Александр Дружинин – Взлёт Валькирии (страница 5)
— Херас-се! Впервые слышу, чтобы синтетическими наркотиками психику лечили. Западная медицина впереди планеты всей? — фармацевт усмехнулся.
— Что? Нет, Вы явно путаете, это же обычное успокоительное, мне его по три-четыре штуки в день прописано принимать. Вот, смотрите! — девушка достала свою баночку, — тут штук тридцать осталось, на две недели может не хватить.
— Деточка, я бы с радостью продал тебе этот пузырёк, — мужчина взял сосуд с полудюжиной таблеток, — да только сомневаюсь, что у тебя наличных хватит. Я видел тебя с Геллой, она тебе дала сколько? Тысяч пятнадцать-двадцать? Этого и на тот твой нейроцибинотин не хватит, не то, что на «Тифон». Да и слезала бы ты с него, молодая ещё совсем.
— Но это же лекарство!
— Это мощный наркотик, дорогой! По факту, все перечисленные тобой болячки — негативные последствия его применения, — фармацевт призадумался, — а знаешь, что? Давай, я у тебя выкуплю остатки, неплохую цену дам, а ты, когда ломка кончится, будешь себя чувствовать гораздо лучше, да и с памятью проблем быть не должно.
Ева находилась в прострации от услышанного, потому как стала припоминать, что так называемый «Тифон» она получала исключительно у своего лечащего врача, и ни разу не встречала подобного в аптеках. «Нейроцибинотин» же напротив, был у всех на слуху — передовое средство борьбы с нервным истощение, выпущенное на рынок британской компанией «Майндгейт Фармасьютикал», также входящей в конгломерат «Альянс». Цены на него даже на европейском рынке переваливали за сотню кредитов, здесь же наценка составляла по меньшей мере триста процентов, но и результат действия препарата был ошеломительный, с гарантированным долгосрочным эффектом.
Практически не торговавшись, девушка отдала остатки тифона за четверть миллиона рублей, а затем узнала, что цена одной таблетки при продаже составляет почти семьдесят тысяч. Вспомнив мёртвого человека в арке, она решила перед уходом обратить взор на средства защиты.
Разгуливать с огнестрельным оружием в сумочке Ева совсем не хотела, но на одном прилавке заметила фитнес-браслеты и поинтересовалась, для чего они.
— Это шокеры, — пояснил продавец. — Отличная штука, ещё и за состоянием здоровья следят. Ты как, чипированная?
Ева кивнула, протянув указательный палец правой руки.
— Смотри, привязка и активация выброса разряда идёт как раз к нему, — торговец профессионально надел браслет на левую руку девушки. — Поднимаешь кисть так и экран загорается, можешь узнать время, дату, пульс, давление и прочую информацию. Если нужно кого вырубить, быстро три раза нажимаешь чипированным пальцем. Дистанция поражения до трёх метров, электроды только лишают сознания, но есть и летальные модификации, если интересует, — мужчина загадочно улыбнулся.
— Нет-нет, мне для самообороны! — спешно заверила его Ева. — Беру. И дополнительные электроды тоже… э-э-э… пять, нет, десять!
Девушка расплатилась за покупку, сложила несколько зарядов в карманы пальто, остальные кинула в сумку и направилась на выход, где попыталась вызвать такси.
Беспилотный, на этот раз, автомобиль привёз Еву в центр, к одной из бывших телебашен, перестроенной в современную медиасекцию. Эта малая часть индустрии Олега Белова, начавшего строить свой бизнес чуть более десяти лет назад, введя агрессивную монетизацию пиратских ресурсов, представляла из себя масштабный комплекс вещания, по совместительству являющийся его штаб-квартирой.
Голос виртуального таксиста Алексея-528 оторвал девушку от осмотра архитектуры, озвучив цену проезда и методы оплаты на двух языках. Его речь дублировалась на дисплей пассажирского места, слегка покрытого бурой, давно засохшей и не до конца отмытой кровью. Купюроприёмник был грубо выломан, потому Ева приложила палец к считывателю и убедилась в успешности снятия семисот рублей с её международного счёта, электрозамки дверей при этом разомкнулись.
В этот момент она поняла, что вчерашний таксист содрал с неё сумму минимум в двадцать раз превышающую реальную. Быстро забыв обиду, она покинула салон и, накинув капюшон, приблизилась к медиакомплексу, стараясь не смотреть на нависшие повсюду камеры. Девушка притворилась, что рассматривает выпечку в заведении через дорогу, в то же время поглядывая на раздвижные стеклянные двери штаба Белова. От длительного разглядывания еды в животе заурчало, и Ева решила быстро перекусить. После чашки кофе и двух круассанов она поняла, что из пекарни выход просматривается не хуже, чем с улицы.
Девушка жутко боялась встречи с доверенным лицом отца, как и любого нового знакомства, потому приехала в Москву на неделю раньше и решила понаблюдать за ним, привыкнуть, чтобы не впасть в ступор во время разговора о родителях.
