Александр Чубарьян – От средневековья к новому времени (страница 79)
Венеция ловко пользовалась противоречиями между городской аристократией и пополанами подчиненных городов, между феодальным дворянством и крестьянами, чтобы упрочить свое господство. Демагогически заигрывая с пополанами и крестьянами, лишая местную аристократию самостоятельности, она все же способствовала упрочению классовых позиций последней.
Классовой базой республики был венецианский патрициат, а также — в более ограниченном масштабе — городская аристократия и феодальное дворянство подчиненной территории. Своеобразными средствами Венеция осуществляла те же классовые функции, что и абсолютистские режимы, но, если последние в большей или меньшей мере содействовали росту политической централизации и экономическим успехам, Венеция своим статичным государственным устройством и корыстной политикой способствовала окостенению господствующего класса.
Таким образом, в XVI в. период городов-государств и сословных синьорий сменяется периодом региональных государств, зачатки которых возникли в далеком прошлом.
Эти процессы прошли два этапа. Первый — период Итальянских войн, когда политическая карта Италии и внутреннее устройство большинства государств переживали значительные изменения. На втором этапе ведущее место принадлежало нескольким более или менее крупным региональным государствам. Они обладали большим единообразием внутренней структуры и внутренней политики, чем в предыдущие века, сделали шаг в сторону преодоления раздробленности и роста политического единства. Экономической основой этой тенденции было сплочение местных рынков, что составляло промежуточную стадию пути от экономической раздробленности к образованию национального рынка.
Итальянские государства этой поры можно разделить на государства с монархическим (их было большинство) и республиканским устройством; монархии, в свою очередь, делятся на три группы: в первую входит Савойское герцогство, во вторую — Неаполитанское королевство и Папское государство, в третью — Тосканское великое герцогство, Миланское герцогство и множество мелких герцогств. По характеру общественной структуры, политического устройства и по политической деятельности властей эти государства в большей или меньшей мере могут быть причислены к абсолютистским. Однако итог развития в них абсолютизма был отнюдь не однозначным.
Ближе всего к типу французского классического абсолютизма находился савойский вариант. Отсутствие экономически сильных городов с традициями коммунального прошлого оказалось благоприятной предпосылкой для упрочения абсолютизма. Экономические трудности XVII в. на. относительно отсталую Савойю оказали мало влияния. В этих условиях объективно прогрессивная целенаправленная политика герцогов дала положительные результаты, и Савойское герцогство не случайно сумело стать ядром будущей единой Италии.
В Неаполитанском королевстве и Папском государстве при наличии очень сильной феодальной знати и слабости буржуазных элементов требовалась особенно энергичная поддержка последних со стороны властей, которую, однако, ни Испания, ни папа не желали и не могли осуществить. Поэтому прогрессивные черты в правительственной политике остались лишь тенденцией. Укрепился феодальный класс, ставший единственной опорой государственной власти. Абсолютизм оказался здесь незавершенным, похожим на испанский вариант.
Третью группу государств можно условно причислить к своеобразному итальянскому варианту абсолютизма. Все они возникли из городов-государств, ставших в свое время синьориями. Здесь очень сильными были традиции прошлого, выражавшиеся в развитой городской экономике, в мощи городской аристократии, не утратившей известных буржуазных черт и не слившейся полностью с феодальным дворянством в местной автономии городов.
На начальном этапе абсолютистский режим способствовал экономическому развитию, особенно в Тосканском великом герцогстве. Это позволяет считать итальянский вариант регионального абсолютизма более прогрессивным, нежели немецкий. Но в XVII в. развитие и здесь приостановилось. Мешали мелкие размеры государств, крайне неблагоприятная экономическая ситуация, в условиях которой существенно замедлилось развитие буржуазных элементов и усилились феодалы, а также наследие прошлого, которое полностью преодолеть не удалось. Государственный строй законсервировался; если он и не мешал дальнейшему развитию, как на юге, то и не способствовал ему.
Региональный абсолютизм в Италии — закономерное и объективно прогрессивное явление. Он заменил собой средневековое государственное устройство, будь то сословная монархия или город-государство. Последний, в свое время залог крупнейших успехов в области экономики и культуры, стал теперь анахронизмом, препятствием для дальнейшего развития. В XVII в. динамическое развитие Италии прекратилось не только в социальной и экономической, но и в политической сфере.
