Александр Чубарьян – От средневековья к новому времени (страница 78)

Папское государство было одновременно светским и духовным государством. Глава католической церкви, папа был в то же время правителем определенной территориальной структуры. Папы избирались, и каждый новый папа был представителем другой семьи и даже другого государства.

Некоторые черты политической и социальной структуры Папского государства напоминают соседнее Неаполитанское: и здесь удельный вес местных феодалов был значительным, а купеческая и предпринимательская среда очень слаба. Но отдельные крупные города обладали фактической самостоятельностью (Болонья, Перуджа). В пределах Папского государства существовало немало мелких самостоятельных синьорий. В начале XVI в. папа Юлий II (1503–1513) начал ограничивать автономию городов, прерогативы феодалов и вести войны ради расширения своего государства. Бросив клич «Долой варваров», он выступал в период Итальянских войн в качестве идейного защитника общеитальянских интересов. Папам удалось несколько укрепить единство своего государства.

История политического развития Папского государства делится на два периода: первый — от понтификата Александра VI (1492–1503) и до правления Павла III (1534–1549), период так называемых «ренессансных пап», чья деятельность определялась сугубо светскими интересами. Они стремились в первую очередь обогатить себя и свою семью. Примером может служить кратковременное возвышение сына папы Александра VI — Чезаре Борджиа, политика Льва X и Климента VII в интересах семьи Медичи, создание Павлом III государства для своего сына. Бесконечные войны внутри и вне государства, интриги, убийства, всевозможные преступления, совершенные ради этой цели, не способствовали дальнейшему укреплению государства.

Во втором периоде (вторая половина XVI — первая половина XVII в.) церковные дела стали выдвигаться на первое место, усилилось внимание пап к внутренней политике; продолжалась централизация. Города утрачивали значительную часть своей автономии, но борьба с феодальным сепаратизмом не была доведена до конца; об этом свидетельствуют повторяющиеся вспышки феодальных мятежей и междоусобиц.

Важнейший шаг в деле реорганизации государственного управления был сделан Сикстом V (1585–1590): он создал 15 кардинальских комиссий, поделивших все отрасли управления — и светские, и духовные. Наряду с этими комиссиями существовал государственный секретариат, сосредоточивший все нити управления; во главе его находился государственный секретарь — обычно близкий родственник папы. Центральный государственный аппарат по своей структуре был типичен для государства абсолютистского типа, но он имел специфику. Высшие должности и значительную часть второстепенных занимало духовенство; часто сменялся аппарат: каждый новый папа назначал на главные должности своих людей, часто родственников (политика непотизма).

Строительство дворцов и церквей в Риме, устройство новых улиц, очень активная внешняя политика требовали огромных средств. Но приток денег из-за пределов Италии был недостаточным, не менее ¾ нужных средств взималось с местного населения. Старые налоги постоянно росли, вводились новые, практиковалась отдача налогов на откуп, за деньги предоставлялись привилегии и монополии. В этом отношении папская финансовая политика ничем не отличалась от политики других итальянских государств. Для пополнения казны папы широко пользовались продажей должностей, прибегали к внутренним займам, облигации которых размещались и за пределами Папского государства.

Хотя доходы папской казны за вторую половину XVI в. удвоились, денег все равно не хватало. Они оседали в карманах откупщиков, кардиналов или других высших сановников, родственников пап. За счет обнищания трудящегося населения города и деревни богатели представители высшей феодальной знати, финансисты. Местная и пришлая финансовая верхушка постепенно пополняли ряды дворянства.

Существенных мер в пользу торговли и промышленности папы не предпринимали, а феодальные прерогативы на местах не были сколько-нибудь ограничены. В конечном итоге финансовая и экономическая политика способствовала обнищанию и упадку Папского государства.

Мелкие герцогства Северной Италии — Феррарское, где правила династия Эсте, Мантуанское, которым правила династия Гонзага, Парма и Пьяченца, управляемые династией Фарнезе, — играли некоторую роль в политической жизни первой половины XVI в., но затем их значение постепенно сошло на нет. Карликовые размеры с трудом позволяют причислить эти государства к типу региональных, они скорее напоминают мелкие города-государства средних веков. Центром был средней величины торгово-промышленный город, окруженный феодальными комплексами. Так, лишь 30 % территории герцогства Пармы и Пьяченцы было подчинено городу, остальную часть составляли феодальные владения.

