройдите немного вдоль улицы – вы не пропустите его. Полагаю, там вы получите всё необходимое.

Пайтор побрёл в указанном направлении, костеря себя на чём свет стоит. Он осознавал, насколько жалким выглядит сейчас, и в красках представлял те издевательские выражения, что, должно быть, в этот миг красовались на физиономиях стражников. Его первое знакомство с Золотым Шатром оказалось совсем не таким, как он ожидал, и порядком сбило гонор с самоуверенного обычно юноши.

Он действительно без труда нашёл упомянутый трактир, и там действительно нашлись и бумага, и писчие принадлежности, хотя и то и другое было весьма скверного качества. Особенно перо – оно было заточено, наверное, ещё во времена Древнейшей империи, и Пайтор намучился, пока нацарапал письмо, удовлетворившее его. Перед этим он с досадой разорвал два или три листа, поскольку ему казалось, что тон их получается каким-то чересчур заискивающим и просительным.

В общем, всё это заняло довольно много времени, и обратно к воротам он вернулся спустя почти два часа. Как и обещал здоровяк-стражник, оба они всё ещё были тут. Насколько позволял устав, они старались прильнуть к створкам ворот, чтобы хоть как-то укрыться от палящего солнца.

На сей раз кроме них рядом с воротами стоял ещё какой-то молодой человек, годами близкий к Пайтору, и был он явно не в духе. Судя по всему, у него тоже не было заветного пропуска, и его также не впускали внутрь.

– Ещё раз повторяю вам, сударь, что пропуск на ваше имя всё ещё не поступал, – удручённые жарой, оба стражника были порядком раздражены и едва сдерживались, чтобы не нагрубить молодому человеку. – Может быть и вовсе никакого пропуска не будет. Мы – простые стражники, к нам-то какие претензии?

– Бьюсь об заклад, моё рекомендательное письмо так и пылится где-то в вашей караулке! – потный от жары и гнева юноша был также не в духе, и лишь необъятные габариты и наличие оружия у гвардейцев ещё заставляли его придерживать язык. – Не может того быть, чтобы на моё письмо не ответили!

– Я вижу вас впервые, сударь, – всё больше теряя терпение, проговорил всё тот же стражник, что до того разговаривал и с Пайтором. – Я понятия не имею – что у вас было за письмо, и кому вы его передавали. Я знаю лишь одно – никаких выписанных пропусков у нас сейчас нет. Ни на чьё имя.

– Вы же понимаете, что однажды я окажусь по ту сторону стены, и вы станете кланяться мне, едва завидев вдали? – сверкая глазами, воскликнул юноша. – Молитесь о том, чтобы я не узнал вас тогда!

– Спасибо за предупреждение, сударь, – с искусно завуалированной усмешкой ответил стражник, который, стоя здесь, у этих ворот, являющихся местом притяжения сотен, если не тысяч людей, наверняка навидался и наслушался уже всякого. – Я непременно учту это. А, вы вернулись, сударь! – завидев подходящего Пайтора, он демонстративно перевёл всё внимание на него. – Разыскали трактир?

– Да, – Пайтор невольно косился на разгневанного молодого человека, но постарался принять самый независимый и гордый вид. – Вот письмо, любезнейший. Пожалуйста, передайте его в секретариат чернокнижников.

– Я обещаю лишь передать его своему сержанту, сударь, – лукаво поглядывая на второго собеседника, ответил страж. – Дальнейшая судьба этого письма не в моей власти. Но я уверен, что оно дойдёт по назначению! – прибавил он, видя, как вытянулось лицо Пайтора.

– Как же! – раздражённо фыркнул слышавший этот диалог молодой человек. – Поверьте моему опыту, сударь, ваше письмо сгинет в их вонючей караулке так же, как и моё!

– Вы так полагаете? – обеспокоенно спросил Пайтор.

– Ещё бы! – вскинул голову его собеседник. – Четыре дня назад я точно так же передал рекомендательное письмо, адресованное мессиру Тербьену, одному из весьма влиятельных членов Ордена. И что же теперь? Я каждый день прихожу сюда, но пропуска по-прежнему нет! И тому есть лишь одно объяснение – эти олухи либо потеряли его, либо просто в силу своей лени и тупости не удосужились доставить его адресату!

– Я могу взять вас под арест за подобные оскорбления, сударь! – потемнел лицом стражник. – Мы – гвардейцы его величества императора, а не какие-то там «олухи»! Вам лучше удалиться сейчас, пока солнце окончательно не напекло вам голову и не отняло последние остатки благоразумия! А вы, сударь, давайте своё письмо и тоже покамест удалитесь. Нечего создавать суматоху у императорских ворот! Придите завтра, быть может, пропуск уже будет готов.

Пайтор, видя, что дела принимают не слишком-то благоприятный оборот, послушно сунул конверт в громадную ладонь и, чтобы как-то сгладить неловкость, обратился к незнакомому молодому человеку:

– Пойдёмте, сударь, нечего искать себе неприятности! Представьте себе, какое совпадение – я тоже являюсь соискателем для вступления в Орден, можете поверить? Мне кажется, сама судьба свела нас здесь сегодня! Пойдёмте, если вы не против – познакомимся и пообедаем. Признаться, в последний раз я ел ещё рано поутру, в одном из трактиров на Великой дороге.

Незадачливый юноша, которого явно напугала угроза стражника, с благодарностью ухватился за эту возможность выйти из назревающих неприятностей, не потеряв лица.