Три часа спустя, не в силах больше поглощать слойки и круассаны, она решила пройтись, тем более, вышло солнце и на улице слегка потеплело. Ева бродила, заходила в магазинчики, из которых можно было наблюдать за выходом медиацентра. После полутора часов праздного шатания, девушка заметила приближение двух джипов и небольшого лимузина, из которого вышел Олег Белов в сопровождении телохранителя и одной из директоров по развитию. Выглядел он лет на десять младше отца, высок и очень ухожен, с безумно аккуратной причёской, а взгляд… не будь он давним знакомым родителей, Ева влюбилась бы без памяти. И тут она быстро опомнилась, сообразив, что мужчина видит её через окно витрины, потому принялась усиленно изучать состав гербицида, слегка наклонив голову и придвинув капюшон на лоб.
Белов сказал несколько слов телохранителю, а тот передал по рации остальным из службы безопасности. Не более минуты спустя перед Евой образовался шкафоподобный мужчина, вежливо хрустя костяшкам пальцев, он пригласил девушку пройти с ним. Для убедительности взял её за руку, изрядно сжал, и повёл из магазина в медиацентр, в фойе которого лифт ожидал отправления.
— Итак, — начал Белов, когда его с Евой оставили наедине в кабинете, — ты решила меня проверить. И как, готова к разговору?
— Что… откуда Вы знаете о моей… проблеме? — единственное что смогла с трудом из себя выдавить девушка.
— Брось, забыла? Я давно знаю… — улыбка сошла с его очаровательных губ, — прости, знал твоего отца. Позапрошлым летом мы даже мельком виделись в Сиднее. Ты как раз заняла, какое, второе место на Олимпиаде по спортивной гимнастике? В таком-то возрасте! Он так гордился…
Изобразив искренне сочувствующий вид, Белов практически покорил сердце Евы, она даже поборола робость и снова взглянула в его глаза.
— Да, он даже бросил дела, чтобы присутствовать на моём выступлении, — девушка зашлась краской и никак не могла оторваться от глаз собеседника, — а что Вы там делали?
— Девочка, — он снова улыбнулся, — игры спонсировал Альянс, а я — лицо Альянса, потому обязан был быть там, но твоё выступление смотрел с удовольствием. На мой взгляд, первое место должно было достаться тебе, а не той китаянке. И ведь Герхард чуть было не оспорил результат.
— Это… не очень на него похоже. Тогда мама настояла на моём участии, и почти насильно потащила его с нами, а мне больше хотелось побывать в Саппоро.
— Ох, ну тогда повезло, что вы всё-таки отправились в Сидней, Япония ещё не скоро оправится от той потери.
— Да… — коротко протянула Ева, она продолжала смотреть в глаза Белова и вдруг заметила едва различимое мерцание на границе зрачка, — это линзы с дополненной реальностью?
— А у тебя неплохое зрение! — поразился Белов. — Далеко не все камеры могут их зафиксировать.
— Знаю, я сама хотела себе такие, но родители установили глупые правила — не более одного электронного устройства в организме до совершеннолетия, вот и хожу только с идентификатором, — она взглянула на свой указательный палец с биометрическим чипом.
— Очень похоже на Элеонору, — подтвердил Белов.
— Вы ведь читаете всю эту информацию из моего профиля? — розовые очки почти спали с глаз Евы, она начала подозревать, что Олег Сергеевич всего лишь мастерски манипулирует общедоступной информацией, дабы расположить к себе собеседника.
— Сообразительность, как понимаю, тоже от неё, — он хищно улыбнулся. — Да, подобные моменты всегда легче вспомнить, если они в деталях задокументированы и, когда требует ситуация, находятся прямо перед глазами. Как говорится, память — отличный инструмент, если уметь им пользоваться.
Глаза Евы округлились, она начала отрывками вспоминать снившийся ночью кошмар.
— П-простите, мне надо, — девушка резко вскочила, чуть не потеряв равновесия, — как это будет по-русски… посрать! — моментально покраснев, она прикрыла рот.
Оставив собеседника в недоумении, она выбежала из кабинета, по пути быстро выведав у секретарши расположение уборной. Влетев в ближайшую кабинку, Ева исторгла из себя всю съеденную выпечку и длительное время пыталась откашляться, после чего принялась приводить себя в порядок у раковины. Её всю трясло от услышанной фразы, повторяющей слова мужчины в маске из недавнего сна. Ослабленная память не дала в полной мере восстановить события той ночи, не помогала в этом и накатившая паника с примесью тревожности. Ева ещё раз умылась, а подняв глаза чуть не подскочила от страха, на мгновение заметив в отражении за спиной незнакомца в маске волка. Браслет на руке издал негромкую трель, такое же сообщение об опасном уровне давления и чрезмерно учащённом сердечном ритме пришло на смартфон.