Политическое устройство этих государств существенно не изменилось по сравнению с XV в., но во внутренней политике правителей возобладали тенденции, характерные для государств абсолютистского типа: велась борьба с феодальным сепаратизмом, проводилась централизация, создавался бюрократический аппарат, пышный двор. Экономическая политика обладала чертами меркантилизма. Все это напоминает политику Савойского и Тосканского государств.

В целом абсолютистская политика ни в одном из этих государств не была доведена до конца. Повсюду сохранились и в XVII в. даже расширились судебные, фискальные, административные привилегии знати. Не были преодолены и традиции коммунального устройства в городах. Причины этого кроются прежде всего в крохотных размерах этих государств. Немалую роль сыграла и феодальная знать, усилившаяся в период Итальянских войн. Ей противостояли слабые и неразвитые буржуазно-пополанские элементы небольшого города, которые цепко держались за свои коммунальные традиции и к тому же стремились к одворяниванию. В этих условиях успехи абсолютистской политики могли быть только временными, да и достигались они главным образом благодаря крупным личным доходам государей и от их земельных владений.

В XVII в. в условиях общего экономического спада, когда увеличивалась роскошь двора и возобновились войны, этих доходов уже не хватало. Возросли налоги и государственный долг, процесс государственной консолидации приостановился, ослабились и до того немощные буржуазные элементы. Государство всецело опиралось на дворянство.

Сходные процессы происходили в Миланском государстве, где господствующие позиции принадлежали миланскому патрициату. Испанские власти не внесли существенных изменений в государственное устройство, их политика была в основном такой же, что и на юге Италии. Все же крепкие традиции торгово-промышленной экономики и иные благоприятные местные условия способствовали в XVII в. прогрессу экономического развития (преимущественно в деревне).

Особое место среди итальянских региональных государств принадлежит Венецианской республике. Она охватывала территорию от р. Адидже до Адриатического моря, ей подчинялись Истрия и Далмация до Дубровника, а также о-ва Крит и Кипр (до 1570 г.), Морея (до 1540 г.) и другие опорные пункты на Средиземном море. Венеция — одно из сильнейших политических образований Италии — проводила совершенно самостоятельную политику. В 1508–1509 гг. она сумела справиться со смертельной опасностью, когда против нее выступили император и Франция, Испания и Англия, папа и большинство итальянских государств, восстали подчиненные города и она временно потеряла все свои владения на полуострове. Республика вела многочисленные дорогостоящие войны с Османской империей. Она не дрогнула, когда во время конфликта с папой Павлом V на нее был наложен интердикт (1606 г.).

Специфика государственного устройства Венецианской республики определялась особенностями ее социальной структуры: привилегированным венецианским патрициям, превращавшимся постепенно в крупных землевладельцев, противостояли в самой Венеции маломощные пополанские элементы, а в подчиненной территории — городская знать, сближающаяся с феодальным дворянством и мечтающая о прежней самостоятельности. Этой знати противостояла местная торгово-ремесленная среда, а всем эксплуататорским классам вместе — значительные слои трудящихся.

Сложившееся много веков назад государственное устройство существовало вплоть до утраты республикой самостоятельности в XVIII в. Венеция была сугубо аристократической республикой. В высшие государственные учреждения — Большой совет, Сенат, Совет десяти, Совет сорока и ряд других — входили исключительно представители семейств, уже в XIV в. вписанных в «Золотую книгу» республики. Мелочный контроль и постоянная слежка за всеми вплоть до главы государства — дожа, власть которого была чисто символической, обеспечивали стабильность государственного устройства.

В отличие от других государств Венеция не предпринимала попыток к унификации политического устройства. Политика протекционизма отвечала интересам самой Венеции и приводила к экономическому ослаблению подчиненных городов, чему способствовал и тяжелый налоговый гнет. В каждом городе республики сохранилось традиционное политическое устройство, но деятельность местных властей проходила под бдительным оком венецианских чиновников. Жизненно важные вопросы решались в самой Венеции. В отличие от других региональных государств в Венецианской республике фактически отсутствовал бюрократический аппарат, все функции государственного управления осуществлялись непосредственно самой венецианской аристократией.