СТРАНЫ ПИРЕНЕЙСКОГО ПОЛУОСТРОВА
1. ИСПАНИЯ
В конце XV — начале XVI в. политическая карта Пиренейского полуострова, ранее в течение более чем двух столетий в целом довольно стабильная, резко изменилась. К этому времени на полуострове насчитывалось пять государств: королевства Кастилия (на долю которого приходилась большая часть территории и населения полуострова), Арагон, включая Каталонию и Валенсию, Португалия и Наварра, а также Гранадский эмират — последний оплот мавров на полуострове. Заключенный в 1469 г. брак Изабеллы Кастильской и Фердинанда Арагонского привел в 1479 г. к личной унии Кастилии и Арагона и положил начало испанской монархии. Опираясь на поддержку городов, мелкого и среднего дворянства и части знати, католические короли Фердинанд и Изабелла одержали верх в борьбе за власть и постепенно вывели страну из состояния глубокого кризиса середины XV в. Они сумели политически нейтрализовать мятежную знать, бывшую до этого фактическим хозяином Кастилии, и отразить попытки Португалии вмешаться в ход борьбы. Были прекращены усобицы, срыты замки непокорных феодалов, возвращены в домен незаконно захваченные ими земли. В 1492 г. завоеванием Гранады завершилась Реконкиста, в 1512 г. Фердинанд присоединил Наварру. Правда, после смерти Изабеллы в 1504 г. кастильский престол унаследовала дочь католических королей Хуана, в то время как королем Арагона оставался Фердинанд: уния временно распалась. Но после его смерти достигший совершеннолетия внук католических королей Карл I (1516–1556) вновь объединил под своей властью Кастилию и Арагон, на сей раз окончательно. На полуострове осталось лишь два государства: Испания и Португалия.
Последствия унии 1479 г. для Кастилии и Арагона были глубоко различными. Кастилия стала ядром образовавшейся монархии, Арагон же, являвшийся в XV в. могущественной средиземноморской державой, оказался в конечном счете провинциальной окраиной. Характерно, что Фердинанд провел в Арагоне немногим более трех лет из 37 лет своего правления. С этого времени политическое развитие Арагона отличается замедленностью и консервацией ранее сложившихся форм управления, обычаев и привилегий.
Укрепление власти католических королей сопровождалось важными политическими преобразованиями. Существенные изменения происходят в организации управления страной. Начинает складываться система советов при короле. Все большую роль в их деятельности играют чиновники-летрадо, часто незнатного происхождения, влияние же высшей знати уменьшается.
Фердинанд и Изабелла реорганизовали финансовую систему страны, в результате чего традиционные налоги в пользу короны в 1480–1504 гг. выросли более чем втрое. Это обеспечило королевской власти определенную независимость по отношению к кортесам, которые стали собираться реже, не столь регулярно, как прежде; состав их постепенно сужается, а возможности сводятся к советам и просьбам.
Государство все активнее вмешивается в жизнь страны: ограничивает сеньориальную и церковную юрисдикцию, занимается организацией колониальной торговли, регулирует цены и др. Возникает постоянное войско; дружины знати и городские ополчения некоторое время еще сохраняются, однако неуклонное увеличение численности наемных войск и введение рекрутского набора для обеспечения военного резерва постепенно сводят их роль на нет. Резко возрастает и компетенция королевской власти в области внешней политики.
Важнейшим орудием в руках католических королей становится церковь, и прежде всего реорганизованная ими в 1480 г. инквизиция. Королевской власти удалось добиться фактической независимости испанской церкви от Рима. Представители церкви часто занимали высшие государственные должности. В то же время младшие сыновья знати нередко достигали вершин церковной иерархии.
Большую роль в усилении королевской власти сыграло избрание Фердинанда магистром военных орденов Сантьяго, Калатравы и Алькантары (прежде эти должности находились в руках знати). Вскоре папской буллой было разрешено передавать это звание по наследству. Ордена стали для монархов важным источником доходов, а также инструментом влияния на высшее и среднее дворянство, заинтересованное в получении эн-комьенд — орденских сеньорий, доходами с которых пожизненно пользовались сотни дворян.